Навигация:
О чём эта книга
1963 год – первая попытка проектирования в ЦКБ-18 отечественных глубоководных средств освоения океана
Тема «Поиск» – разработка глубоководных плавучих технических средств
Глубоководные технические средства освоения океана 1-го поколения («Поиск-2» и «Поиск-6»)
Два направления в глубоководной тематике
Объединение работ по проектированию обитаемых подводных средств освоения океана в ЦПБ «Волна»
Создание проектно-монтажного бюро машиностроения «Малахит»
«Север-2» (проект 1825) — советский глубоководный обитаемый аппарат для выполнения исследований на глубинах до 2000 м
Забортная ртутно-масляная дифферентная система ГА «Север-2»
Система погружения-всплытия ГА «Север-2»
НИС «Одиссей» (1970) и «Ихтиандр» (1974) — траулеры модернизированные по пр.399Б (на левом борту оборудован ангар с раздвижными створками для размещения ГА)
Модернизация опытного ГА «Север-2»
Постройка головного ГА «Север-2бис»
Аварийный сброс ртути из дифферентной системы ГА
ГА «Поиск-2» (проект 1832)
Испытания гидролокационной станции бокового и кругового обзора «Крильон» ГА опытного «Поиск-2»
Постройка и сдача головного ГА «Поиск-2»
Серийные ГА «Поиск-2»
Ремонт и модернизация опытного ГА «Поиск-2»
ГА «Поиск-6» (проект 1906)
Вниманию читателей предлагается книга, посвященная созданию первого поколения отечественных обитаемых подводных аппаратов, предназначенных для работы на глубинах более 1000 м. История подводного флота, несмотря на вал публикации последнего времени, остается мало известной не только широкой общественности, но и людям, всю жизнь проработавшим в отрасли. Между тем, сложность задач, стоящих перед участниками работ по «глубоководной тематике» – так это называлось в Министерстве судостроительной промышленности – можно сравнить только с теми, что пришлось решать создателям космических кораблей. Но если фамилии Королева и Гагарина известны всему миру, то о главном конструкторе глубоководной техники Юрии Константиновиче Сапожкове или первом капитане-глубоководнике Михаиле Николаевиче Диомидове читатель впервые узнает из этой книги.
В 1963 г. в США была принята Национальная программа океанографических исследований, включавшая 10-летний план ВМС, предусматривавший, в частности , создание обитаемых исследовательских глубоководных технических средств для глубин до 6000 м. В Советском Союзе такой развернутой государственной программы еще не было, и необходимость создания подводных технических средств освоения океана осознавалась лишь узким кругом специалистов в области подводного кораблестроения, океанологии, гидрографии, рыбного хозяйства и аварийно-спасательного дела. Летом 1961 г. судьба свела двух молодых инженеров-механиков ЦКБ-18 – меня и И.Н.Сахалова – с учеными-океанографами Л.А.Зенкевичем и Н.А.Скрягиным, которые зажгли нас идеей освоения глубин океана и предложили разработать силами специалистов ЦКБ-18 проект глубоководного научно-исследовательского судна, подобного «Северянке», но обеспечивающего проведение работ как в толще воды, так и на дне, с охватом максимально возможной его площади. У руководства бюро эта идея поддержки не нашла. Однако комитет комсомола, совет молодых специалистов и совет НТО поддержали инициативу молодых инженеров, и в общественном КБ, которым руководил главный конструктор подводных лодок А.С.Кассациер, была создана бригада по разработке проекта, получившего наименование «Наука». Руководителем ее избрали меня как одного из инициаторов проекта. В бригаду вошли молодые конструкторы различных специализаций, всего около 20 человек.
В отличие от принятой за рубежом практики освоения океана, мы поставили перед собой фантастическую по тем временам задачу: создать исследовательскую подводную лодку с глубиной погружения 4000-5000 м для проведения длительных научно-исследовательских работ в районах, удаленных от мест базирования. Необходимо было доставить в оперативный район на указанную глубину научную экспедицию с исследовательской аппаратурой, чтобы проводить визуальные и инструментальные наблюдения и отбор проб воды и грунта, обеспечить перемещение над грунтом с точной фиксацией географических координат, всплытие на поверхность и возвращение к месту базирования. Проекту отдавались долгие вечера споров и бдений с логарифмическими линейками над расчетами и чертежами. Однако одного энтузиазма было мало, не хватало знаний и опыта. Ведь нужно было спроектировать новое судно, не имевшее отечественных аналогов. А заимствовать из опыта подводного кораблестроения можно было лишь общие принципы проектирования, нужны были принципиально новые для отечественного судостроения технические решения и методы расчетов.
Прежде всего, необходимо было спроектировать основной корпус, выдерживающий в 10 раз более высокое забортное давление. Существующие корпусные стали и вновь созданные сплавы не обеспечивали по своим прочностным характеристикам необходимую положительную плавучесть цилиндрической оболочки, подкрепленной шпангоутами. Решили было применить легковесный заполнитель объемов плавучести – бензин, но он взрывоопасен. Остановились на парафине.
Следующий вопрос – обжатие основного корпуса, легковесного заполнителя и забортной воды при погружении и их расширение при всплытии. Расчеты показали необходимость водяной уравнительной системы. Но давление воды на приеме составляло 400-500 атмосфер, и для откачки необходимы были насосы с еще большим напором. Готовых насосов и запорной арматуры нет. Значит, нужна новая разработка.
Далее, для подводного маневрирования у грунта необходим движительно-рулевой комплекс, эффективный на малых скоростях хода, ибо на большой скорости ничего не увидишь. Значит, нужна разработка активных рулей – подруливающих устройств, как вертикальных, так и горизонтальных. А поскольку валом через основной корпус не пройдешь (нет дейдвудных сальников на давление 400-500 атмосфер), нужна новая разработка забортных погружных электродвигателей.
Для питания электродвигателей необходима энергетическая установка. По тем временам безальтернативной оказалась аккумуляторная батарея с дизель-генератором для ее перезарядки на поверхности. Но эта громоздкая тепло- и газовыделяющая установка значительной энергоемкости потребует в основном корпусе больших объемов для размещения и обслуживания. Решили вынести аккумуляторную батарею в межбортное пространство, разместив в контейнерах с электроизолирующей жидкостью. Опять новые разработки! И так – за что ни возьмись.
Специалисты утверждали – сделать можно, но готового нет, будь то иллюминаторы или кабельные вводы в основной корпус, станция звукоподводной связи или забортные светильники, гидролокатор или «механические руки» (манипуляторные устройства), устройства системы автоматического управления или телевизионные камеры, механизмы системы воздуха высокого давления или системы гидравлики, устройства аварийного всплытия или системы жизнеобеспечения экипажа. И уйти от перечисленных проблем не было возможности из-за большого забортного давления. В ходе проектирования рассмотрели четыре варианта судна: два – из титанового сплава для глубин 4000 и 5000 м, и два – из стали, для глубин 3000 и 4000 м. Решить все возникшие при проектировании проблемы силами только специалистов бюро не представлялось возможным. Консультации с представителями НИИ отрасли показали необходимость проведения большого объема научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Проект был завершен к концу 1962 г. 22 марта 1963 г. его одобрила общественная кораблестроительная секция ЦКБ-18, рекомендовавшая руководству бюро «представить проект на рассмотрение в Госкомитет по судостроению, а также включить в план бюро дальнейшую его разработку».
Однако предполагаемые заказчики еще не определились с техническими требованиями по средствам изучения и освоения глубин океана. А проект «Наука» по указанию первого отдела управления Госкомитета был засекречен и лег на полки закрытого архива. Тем не менее его значение трудно переоценить. Им впервые в стране была показана принципиальная возможность создания отечественных глубоководных средств освоения океана.
6 июня 1963 г. решением президиума Научно- технического совета Государственного комитета по судостроению была открыта новая страница в славной истории отечественного подводною кораблестроения – создание глубоководных (свыше 1000 м) обитаемых технических средств освоения Мирового океана, получившая с легкой руки председателя Госкомитета Бориса Евстафьевича Бутомы название «Глубоководная тематика».
С середины 1964 г. в проектном отделе ЦКБ-18, в возглавляемом А.С.Хейфецем секторе перспективного проектирования и тактического обоснования разрабатывался заданный президиумом НТС Госкомитета по судостроению предэскизный проект экспериментальной глубоководной подводной лодки (ЭГПЛ). По сути, это было исследовательское проектирование: определение ожидаемых тактико-технических характеристик дизель-электрической подводной лодки для научно-исследовательских работ на глубинах материкового склона до 2000 м.
Работой руководили ведущие конструкторы Ю.М.Коновалов и я, к тому времени переведенный в проектный отдел. Корпусники исследовали существующие материалы и определили направления их совершенствования применительно к разработанной конструкции прочного корпуса в виде сварной цилиндрической оболочки, подкрепленной внутренними тавровыми шпангоутами и замкнутой концевыми полусферическими переборками. Проработали конструкцию деталей насыщения корпуса – входного люка, иллюминаторов, кабельных вводов и проходов трубопроводов, проанализировали напряжения в узлах стыковки легких конструкций с прочными в связи с их обжатием. Механики, системщики, специалисты по устройствам и электрики совместно с базовыми институтами отрасли определили состав и параметры комплектующего оборудования ЭГПЛ и разработан перечень предприятий – вероятных разработчиков этого оборудования. Проектанты-статики определили ожидаемые размерения и водоизмещение ЭГПЛ. Разработали методику расчета изменений весовой нагрузки и плавучести при погружении- всплытии. Проектанты-динамики оценили ходовые качества и выбрали средства обеспечения управляемости и устойчивости ЭГПЛ применительно к условиям эксплуатации. Предэскизный проект подтвердил принципиальную возможность создания экспериментальной дизель- электрической подводной лодки с рабочей глубиной погружения 2000 м. Базовые институты отрасли, принимавшие участие в разработке проекта, подтвердили ожидаемые тактикотехнические и технико-экономические характеристики ЭГПЛ. Их заключения и материалы проекта в конце 1964 г. были представлены в Госкомитет и Главное управление кораблестроения ВМФ.
К слабым сторонам проекта базовые институты отнесли, во-первых, малые автономность и дальность подводного плавания ЭГПЛ, а следовательно, и малая эффективность решения поставленных задач в открытом океане; во-вторых – неудовлетворительные характеристики принятого состава вновь разрабатываемых радиоэлектронных средств навигации, связи, акустики и недостаточную автоматизацию, что привело к завышению численности экипажа и ухудшению условий его обитаемости. Необходимые условия использования ЭГПЛ требовали замены дизель- электрической энергоустановки на ядерную и разработки всей радиоэлектроники на новой, прогрессивной элементной базе. Представленные материалы проекта ЭГПЛ стали "информацией к размышлению" как для потенциальных заказчиков, так и для исполнителей. И уже в начале 1965 г. по инициативе "главного водолаза" страны Н.П.Чикера и "главного гидрографа" А.И.Рассохо бюро получило от ВМФ первый заказ на проектные разработки по теме "Поиск" – созданию обитаемых поисково-исследовательских автономных плавучих технических средств с глубиной погружения 2000 м.
В рамках темы "Поиск" впервые в отечественной практике к решению проблемы создания глубоководных технических средств и средств обеспечения их эксплуатации как в море, так и на берегу, был применен комплексный подход. Только он мог обеспечить оптимальные результаты. В частности, впервые в мире была выдвинута и подтверждена технической проработкой идея использования специальной научно-исследовательской подводной лодки в качестве носителя обитаемого поисково-исследовательского глубоководного аппарата.
В составе темы были разработаны три варианта глубоководных плавучих технических средств для выполнения поисково-исследовательских работ на глубинах до 2000 м в интересах ВМФ: ГА среднего водоизмещения (около 50 м? ) "Поиск-50" с базированием на надводном судне, малая (около 300 м? ) дизель-элсктрическая глубоководная лодка "Поиск-300" с базированием на береговой базе и ГА малого водоизмещения (около 20 м? ) "Поиск-20" с базированием на подводной лодке "Поиск-300". Эксплуатация "Поиска-50" в значительной степени зависела от гидрометеорологических условий, поскольку предусматривала проведение спускоподъсмных операций с борта надводного судна-носителя. Глубоководная лодка "Поиск-300" не имела этого недостатка, однако из-за большого водоизмещения не обладала необходимыми маневренными качествами для работы у грунта. "Поиск-20" должен был транспортироваться в оперативный район на комингс-площадке "Поиска-300" с их расстыковкой и стыковкой в подводном положении на малых ходах и поэтому не зависел от гидрометеорологических условий в оперативном районе, а малое водоизмещение ГА обеспечивало возможность выполнения подводнотехнических работ на грунте. Вопросы подводной стыковки и расстыковки ГА с подводной лодкой были практически решены в 1962 г. на экспериментальном обитаемом автономном управляемом подводном снаряде "УПС", разработанном Специальным конструкторским бюро №112 и построенном заводом "Красное Сормово".
Работы по теме были завершены в июне 1965 г., и их результаты были использованы институтами ВМФ в разработке тактико-технических заданий на проектирование глубоководных автономных обитаемых технических средств освоения океана. В сентябре было оформлено постановление Правительства, по которому сектор перспективного проектирования бюро совместно с институтами ВМФ и АН СССР приступил к поисковым проработкам научно-исследовательских и боевых глубоководных лодок с ядерной энергетикой. А в начале 1966 г. Ленинградское проектно-монтажное бюро "Рубин" (ЛПМБ "Рубин") – так стало именоваться ЦКБ-18 – получило на согласование от ВМФ проекты тактико-технических заданий на разработку обитаемых самоходных ГА "Поиск-2" (проект 1832) для проведения поисковых и научно-исследовательских работ в интересах ВМФ на глубинах материкового склона до 2000 м и "Поиск-6" (проект 1906) - на глубинах океанского ложа до 6000 м. Неустановленные причины трагической гибели на испытаниях в 1965 г. новейшей американской атомной подводной лодки "Thresher" подталкивали военных моряков к созданию новых более совершенных средств глубоководного поиска и исследований. Предложенные к разработке ГА "Поиск-2" и "Поиск-6" должны были при необходимости осуществлять допоиск, классификацию и обследование затонувших объектов.
Одновременно ЛПМБ "Рубин" получило от ВМФ заказ на проектирование боевой атомной глубоководной подводной лодки по теме "Гранит" (позднее она была построена по проекту 685 и получила название "Комсомолец"…), главным конструктором которой назначили Н.А.Климова. В это же время под руководством главного конструктора З.А.Дерибина (в этой работе участвовал и я) производственными отделами бюро была закончена проработка полученного от "Гипрорыбфлота" эскизного проекта ГА "Север-2”, и бюро получило от Минрыбхоза заказ на его дальнейшее проектирование.
Проектами ТТЗ, выданных ВМФ еще в 1966 г., предусматривалось создание двух глубоководных комплексов, каждый состоял из судна-носителя и подводного аппарата, соответственно -"Поиска-2", для глубин до 2000 м, и "Поиска-6" для глубин до 6000 м. Они должны были выполнять за одно погружение большой объем специальных работ: измерять температуру и электропроводность водной среды, пульсацию ее температур и скорость потоков, гамма-активность, величину гравитационного поля, определять направления и скорости течений в придонном слое, скорость распространения звука, рельеф и микроструктуру грунта. Кроме того, им вменялось производить допоиск и обнаружение подводных объектов в ограниченном районе, визуально обследовать и фотографировать их, обозначать гидроакустическими маяками, доставлять на грунт и поднимать на поверхность грузы массой до 400 кг, выполнять манипуляторным устройством подводно-технические работы. При этом за бюро закреплялась только часть проблемы – разработка проекта глубоководных обитаемых самоходных аппаратов.
Проектирование же судов-носителей со всем необходимым техническим обеспечением ГА и его безопасности в море Минсудпром поручал Западному проектно-конструкторскому бюро (ЗПКБ), специализирующемуся на судах вспомогательного флота. Первоначально это казалось рациональным. Однако, как показала практика, для комплексного решения поставленной проблемы создания плавучих обитаемых глубоководных технических средств, работающих в открытом море при значительном удалении от береговых баз, такой шаг Минсудпрома оказался порочным. Поскольку суда-носители разрабатывались под конкретные ГА, необходим был единый генеральный конструктор комплексов в целом, обеспечивающий техническую стыковку и согласование технических решений по аппаратам и их судам-носителям. Его отсутствие приводило к затяжке проектирования и строительства, значительному удорожанию, а в результате – плохо отразилось на полученных тактико-технических характеристиках комплексов и их эффективности при эксплуатации.
Со стороны заказчика также не было единого технического координатора проблемы освоения океана. Заинтересованными в решении этой проблемы ведомствами ВМФ были Управление поисково-спасательной службы тыла ВМФ и Главное управление навигации и океанографии Минобороны. Генеральным заказчиком ГА было определено Управление тыла ВМФ, подчиненное заместителю Главкома ВМФ по тылу, а генеральным заказчиком их судов-носителей – Главное управление кораблестроения ВМФ, подчиненное заместителю Главкома ВМФ по вооружению и судоремонту. Все эти подчинения объединялись только на уровне Главкома ВМФ, что вносило значительные трудности в комплексное решение поставленной проблемы.
Наблюдение за разработкой проектов судов-носителей по темам "Осьминог" (для "Поиска-2)" и "Лангуст" (для "Поиска-6") от ВМФ было поручено 1-му институту ВМФ с привлечением необходимых специалистов других институтов ВМФ.
Руководство разработкой судов- носителей по темам "Осьминог" и "Лангуст" в ЗПКБ было поручено старейшему в бюро главному конструктору М. К. Горшкову, при этом в составе его группы тему "Осьминог" вел его заместитель Г.А Мангаев, а тему "Лангуст" – В.В.Черномордиков. Главные конструкторы проектов Ю.К.Сапожков и М.К.Горшков не раз обращали внимание руководства своих бюро и Минсудпрома на недопустимость раздельного проектирования аппаратов и судов-носителей в интересах создания эффективных глубоководных комплексов.
Достижения отечественных металлургов в области создания корпусных судостроительных материалов позволяли строить аппараты для глубины 2000 м. Дальнейшее ее увеличение требовало создания свариваемых металлов с повышенным отношением прочности к весу, но возможности современной металлургии не беспредельны. Исследования, проведенные специалистами бюро и базовых институтов отрасли, показали, что даже пустые корпуса, изготовленные из металлов ближайшей перспективы, могли иметь отношение веса к водоизмещению для глубины погружения 2000 м – 0,5-0,6, а для глубин погружения 6000 м – более 1,0 т/м? . Это означало, что корпус ГА, начиненный комплектующим оборудованием, практически не может плавать.
Оставался единственный выход – применение дополнительных объемов плавучести с легковесным заполнителем. Проведенные вместе с базовыми институтами отрасли и Академии наук исследования показали возможность применения в качестве легковесного заполнителя либо бензина фракции "рафинат-риформинг", либо нового твердого материала "сферопластик", при этом жидкий заполнитель был пожаровзрывоопасен, а твердый подлежал еще промышленному освоению в рамках НИР "Глубина". Но ГА еще должны обладать необходимой маневренностью и ходкостью, автономностью и дальностью плавания, надежностью и безопасностью, то есть нести необходимые бортовые комплектующие системы, устройства и "полезную нагрузку" – научно-исследовательское оборудование, обслуживающих его членов экипажа, средства жизнеобеспечения для этой части экипажа, а также специальное оборудование, обеспечивающее решение поставленных задач. Ни один из существовавших тогда зарубежных аналогов не мог выполнять такого объема работ за одно погружение на установленную глубину. Все известные ГА имели ограниченный вес полезной нагрузки и использовали при каждом погружении съемное исследовательское оборудование для решения частных задач.
Отличие "Поисков" проектов 1832 и 1906 от "Севера-2" состояло не только в их назначении, но и в большей полезной нагрузке, а следовательно, – и в большем объеме получаемой за одно погружение научно-исследовательской информации и выполняемых работ. Между тем, элементная база отечественной электроники тех времен, определяющая весогабаритные характеристики радиоэлектронного оборудования, значительно отставала от зарубежной. Не лучше дело обстояло и с удельными характеристиками существующих отечественных энергоустановок требуемой мощности. Реальных ядерных и электрохимических источников необходимой мощности еще не было, а аккумуляторы не были приспособлены к работе под требуемым забортным давлением. Все эти обстоятельства приводили к завышению водоизмещения отечественных ГА по сравнению с зарубежными аналогами. А это, в свою очередь, увеличивало их подъемный вес и водоизмещение судов-носителей, усложняя и удорожая эксплуатацию комплексов в целом.
Не дожидаясь получения результатов разработки и строительства обитаемых глубоководных технических средств освоения океана 1-го поколения ("Поиск-2" и "Поиск-6"), ВМФ и Минсудпром в 1967- 1969 гг. приступают к разработке обитаемых глубоководных технических средств 2-го поколения. С 1967 г. портфель заказов "творческой мастерской" главного конструктора Ю.К.Сапожкова начинает расти. По утвержденному ТТЗ в бюро началась разработка в двух вариантах эскизного проекта глубоководных технических средств освоения океана с большой автономностью и дальностью плавания. Одновременно готовились проекты директивных документов в обеспечение их создания. Эти работы в бюро курировал ведущий конструктор Ю.М.Коновалов.
... организационно оформились два направления в глубоководной тематике: создание самоходных обитаемых ГА с малой автономностью и дальностью плавания, требующих для нормальной эксплуатации в море судов обеспечения, и создание глубоководных лодок с большой автономностью и дальностью плавания, в судах обеспечения не нуждающихся. Первое направление возглавил главный конструктор Ю. К.Сапожков с его "творческой мастерской", второе продолжил развивать главный конструктор И.Б.Михайлов со своей группой. В 1969 г. "Рубин" получил заказ и проект тактико-технического задания на разработку безпоплавкового самоходного ГА "Поиск-4" с глубиной погружения 4000 м, относящегося уже к аппаратам 2-го поколения. Эта работа опять была поручена главному конструктору Ю.К.Сапожкову, а в группе – его заместителю Ю.Н.Кормилицыну. В том же году, в связи с началом разработки по заказу Ново-Адмиралтейского завода рабочей конструкторской документации проекта 1832, в группу Ю.К.Сапожкова были переведены в качестве ведущих конструкторов инженер-механик 40-го института ВМФ Н.П.Павлинов и инженер- механик Н.М.Вавилов. Естественно, что большую часть времени Ю.К.Сапожков уделял своему "первенцу” – ГА "Север-2", который в 1969-м уже достраивался на заводе, а в 1970-м проходил испытания на Черном море.
... в Минсудпроме сложилось положение, когда работы по проектированию обитаемых подводных технических средств освоения океана проводили параллельно три "лодочных" бюро: ЛПМБ "Рубин" разрабатывало ГА и лодки для ВМФ и Минрыбхоза, ЦПБ "Волна" разрабатывало сверхмалые подводные лодки и буксировщики легководолазов для ВМФ, горьковское СКБ "Судопроект" разрабатывало подводные аппараты для ВМФ и Минрыбхоза. И вот в середине 1970 г. Минсудпром в одностороннем порядке, без согласования с заказчиками, решает объединить все работы по проектированию обитаемых подводных технических средств освоения океана "под одной крышей". Выбор пал на ЦПБ "Волна", портфель заказов которого тогда оказался недогруженным.
Этому решению не было бы цены, случись оно на пять лет раньше! А в 1970-м это стало крупным просчетом министерства. Решение, принятое "келейно", без согласования с главными конструкторами проектов, оборачивалось для глубоководной тематики срывом установленных сроков проектирования и сдачи заказов, значительным их удорожанием. Если "Рубин" уже освоил специфику и приобрел опыт в разработке, обеспечении строительства и испытаний обитаемых глубоководных технических средств, располагая подготовленными специалистами и опытной базой, то "Волна" ни физически, ни технически не была подготовлена к выполнению новых работ – у нее не было ни подготовленных кадров, ни необходимой опытной базы. Но ввиду недогрузки руководство ЦПБ "Волна" вынуждено было подчиниться. Руководство "Судопроекта", поддержанное наблюдающими ВМФ, отказалось передавать проекты спасательных и рабочих подводных аппаратов ВМФ, а ЛПМБ "Рубин" – безропотно приступило к исполнению решения Минсудпрома, лишний раз подтвердив свою заинтересованность в освобождении от "пут" глубоководной тематики.
Приказом министра Б.Е.Бутомы от 1 июля 1970 г. все работы по проектам главных конструкторов Ю.КСапожкова и И.Б.Михайлова передавались из ЛПМБ "Рубин" в ЦПБ "Волна". Туда же переводились необходимые специалисты во главе с главными конструкторами проектов.
В 1971 г. бюро предстояло выполнить большой объем работ по обитаемым техническим средствам освоения океана: обеспечивать конструкторское сопровождение постройки опытных и серийных образцов по шести проектам (1832, 1906, 1602, 1605, 907, 908), разрабатывать рабочую конструкторскую документацию (РКД) по проекту 1603, корректировать РКД по проекту 1825 для серии, разрабатывать эксплуатационную документацию по проекту 1906, корректировать технический проект 1906 и РКД на него, разрабатывать два эскизных (1847 и 1848) и три предэскизных (1841, 952 и 1601) проекта, вести контрагентские работы по шести проектам (1825, 1832, 1906, 1602, 1603, 1605). Это составило больше половины по номенклатуре и больше трети по объему всех плановых работ. Но бюро к их выполнению не было подготовлено. Оно еще не располагало необходимым количеством специалистов. Опытное производство с испытательными камерами высокого давления осталось в ЛПМБ "Рубин". Структура бюро также не позволяла – без ее перестройки – производить необходимый объем и номенклатуру работ одновременно по различным проектам.
Если "рыбацкие" заказы – "Север-2” – были обеспечены штатными судами- носителями, то военные заказы – "Поиск-2" и "Поиск-6" – к началу 70-х гг., находясь в стадии строительства, еще не имели даже технических проектов таких судов. Точнее, по штатному судну-носителю ГА "Поиск-2" – спасательному судну "Осьминог” проекта 537 – Западное ПКБ разрабатывало только эскизный проект, а штатное судно-носитель ГА "Поиск-6” – экспедиционное судно "Лангуст" проекта 545 – еще не имело утвержденного ТТЗ. Это не могло не беспокоить главного конструктора проекта ГА и главных наблюдающих от ВМФ. В связи с отставанием проектирования и строительства судов-носителей заказчиком принимались робкие меры по обеспечению хотя бы сдачи и опытной эксплуатации "Поиска-2" и "Поиска-6". В конце 1969 г. было принято решение о модернизации судоподъемного судна (СПС) "Коммуна" постройки еще 1915 г. под судно-носитель опытного "Поиска-2" на Севастопольском морском заводе по тактико-техническому заданию ГУК ВМФ.
К началу 1974 г. в бюро развернулись работы по глубоководным техническим средствам 2-го поколения. В рамках тем "Жемчуг" и "Глубина" под руководством И.Б.Михайлова был разработан эскизный проект 952 глубоководной лодки с корпусом из стеклопластика, а под руководством Ю.К.Сапожкова - эскизные проекты 1847 и 1848 глубоководных обитаемых аппаратов с корпусами из стеклопластика и эскизный проект 1841 глубоководного обитаемого аппарата с корпусом из титанового сплава. По 1-му поколению подводных обитаемых технических средств освоения океана продолжались работы по обеспечению строительства на Ново- Адмиралтейском заводе опытных ГА "Поиск-2", "Поиск-6” и модернизации опытного ГА "Север-2” главного конструктора Ю.К.Сапожкова, подводных аппаратов "Тетис", "Тинро-2" и ПБЛ "Бентос" главного конструктора И.Б.Михайлова, ПБЛ проекта 1840 и серии сверхмалых подводных лодок – носителей легководолазов "Тритон- 1М" и "Тритон-2" главного конструктора Е.С.Корсукова. К работам по этой тематике привлекалось все больше конструкторов, и ее объем составил около 70 % от общего объема работ бюро. Традиционная тематика бюро постепенно замещалась глубоководной, но над последней сгущались грозовые облака.
... приказом Минсудпрома от 23 февраля 1974 г. было образовано Союзное проектно-монтажное бюро машиностроения "Малахит" (СПМБМ "Малахит), куда вошли ЦПБ "Волна" и СПМБМ со всеми сотрудниками и портфелями заказов этих бюро. Формально для глубоководной тематики это была только смена руководства бюро. В действительности она стала в новом бюро вторым направлением его деятельности, а первым остались многоцелевые АПЛ.
По объему работ объединенного бюро треть составляли работы по проектам 2-го направления с перспективой увеличения и две трети – работы по проектам многоцелевых АПЛ. Из восьми образованных производственных специализаций только две возглавили главные конструкторы из бывшей "Волны”. В специализациях часть отделов была ориентирована на проекты 2-го направления. В отделах общепроектной специализации на работы этого направления были ориентированы отдельные сектора. И основной костяк этих "глубоководных" отделов и секторов составляли специалисты-глубоководники из бывшей "Волны".
В 1975 г. началось строительство экспериментальных испытательных баз глубоководной тематики по разработанной еще в "Волне" проектной документации. По-прежнему основной проблемой "творческой мастерской" главного конструктора Ю.К.Сапожкова в новом бюро было обеспечение постройки и сдачи Ново-Адмиралтейским заводом, с 1976 г. вошедшим в Ленинградское Адмиралтейское объединение, аппаратов 1-го поколения – опытных "Поиск-2" и "Поиск-6" и головных в серии "Север-2бис" и "Поиск-2".
Первой задачей этой проблемы было обеспечение поставок необходимых опытных и экспериментальных образцов комплектующего оборудования для опытных и размещение поставок для серийных ГА. По различным причинам они задерживались, и приходилось "выбивать" их через Совет директоров и опергруппу ВПК. Эти задержки приводили к переносу сроков сдачи ГА, что, в свою очередь, требовало переосвидетельствования уже поставленного оборудования и продления сроков его службы.
Второй задачей были корректировка и перевыпуск рабочей конструкторской и эксплуатационной документации по опыту постройки ГА.
Третьей задачей была разработка документации для обеспечения сдачи ГА – программ и методик заводских ходовых и государственных приемо-сдаточных испытаний.
Четвертой, наиболее ответственной задачей было обеспечение проведения самих испытаний ГА на судах-носителях и непосредственное участие в работе испытательной партии.
Пятой задачей была разработка отчетной технической документации по результатам сдачи ГА.
Но сдача опытного аппарата – это еще не все! Еще необходимо совместно с заказчиком разработать программу опытной эксплуатации и принять участие в работе комиссии по ее проведению. А по замечаниям этой комиссии обеспечить проведение ремонта и модернизации опытного изделия, предварительно разработав ремонтную документацию и проект модернизации.
Итак, с начала 1966 г. ЛПМБ "Рубин" совместно с соисполнителями приступило к разработке технического проекта 1825, принципиально нового для отечественного судостроения глубоководного обитаемого плавучего технического средства, способного в любой точке Мирового океана, свободной от льда, погружаться с борта судна-носителя для выполнения работ по своему назначению на глубинах до 2000 м. При этом за бюро закреплялась только часть проблемы – технический проект глубоководного обитаемого аппарата, в то время как разработку проекта судна-носителя со всем необходимым техническим обеспечением заказчик оставил за собой, предполагая переоборудование одного из строящихся по конструкторской документации ОКБ "Морсудопроект” промыслового судна Минрыбхоза проекта 394 главного конструктора А.И.Панаева в судно-носитель проекта 394Б по нашим техническим требованиям. Коллектив ЛПМБ "Рубин", старейшего разработчика отечественных подводных лодок с четко отлаженной технологией проектирования и приспособленной структурой производственных подразделений, привык работать по установленным связям с соисполнителями проектов комплектующего оборудования. На многих верфях страны коллектив бюро вел конструкторское сопровождение строительства и сдачи отечественному флоту опытных и серийных боевых подводных лодок.
Теперь в производство бюро необходимо было внести инородное тело, проектирование которого не вписывалось в отлаженную технологию, структуру производственных отношений, установившиеся нормы и производственные связи. Если группа главного конструктора Ю.К.Сапожкова была теоретически подготовлена к проектированию глубоководных аппаратов, то конструкторам производственных отделов было не просто переключаться с тысячетонных субмарин на аппарат массой всего лишь в десятки тонн, с забортного давления в несколько десятков атмосфер на давление в сотни атмосфер, как это требовали условия эксплуатации. Более того, если при проектировании подводной лодки с глубиной погружения до 400 м лимитирующим фактором при определении водоизмещения являются ее объемы, то для глубоководного аппарата с глубиной погружения свыше 1000 м таковым становится его масса. Отсюда требование строжайшей экономии масс корпусных конструкций, устройств и комплектующего оборудования. Вместе с тем, в целях высокой безопасности экипажа должна быть обеспечена безусловная надежность. А это, прежде всего – заложенные в расчеты достаточные запасы прочности корпусных конструкций и конструктивное решение узлов прохода через стенки прочного корпуса. Первое обеспечивается экспериментами на моделях, второе – путем максимально возможного сокращения числа проходов через стенки прочного корпуса валов, штоков, труб и электрических кабелей. Поэтому необходимо вынести за пределы прочного корпуса все, что может работать в воде под забортным давлением. Однако необходимость дистанционного управления вынесенным оборудованием приводит к увеличению числа электрических жил, проходящих в прочный корпус. Эта проблема может быть решена путем создания специальных конструкций вводов многожильных кабелей.
Задача была не из легких – сломать сложившиеся за много лет "лодочные" традиции и образ мышления конструкторского состава при решении новых проблем, возникающих на каждом шагу. Это, прежде всего, рассчитанный на рабочее давление 200 атмосфер прочный корпус с необходимым насыщением: входным люком, иллюминаторами и кабельными проходами. Это архитектура ГА и выбор состава движитсльно-рулевого комплекса из условий маневрирования вблизи грунта и работы манипуляторным устройством. Это тип и необходимая энергоемкость электроэнергетической системы, обеспечивающая все возможные режимы работы ГА. Это типы и состав судовых систем, обеспечивающих работу на всех эксплуатационных глубинах погружения. Это состав радиоэлектронного вооружения ГА, работающего на глубинах до 2000 м. Это состав необходимых судовых устройств, обеспечивающих нормальную эксплуатацию ГА в открытом море с борта судна-носителя. И наконец, состав систем жизнеобеспечения экипажа, размещаемого в малом замкнутом объеме в течение всей автономности аппарата. И все эти новые проблемы, повторюсь еще раз, необходимо было решать с учетом строжайшей экономии веса, безусловной надежности корпусных конструкций и комплектующего оборудования, высокой безопасности для экипажа.
Выполненные исследовательские проработки позволили группе главного конструктора выбрать в качестве прочного корпуса цилиндрическую оболочку, подкрепленную тавровыми шпангоутами и замкнутую с торцов полусферическими переборками. В качестве материала прочного корпуса была принята рекомендованная ЦНИИ "Прометей" высоколегированная свариваемая корпусная сталь, производство которой надлежало еще освоить. Форма корпуса определила оптимальную архитектуру, подобную американскому ГА "Aluminaut", с кормовым ограждением входного люка, развитой килевиной, булевыми бортовыми балластными цистернами и развитой носовой оконечностью, материалом которых был принят рекомендованный ЦНИИ ТС стеклопластик на основе полиэфирных смол, впервые примененный для этих целей в подводном судостроении. Предполагалась возможность установки в проницаемых частях корпуса по результатам дифферентовки ГА необходимого количества блоков плавучести из "сферопластика" – композитного материала из стеклянных полых микросфер, связанных эпоксидной смолой Этот материал с удельным весом 0,6-0,7 т/м? для глубин до 2000 м также подлежал промышленному освоению. В качестве электроэнергетической установки были приняты батареи погружных свинцово-кислотных аккумуляторов СП-200, размещаемых в специальных проницаемых контейнерах в килевине ГА. Их еще предстояло разработать Научно-исследовательскому аккумуляторному институту.
Движительно-рулевой комплекс был принят в составе кормовой поворотной колонки с винтом фиксированного шага в насадке и двух вертикальных поворотных колонок с винтами фиксированного шага в насадках, размешенных на заваливающихся штангах, установленных в надстройке ГА в районе его мидель- шпангоута. В качестве привода винтов были приняты гидромоторы, питаемые от гидронасосов с регулируемой подачей, приводимых погружным асинхронным электродвигателем переменного тока. Для замещения переменных грузов ГА и компенсации изменения его плавучести при погружении или всплытии вследствие изменения плотности воды и обжатия прочного корпуса на борту была предусмотрена водяная уравнительно-заместительная система, состоящая из прочных цистерн, диафрагменного водяного насоса и дистанционно управляемой водяной арматуры, размещенных в килевине. Насос получал питание от специального масляного насоса, навешенного на электродвигатель насосного агрегата гидрокомплекса.
Для создания или выравнивания статического дифферента ГА на его борту была предусмотрена забортная ртутно-масляная дифферентная система, состоящая из носовой и кормовой дифферентных цистерн, разделенных каждая резиновой диафрагмой на две равные части, заполненные одна – ртутью, а другая – маслом от гидрокомплекса. Цистерны были соединены трубопроводом с дистанционно управляемой электромагнитной арматурой. Масло от насоса гидрокомплекса перегоняло ртуть из одной цистерны в другую, создавая тем самым необходимый момент для погашения или создания требуемого дифферента аппарата. Вся система размешалась вне прочного корпуса.
Для ухода ГА под воду и перехода в надводное положение была предусмотрена "лодочная" система погружения-всплытия, состоящая из двух бортовых цистерн главного водяного балласта, имеющих кингстоны в нижней части и кпапаны вентиляции в верхней части с дистанционно управляемым гидроприводом. Для продувания цистерн главного балласта предусматривалась система воздуха высокого давления, состоящая из баллона с давлением воздуха 400 кГс/см? , дистанционно управляемых электромагнитных клапанов, редукторов и трубопроводов.
Подводно-технические работы на всех рабочих глубинах предусматривалось проводить электрогидравлическим манипуляторным устройством. исполнительный орган которого, длиной 750 мм, имеющий 6 степеней свободы, и выдвижной лоток для хранения съемного инструмента и собранных образцов были размещены в носовой оконечности килевины в зоне, просматриваемой из иллюминаторов прочного корпуса. Электрическое управление манипуляторным устройством производилось из прочного корпуса с помощью задающего органа, при этом питание гидроприводов исполнительного органа и выдвижного лотка предусматривалось от гидрокомплекса. Работы манипуляторным устройством предусматривалось проводить при покладке ГА на грунт или постановке на подводный якорь. Таким образом, все вышеперечисленные бортовые системы и устройства ГА объединялись общей бортовой погружной системой гидравлики, состоящей из гидрокомплекса (насосный агрегат, включающий четыре масляных насоса с электроприводом), суммирующего гидроаккумулятора, гидрокомпенсатора, электромагнитных золотниковых коробок управления и соединительных трубопроводов. Вся система была размещена в килевине и имела только дистанционное управление из прочного корпуса.
Для наблюдения забортной обстановки и зоны работы манипуляторного устройства в носовой сферической переборке прочного корпуса была предусмотрена установка трех иллюминаторов из органического стекла диаметром в свету 140 мм и четырех иллюминаторов диаметром 60 мм. Зону обзора из иллюминаторов предполагалось освещать забортными световыми приборами, в том числе лампами-вспышками для производства фотосъемки. В целях обеспечения высокой степени безопасности экипажа в аварийных ситуациях предусматривались: отдача контейнера с твердым балластом массой, равной массе воды в объеме уравнительной цистерны, путем подрыва из прочного корпуса пироболтов его крепления; открытие (таким же образом) затвора дифферентной системы для выпуска из нее ртути; наконец – крепление килевины к прочному корпусу специальным устройством с ручным приводом из прочного корпуса, обеспечивавшим ее аварийную отдачу.
Для обеспечения надежного прохода кабелей через обшивку прочного корпуса была разработана типовая конструкция кабельного ввода и кабельного разъема высокого давления для силовых и слаботочных кабелей. Управление всеми забортными системами и устройствами предусматривалось производить системой дистанционного и автоматического управления с пультов, размешенных в прочном корпусе. Эта система должна была обеспечивать как управление движением ГА с пульта капитана, так и управление бортовыми системами и устройствами с пульта бортинженера. Для обеспечения подводной навигации была предусмотрена установка гидролокатора носового обзора, эхолота с самописцем, вертушечного лага, гирокомпаса, глубиномера, станции измерения скорости звука в воде и аппаратуры наведения на гидроакустический маяк. Все показывающие приборы этих навигационных систем предусматривалось устанавливать в зоне пультов капитана и бортинженера. Для обеспечения надежной связи с судном-носителем была предусмотрена установка КВ – радиостанции с антенно-фидерным устройством для надводного положения и станции звукоподводной связи для подводного положения ГА. Третьего члена экипажа – исследователя – предусмотрено было разместить в носу у иллюминаторов для управления манипуляторным устройством, зрительной трубой, светильниками, фотокамерой, гидрологическим комплексом для определения физических параметров воды, батометрами для взятия се проб и широкополосным магнитофоном для записи биошумов моря. В составе средств жизнеобеспечения экипажа из трех человек был предусмотрен необходимый запас патронов регенерации воздуха на 72 часа, система вентиляции и кондиционирования воздуха в прочном корпусе.
В 1968 г. было завершено изготовление прочного корпуса, испытанного затем внутренним давлением. В январе следующего года корпус был проверен погружением на глубину 2000 м в Черном море. Только к концу года удалось получить последние контрагентские поставки – стеклопластиковые конструкции корпуса, аккумуляторные батареи и гидрологический комплекс "Параметр". В апреле 1970 г. ГА перевезли по железной дороге на сдаточную базу в Севастополь для проведения заводских испытаний с борта большого морозильного траулера, переоборудованного Херсонским судостроительным заводом (Минсудпром) по проекту 394Б в научно-производственное судно-носитель ГА НИС "Одиссей". Коллеги из ЦКБ "Морсудопроект" и заказчики ответственно подошли к созданию судна-носителя. На его борту было выделено просторное помещение под ангар для размещения ГА и средств его обслуживания по техническим требованиям, разработанным ЛПМБ "Рубин". В ангаре было установлено специально разработанное ЦКБ Пролетарского завода гидравлическое спускоподъемное устройство, обеспечивающее безопасный спуск и подъем ГА на борт судна при волнении моря до трех баллов по шкале Бофорта.
24 декабря 1970 г. ГА совершил глубоководное погружение на 1000 м, и междуведомственная комиссия передала ПИНРО для опытной эксплуатации первый отечественный автономный обитаемый ГА "Север-2", построенный Ново-Адмиралтейским заводом по конструкторской документации ЛПМБ "Рубин". Первым капитаном "Севера-2" стал бывший заместитель главного конструктора проекта М.Н Диомидов, а бортинженером – бывший ведущий конструктор группы Ю.Б.Тарасов, перешедшие в ПИНРО.
Таким образом, Минрыбхоз получил научно-производственный комплекс, способный вести разведку и освоение новых районов глубоководного лова морепродуктов. Минсудпром получил первый опыт создания отечественной глубоководной техники освоения океана. "Творческая мастерская" главного конструктора Ю.К.Сапожкова получила подтверждение правильности принятых ею технических решений и доказала свою ведущую роль в глубоководной тематике страны. Коллектив ЛПМБ "Рубин" получил признание профессиональной пригодности для проектирования обитаемых глубоководных технических средств освоения океана.
С середины 1970 г. глубоководная тематика получила новую прописку – в ЦПБ "Волна", и "пробой пера" коллектива бюро под руководством "творческой мастерской" Ю.К.Сапожкова стала корректировка выпущенной ЛПМБ "Рубин" рабочей конструкторской документации для строительства второго ГА, "Север-2бис". Это было связано с тем, что часть уникального комплектующего оборудования опытного ГА была изготовлена в лабораторных условиях и не могла быть вторично воспроизведена. Кроме того, опытная эксплуатация "Севера-2" показала малую надежность работы этого оборудования, и комиссия по опытной эксплуатации ГА рекомендовала заменить экспериментальные образцы на опытно-штатные. К ним отнесли насосный агрегат, водяной насос, исполнительные гидромеханизмы погружной системы гидравлики и электрогидравлическое манипуляторное устройство.
Только в 1975 г. опытный "Север-2" был сдан заказчику после проведенных Ново-Адмиралтейским заводом ремонта и модернизации.
Практически одновременно с модернизацией опытного ГА на Ново- Адмиралтейском заводе по конструкторской документации, разработанной ЦПБ "Волна", шло строительство головного из этой серии, "Севера- 2бис", в соответствии с решением, принятым еще в 1971 г. Руководство работами по строительству ГА "Север-2бис", как и опытного ГА, на заводе проводилось тем же отделом ОГС-3 с конструкторским обеспечением отдела того же главного конструктора при сопровождении той же группы техпомощи бюро.
К этому времени заказчик закончил строительство судна-носителя проекта 394Б, НИС "Ихтиандр", на Херсонском судостроительном заводе, и 4 декабря 1976 г. головной "Север-2бис", завершив междуведомственные приемо-сдаточные испытания на Черном море, был передан Севастопольскому филиалу СЭКБ Промрыбфлота. В 1977-1978 гг. опытный ГА выполнил 11 погружений на глубины до 1000 м в Баренцевом море и Северной Атлантике для разведки скоплений рыб с помощью акустических станций и пробных тралений по определению уловистости тралов. За это же время головной аппарат выполнил 276 погружений на глубины до 2000 м в Индийском океане у берегов Мадагаскара и Сейшельских островов и 15 погружений у берегов Австралии и Индонезии.
В 1985 г. головной ГА "Север-2бис" прошел средний ремонт. Опытный ГА "Север-2" требовал среднего ремонта и имел ограничение глубины погружения до 1200 м. После получения Украиной независимости оба ГА типа "Север-2" остались в Севастополе.
Уже в 1975 г. на заводе, в ангаре 15-го цеха, начались швартовные испытания "Север-2бис", однако в августе произошел аварийный сброс ртути из дифферентной системы и дальнейшие работы были приостановлены. Пришлось демеркуризировать килевину ГА, а в ангаре снимать бетонный пол и метр грунта. После восстановительных работ только в 1976 г. испытания были продолжены.
В связи с повышенными требованиями ТТЗ на проектирование ГА "Поиск-2", он, в какой-то мере повторяя 1825-й, значительно отличался от него как по принятым техническим решениям, так и по полученным характеристикам. В процессе разработки эскизного проекта 1832 выяснилось, что, с учетом установленных сроков строительства, прочный корпус может быть выполнен из той же вновь создаваемой стали АК-32, а материалом легких корпусных конструкций – стеклопластик на основе полиэфирных смол, к освоению которого приступило отечественное подводное кораблестроение.
Для прочного корпуса приняли цилиндрическую оболочку, подкрепленную внутренними тавровыми шпангоутами, как наиболее исследованную прочнистами и отработанную технологами. Концевые переборки - традиционно полусферические, с вырезами, подкрепленными вварышами входного люка в корме и иллюминаторов в носу. От применения сферопластика отказались ввиду неопределенности с его поставкой, а главное – из-за его ожидаемых неудовлетворительных характеристик намокания под давлением и удельного веса около 0,7 т/м? , что превышало относительный вес прочного корпуса (0,6 т/м? ). Все это определило архитектуру аппарата с развитыми носовой и кормовой оконечностями, развитой килевиной и низкой надстройкой с кормовым ограждением входного люка, по типу американского ГА "Aluminaut".
Архитектура определила и тип движительно-рулевого комплекса в составе маршевой кормовой поворотной в горизонтальной плоскости колонки с винтом фиксированного шага в насадке, вертикального винта регулируемого шага в насадке, установленного в надстройке вблизи мидельшпангоута, и подруливающего горизонтального устройства типа "винт фиксированного шага в трубе", в носовой оконечности. Для экономии бортовых запасов электроэнергии (батареи погружных свинцово-кислотных аккумуляторов емкостью 680 А-ч в контейнерах в килевине) в качестве приводов гребных винтов были приняты асинхронные погружные электродвигатели переменного тока со статическими преобразователями тока мощностью на валу 6 и 10 кВт.
Судовые системы (уравнительно-заместительная, дифферентная, погружения-всплытия, ВВД, гидравлики и жизнеобеспечения) принципиально были приняты аналогичными проекту 1825, только для регенерации воздуха в прочном корпусе предусматривалась установка новой, более экономичной системы для малых объемов, работающей как в основном, так и аварийном режимах. Прочный корпус был разделен герметичной переборкой на два отсека – носовой, где размешался экипаж, и кормовой – агрегатный. В носовом отсеке были организованы три зоны: на левом борту – пост командира с пультом управления ГА и навигационными системами, на правом борту – пост его помощника по электромеханической части (ЭМЧ) с пультом управления всеми судовыми системами и связью, в носовой оконечности – пост помощника командира по научно-исследовательским работам (НИР), с которого производилось управление всем научно-исследовательским и поисковым оборудованием, а также манипуляторным устройством.
Управление аппаратом и бортовыми системами предусматривалось дистанционно (с пультов командира и его помощника по ЭМЧ) и автоматически. Кроме того, предусмотрели управление движением с выносного пульта, размещавшегося либо в ограждении входного люка, либо у пульта помощника командира по НИР. Автоматика обеспечивала управление глубиной погружения, стабилизацию заданной глубины погружения и у правления, курса стабилизации и все это на ходу и без хода. Предусматривалось ручное дистанционное управление разворотом кормовой колонки, дифферентом ГА, разворотом кормовой колонки и дифферентом в аварийном режиме, скоростью хода и глубиной погружения. Ручное управление на ходу по курсу и глубине предусматривалось единой рукояткой управления, расположенной на пульте командира.
Система предусматривала автоматическую отдачу аварийных грузов при превышении установленной глубины погружения ГА, дистанционное управление бортовыми системами и устройствами, а также световую сигнализацию текущего положения устройств и арматуры. Для безусловной надежности работы всех систем, устройств и корпусных конструкций предусматривались увеличение коэффициента запаса прочности прочного корпуса до 1,5 от рабочего давления, непременная проверка всех прочных конструкций перед их установкой на ГА наружным испытательным давлением, ударостойкость не менее 5 g, работоспособность после воздействия температур от 5 до 50° С, степень надежности – не менее 0,99.
Для обеспечения высокой степени безопасности экипажа были предусмотрены гидравлические резаки тросов подводных якорей с электрическим управлением из прочного корпуса; контейнер с твердым балластом массой в воде, равной массе воды в полном объеме уравнительной цистерны, отдавался подрывом пироболтов его крепления с электрическим управлением с пульта командира; затвор дифферентной системы, выпускающий из нее ртуть, можно было открыть подрывом пиропатрона с электрическим управлением с пульта командира; контейнер с вспомогательной аккумуляторной батареей отдавался подрывом пироболтов его крепления с электрическим управлением с пульта командира. Источники электропитания всех аварийных средств, средства регенерации воздуха и пожаротушения в прочном корпусе, средства радиосвязи были дублированы.
Состав радиоэлектронного вооружения по эскизному проекту 1832 значительно превосходил таковой на 1825-м. Для инструментального поиска находящихся на материковом склоне объектов разрабатывалась поисковая гидролокационная станция кругового и бокового обзора с необходимой дальностью действия и разрешающей способностью. Для точного определения места подводного объекта и текущего места положения ГА проектом предусматривалась навигационная гидроакустическая система с донными маяками-ответчиками, устанавливаемыми как с борта аппарата, так и с борта судна-носителя. Для обозначения текущего местоположения ГА на его борту ставился акустический маяк-ответчик системы слежения судна-носителя. Для счисления текущих трехмерных относительных координат аппарата создавался навигационный комплекс в составе гирокомпаса, акустического (абсолютного) и индукционного лагов, глубиномера, эхолота и автопрокладчика пройденного пути с необходимой точностью и погрешностью. Для двухсторонней симплексной связи судна-носителя с "Поиском-2" в подводном положении проектом предусматривалась разработка гидроакустической станции связи, которая, кроме того, обеспечивала в автоматическом режиме подачу сигналов для пеленгования ГА с судна-носителя.
Для визуального наблюдения забортной обстановки в носовой полусфере при проведении подводных работ в носовой переборке установили три конических иллюминатора диаметром в свету 140 мм из органического стекла. Средний из них вооружался бинокулярной зрительной трубой с кинокамерой для работы манипуляторным устройством. В зоне пульта командира устанавливался иллюминатор с монокулярной зрительной трубой для наблюдения забортной обстановки в верхней полусфере при всплытии ГА. Кроме того, для наблюдения за внешней средой в носовой полусфере в подводном и надводном положении предусматривалась разработка глубоководной телевизионной установки с двумя камерами на суперартиконах и тремя (по числу членов экипажа) видеопросмотровыми устройствами, обеспечивающими наблюдение по курсу и в зоне работы манипуляторного устройства. Для связи ограждения входного люка и поста командира на ГА использовалась оперативная безбатарейная телефонная связь. Ведение бортового журнала и запись переговоров экипажа производилось на проволочный аудиомагнитофон.
Для выполнения НИР предусматривалась установка на 1832-м экспериментальных или опытных образцов аппаратуры измерения текущих физических параметров водной среды, магнитного и гравитационного полей Земли, радиационного поля, текущей скорости распространения звука в воде, глубоководной стереофотоустановки и высокоточного глубоководного измерителя глубин. Помимо использования стереофотоустановки. результаты измерения всех вышеперечисленных параметров в течение всего времени пребывания "Поиска-2" под водой предусматривалось записывать многополосной магнитно-регистрирующей аппаратурой с последующей расшифровкой на специальной аппаратуре судна- носителя. Измерения этих параметров предусматривалось производить при погружении, зависании и подводном ходу на определенном горизонте в пределах рабочей глубины погружения. Стереофотоустановка должна была картографировать дно при движении ГА с фиксированной скоростью на расстоянии 4-6 м от грунта.
Для выполнения подводно-технических работ предусматривалась разработка и установка на "Поиск-2" электрогидравлического манипуляторного устройства, имеющего два полутораметровых исполнительных органа с шестью степенями свободы, обеспечивающих в пределах обслуживаемой зоны в носовой оконечности ГА: – захват и доставку грузов весом в воде до 30 кГс; – захват сменным ковшом и доставку сыпучих грузов весом в воде до 20 кГс; – проворачивание маховиков диаметром до 200 мм; – отдачу задраек и открывание откидных лючков выгородок аварийно- спасательных устройств затонувших подводных лодок (ЗПЛ); – продергивание оборудованного специальной иглой троса-проводника через головку устройства ШУ-200 ЗПЛ; – подсоединение карабина с тросом к рыму поднимаемого предмета; – отворачивание гаек-заглушек; – расчистку комингс-площадок ЗПЛ от посторонних предметов; – работу с инструментом, сменяемым под водой и размещаемым в выдвижном лотке.
В конструкторской практике при создании новых образцов подводной техники принято вводить в разрабатываемый объект одновременно не более 30 % принципиально новых технических решений, иначе вероятность получения положительных результатов значительно снижается, разрабатываемый объект требует тщательной отработки в эксплуатационных условиях и переходит в разряд "опытных". "Творческая мастерская" главного конструктора Ю.К.Сапожкова, поддержанная наблюдением от ВМФ, вынуждена была пойти на риск введения в проект 1832 более 90 % принципиально новых для отечественного подводного судостроения технических решений, не подтвержденных опытом эксплуатации. Их успешная реализация в значительной степени зависела от большого количества соисполнителей проекта – разработчиков и поставщиков уникальных материалов и опытных образцов комплектующего оборудования ГА. Если все разработанные ранее проекты, кстати, к 1968 г. так и не реализованные в металле, были конструкторской "школой" накопления опыта проектирования, то для коллектива бюро и институтов отрасли, участвовавших в работах по проекту 1832, его разработка стала "высшей школой" или "университетом" конструкторской мысли в области глубоководной тематики . Большой объем исследовательских работ был выполнен специалистами базовых институтов Минсудпрома с участием институтов ВМФ.
Только к концу 1968 г. стали поступать первые технические проекты соисполнителей, которые необходимо было рассмотреть и дать свои замечания по их стыковке с проектом ГА в целом, а после устранения замечаний бюро и заказчика – утвердить. Не дожидаясь результатов всех контрагентских технических проектов, в бюро велась разработка документации технического проекта 1832, которую удалось завершить в марте 1969 г. и направить на заключение базовым институтам отрасли и в институты ВМФ.
Строительство опытного "Поиска-2" началось в 1969 г. Ново-Адмиралтейским заводом по проекту 1832 и рабочей конструкторской документации, разработанной ЛПМБ "Рубин".
Отдел заводских строителей опытного ГА возглавлял главный строитель Д.Т.Логвиненко. В конце 1969 г. завод-строитель получил от Ижорского завода необходимый прокат и поковки, в марте 1970 г. сварил прочный корпус и провел его гидравлические испытания, в том числе наружным давлением, во вновь построенной плавучей док-камере "ДК-250". Корпус ГА был установлен в ангаре цеха 15, соседним с тем, где производилась сборка опытного "Севера-2". Опытный "Поиск-2" получил заводской номер 01650.
... поставки комплектующего оборудования шли с большим отставанием от утвержденного графика строительства с окончанием в 1972 г. Особенно остро дело обстояло с поставками стеклопластиковых конструкций, масштабных моделей для прочностных испытаний корпуса, погружных аккумуляторов, погружных электродвигателей и электромагнитов, погружного гидрокомплекса, манипуляторного устройства, уровнемеров и сигнализаторов уровня воды уравнительно-заместительной системы. Только к сентябрю 1973 г. Ново-Адмиралтейскому заводу удалось укомплектовать опытный "Поиск-2" всем необходимым оборудованием и спустить его на воду. Без наладки и проверки части систем и устройств, ГА был погружен в транспортный плавдок и отправлен на сдаточную базу в Севастополь для завершения швартовных и проведения ходовых заводских испытаний.
В ноябре и декабре после ремонта "Коммуны" было произведено контрольное погружение "двойки", мерная линия и замеры его акустических полей на ходу в подводном положении. В ноябре произошла самопроизвольная аварийная отдача захвата исполнительного органа манипуляторного устройства, а в декабре таким же образом потеряли контейнер с твердым балластом. В результате, за год испытаний было закрыто только 18 удостоверений из 54. Неутешительный итог работы подтвердил преждевременность отправки опытного ГА с завода-строителя на сдаточную базу в Севастополь без тщательной наладки и всесторонней проверки всех бортовых систем и устройств у достроечной стенки завода. Спешка руководства завода обернулась затяжкой заводских ходовых испытаний на целый год. Совместным решением Минсудпрома и ВМФ срок сдачи "Поиска-2" был перенесен на 1975 г.
25 ноября, после долгих проволочек с выделением флотской ПЛ, которая прибыла в полигон 29 ноября, и ГА успешно осуществил ее гидроакустическое обнаружение на грунте, визуальное обследование и фотографирование. Программа государственных испытаний, состоящая из 14 параграфов, была почти выполнена. Осталось самое ответственное – глубоководное погружение на 2000 м и последующее контрольное погружение.
25 декабря, после ревизии отдельных систем и устройств ГА и контрольного погружения, госкомиссия подписала акт приемки автономного глубоководного аппарата "АС-6" в состав ВМФ. Материалы Госкомиссии содержали рекомендации по приемке на вооружение ВМФ опытных образцов комплектующего оборудования, а также по замене в период опытной эксплуатации макетных образцов ГАС "Коралл" и НГС "Сириус" на опытноштатные "Крильон" и "Экватор", устранению электромагнитных помех в работе ГАС "Протей-2" и "Луч-Г", принятию мер по стабильному запуску насосного агрегата системы гидравлики с последующей их приемкой личным составом глубоководного аппарата.
Таким образом, полный цикл работ по теме "Поиск-2” от выдачи технического задания до подписания приемного акта составил 8 лет и 3 месяца, в том числе от закладки корпуса до подписания приемного акта прошло 5 лет 8 месяцев и 25 дней, из которых на ходовые заводские и государственные испытания было потрачено 1 год 8 месяцев и 17 дней. На создание опытного ГА "Поиск-2" всего было израсходовано около 15 млн рублей, что составляло по тем временам стоимость постройки серийной дизель-электрической подводной лодки.
Так в чем же причины столь длительного цикла постройки и сдачи опытного ГА пр. 1832?
Первое – большое количество уникальных опытных и макетных образцов комплектующего оборудования, как ранее указывалось – до 90 % от общего количества. Эти вновь разработанные образцы были проверены междуведомственными комиссиями и рекомендованы к установке на ГА для приемки в его составе.
Второе – отсутствие штатного судна-носителя и его замена СПС "Коммуна", имеющим ограниченные мореходные качества и средства обеспечения в период ходовых испытаний ГА.
Третье – срывы сроков поставки и сдачи контрагентами опытных и макетных образцов комплектующего оборудования.
Четвертое – низкая культура производства завода-строителя по сравнению с поставщиками комплектующего оборудования и, как следствие, нарушение технологии сборки и монтажа в период постройки и сдачи ГА.
Пятое – недоработки рабочей конструкторской документации опытного ГА и нового комплектующего оборудования бюро-проектантом и его контрагентами.
Шестое – поспешное начало ходовых испытаний опытного ГА без должной наладки и стыковки систем и устройств в период швартовных испытаний у стенки завода-строителя. Отсюда полученные на погружениях ГА электромагнитные наводки в электрических цепях при совместной работе комплектующего оборудования и взаимные акустические помехи при работе гидроакустических станций, а также нестыковка связанных между собой бортовых систем: электроэнергетической с ее потребителями, гидравлической с ее потребителями, автоматики с ее объектами управления.
Седьмое – неудовлетворительное обеспечение флотом своими силами и средствами для проведения испытаний.
Программой опытной эксплуатации предусматривалось получение необходимых навыков экипажа ГА при взаимодействии в море с судном-носителем, отработка приемов использования аппарата при непосредственном проведении гидроакустического допоиска, визуальной классификации и обследования подводных объектов, доставка на грунт и подъем на поверхность грузов весом в воде до 400 кГс и проведение научно-исследовательских работ. Одновременно с выполнением программы опытной эксплуатации ГА необходимо было выполнять вышеуказанные рекомендации госкомиссии. В первом полугодии 1976 г. было произведено частичное переоборудование опытного ГА в части замены экспериментальных образцов комплектующего оборудования на опытно-штатные и выполнены остальные рекомендации госкомиссии. Во втором полугодии проводились работы по программе опытной эксплуатации, в том числе выполнялись специальные поисковые работы по заданию командования ПСС ВМФ (искали упавший в воду вертолет) с участием специалистов промышленности.
В период с 1974 по 1980 г. опытный "Поиск-2" погружался в среднем всего 2,26 раза в месяц, в то время как опытный "Север-2", использовавшийся с борта штатного судна-носителя НПС "Одиссей", погружался в среднем 3,75 раза в месяц.
В ноябре – декабре 1976 г. были проведены четыре погружения на глубины до 150 м для сдачи гидролокатора "Крильон":
1. На затонувший на рейде Севастополя ВПК "Отважный" для поиска "черного ящика". Ящик был найден, да не тот, что нужно было!
2. На лежащую на грунте среднюю подводную лодку. Боковой обзор "схватил" ее на дистанции 750 м. Затем перешли на круговой обзор, и вышли на лодку. Зависли над ней и произвели фотографирование.
3. Для обнаружения малых целей, которыми служили лежащие на фунте якоря СПС "Коммуна". Их "схватили" круговым обзором на дистанции 500 м.
4. Для обследования бухты Ласпи. Записали рельеф дна боковым обзором. Четко были видны борозды от якорей.
22 декабря был подписан приемный акт гидролокационной станции бокового и кругового обзора "Крильон", в дальнейшем ставшей базовой станцией для глубоководных технических средств освоения океана. Позднее, в 1980 г., уже на головном "Поиске-2" успешно прошла испытание навигационная гидроакустическая станция "Экватор", ставшая базовой для следующего поколения этих станций. Завершить опытную эксплуатацию "Поиска-2" в 1977 г. не удалось – промышленность не поставила в установленные сроки необходимое количество аккумуляторов для замены батарей, отслуживших свой ресурс. Только в следующем, 1978 г., была завершена программа опытной эксплуатации, за период которой было выполнено 33 погружения, из них четыре на глубины до 1700 м по оперативным заданиям командования ВМФ и АН Грузии. Однако отсутствие штатного судна-носителя проекта 537, к строительству которого промышленность только приступила, препятствовало опытному "Поиску-2” в полной мере проявить свои способности.
Не дожидаясь результатов испытаний опытного "Поиска-2", ВМФ и Минсудпром своим решением от 5 июля 1973 г. определили порядок строительства головного из серии ГА проекта 1832. Уже в 1973 г. ЦПБ "Волна" по договору с Ново-Адмиралтейским заводом откорректировало рабочую конструкторскую документацию проекта 1832 по результатам постройки опытного ГА на этом заводе, и последний приступил к строительству головного "Поиска". Строительство головного аппарата было также поручено отделу главного строителя Д.Т.Логвиненко. В полной мере использовались оснастка и опыт строительства опытной "двойки".
Закладка головного ГА с заводским номером 01651 была произведена 16 мая 1975 г. в том же ангаре цеха 15. где строился опытный аппарат проекта 1832.
Постройка головного "Поиска-2" была закончена только к началу 1979 г., и 16 апреля начались швартовные испытания. 8 мая ГА был спущен на воду. В начале мая в Выборге был завершен первый этап ходовых испытаний судна-носителя – спасательного судна "Михаил Рудницкий" проекта 536, и головной "Поиск-2" на его борту уже 14 мая был отправлен в Севастополь для завершения швартовных и проведения ходовых государственных испытаний. 6 июня судно прибыло в Севастополь и до конца месяца проходило планово-предупредительный ремонт и флотскую приемку.
... от закладки корпуса до подписания приемного акта прошло 4 года, 7 месяцев и 14 дней, из которых на заводские ходовые и государственные испытания было потрачено 5 месяцев и 9 дней. Государственные испытания длились 31 день, из них 10 дней – собственно испытания, 15 дней – пережидание плохой погоды, три дня – устранение замечаний и три дня – ревизия и окраска. За период государственных испытаний было всего 10 ходовых дней, при этом ГА отработал в надводном положении 14 и в подводном 45 часов, пройдя в надводном положении 10 и в подводном 40 миль. Для головного судна период от закладки до подписания приемного акта велик Но ведь на нем были установлены опытные образцы комплектующего оборудования, не принятые на вооружение в составе опытного образца.
Сдача головного ГА производилась на только что построенном временном судне-носителе "Михаил Рудницкий", также имевшем ограниченные мореходные качества и средства обеспечения в период ходовых испытаний. Имела место недоработка рабочей конструкторской документации головного "Поиска-2" и нового комплектующего оборудования бюро-проектантом и его контрагентами. Срывы сроков поставки и сдачи контрагентами комплектующего оборудования затягивали сроки строительства. Поспешность начала ходовых испытаний головного аппарата без должной наладки и стыковки систем и устройств в период швартовных испытаний у стенки завода-строителя привели к их затяжке. Осенне-зимние погодные условия проведения государственных испытаний также привели к чрезмерной затяжке их проведения.
Решение о строительстве двух серийных ГА проекта 1832 было принято ВМФ в 1980 г. после сдачи головного ГА этого проекта. Их предлагалось построить для нужд ПСС ВМФ В отличие от опытного и головного, они предназначались для выполнения только поисковых и подводно-технических работ, а именно – допоиска и обнаружения подводных объектов в ограниченном районе, визуального обследования и фотографирования подводных объектов, обозначения подводных объектов гидроакустическими маяками, доставки на грунт и подъема на поверхность грузов массой до 400 кг, выполнения подводно-технических работ манипуляторным устройством. В том же 1980-м СПМБМ "Малахит” перевыпустило заказные ведомости для серийных 1832-х, провело их согласование и приступило к подготовке директивных документов в обеспечение постройки серии.
В целях дальнейшего совершенствования ГА конструкторской документацией бюро была предусмотрена замена штатного оборудования на более совершенное:
– станции звукоподводной связи "Протей-2" на станцию "Протей-6" НПО "Океанприбор” (Минсудпром) с большей дальностью связи;
– навигационного комплекса "Мста-2" на комплекс "Мста-М-41" НПО "Норд" (Минсудпром), имеющий новую элементную базу и более совершенные технические характеристики;
– манипуляторного устройства С КБ "Автоматика" на устройство МП-1 НПО "Компас” (Минсудпром) по тем же причинам;
– насосного агрегата и приборов управления погружной системой гидравлики ЦНИИ АГ на аналогичное оборудование НПО "Компас".
В 1982 г. в бюро под руководством Ю.К.Сапожкова была завершена корректировка РКД, и Ленинградское Адмиралтейское объединение приступило к постройке серийных ГА с заводскими номерами 01663 и 01671.
К 1986-му завод-строитель завершил на № 01663 прокладку кабеля и установку электрооборудования,
В 1983 г. готовность первого серийного "Поиска" составила только 30 % из-за задержки поставок серийных погружных электродвигателей со статическими преобразователями и электромагнитов (ЛЭО "Электросила"), гидрокомплекса (НПО "Компас"), приборов забортного освещения (завод "Электросвет"), уровнемеров и сигнализаторов уровня воды в уравнительной и заместительной цистернах (НИИ токов высокой частоты). К 1986-му завод-строитель завершил на № 01663 прокладку кабеля и установку электрооборудования, а на № 01671 – только изготовление прочного корпуса. В 1988 г. заводу-строителю удалось не полностью завершить постройку № 01663 и в июне транспортным плавдоком отправить его в Севастополь на сдаточную базу для завершения строительства и швартовных испытаний, а также проведения ходовых заводских и государственных испытаний. До декабря того же года были получены недостающие аккумуляторы и манипуляторное устройство, завершен их монтаж, проведены швартовные испытания и частично завершена программа заводских ходовых испытаний. Все испытания аппаратов проводились с борта "Михаила Рудницкого".
В декабре года первый серийный "Поиск-2" зав. № 01663 был предъявлен комиссии Госприемки под председательством Э. В. Гашкевича. До конца года госкомиссия провела проверки аппарата в объеме утвержденной программы и приняла первый серийный ГА проекта 1832 "АС-27" в состав Черноморского флота с условием проведения глубоководного погружения личным составом в январе 1989 г А уже в мае 1989-го "АС-27” на борту "Михаила Рудницкого" принял участие в операции по поиску и обследованию атомной подводной лодки "Комсомолец", затонувшей 7 апреля 1989 г. в Норвежском море на глубине свыше 1600 метров.
Шторм до пяти баллов мешал проведению поисковой операции. "Михаил Рудницкий" и однотипный "Георгий Титов" не смогли при таком волнении спустить свои ГА, и назначенный на выход уже достаточно опытный экипаж не смог показать все возможности проекта 1832. Но это была уже не его вина – штатное судно-носитель проекта 537 еще не было готово! Только после 20 мая при волнении до четырех баллов удалось спустить с борта "Келдыша" оба "Мира", которые произвели допоиск, классификацию ранее обнаруженной акустической цели и обследование затонувшей лодки.
Строительство второго серийного аппарата (зав. № 01671) было завершено в июле 1989 г., и он был также транспортным плавдоком отправлен на сдаточную базу в Севастополь для завершения швартовных и проведения ходовых заводских и государственных испытаний с борта "Рудницкою".
До ноября 1990-го были проведены заводские ходовые испытания, а в декабре заказ № 01671 был предъявлен комиссии госприемки под председательством Э. В.Гашкевича. Комиссия провела проверки в объеме утвержденной программы государственных испытаний и приняла второй серийный ГА проекта 1832 "АС-29" в состав ВМФ с условием проведения глубоководного погружения личным составом в январе 1991 I. В том же году "АС-29" был погружен на свой штатный носитель – спасательное судно "Атагез" проекта 537 и переведен во Владивосток в состав ПСС Тихоокеанского флота.
По результатам эксплуатации опытного "Поиска-2" и в связи с разработкой промышленностью более совершенного комплектующею оборудования в 1980 г. было принято решение о модернизации опытного "АС-6".
Этим решением предусматривалась замена части опытных образцов на усовершенствованные серийные, в частности навигационного комплекса "Мста-2" – на комплекс "Мста-М- 41" с входящими в него абсолютным лагом ЛА-3 и гидроакустической системой "Экватор-Г, телевизионного комплекса "Шар-2" – на комплекс "Шар-6М", разрозненного научно- исследовательского оборудования – на комплекс "Родос-МВО-1" с входящими в него регистрирующей аппаратурой ЭРА-4, радиометром МРС-01, гидрологическим комплексом "Шалар-4" и магнитометром МБМ-2, статического преобразователя ПСТ – на преобразователь ПТС. Решением от 1982 г. был определен порядок и сроки замены вышеперечисленного оборудования на "АС-6", при этом бюро была поручена разработка необходимой конструкторской документации, а Ленинградскому Адмиралтейскому объединению – установка нового комплектующего оборудования по документации бюро и помощь личному составу "АС-6" при производстве ремонта.
В 1992 г., руководствуясь постановлением 1988 г. о сокращении опытно-конструкторских работ, не дождавшись поставки промышленностью всей штатной аппаратуры "Родос- МВО-1", флот прекратил дальнейшее финансирование модернизационных работ на "АС-6", и завод-строитель отозвал из Севастополя всех своих специалистов. Таким образом, эксплуатация опытного "Поиска-2" продолжилась без комплекса научно-исследовательского оборудования, только в интересах поисково-спасательной службы ВМФ. Успехи электроники и телеметрии позволили сначала зарубежным, а в 80-х гг. и отечественным исследователям Мирового океана все шире применять в своей работе автоматические автономные, работающие по заданной программе, или привязные самоходные телеуправляемые по кабелю подводные технические средства. Эти необитаемые ГА выгодно отличались от существующих обитаемых своими весогабаритными характеристиками, большей подводной автономностью, а самое главное – безопасностью, поскольку не требовали присутствия на борту экипажа, хотя и нуждались в судне- носителе для доставки их в район операции. Именно этим объясняется потеря в начале 90-х гг. интереса гидрографии к обитаемым аппаратам, сложным и дорогим в эксплуатации, и усиленное развитие необитаемых подводных технических средств, работающих по определенной программе.
Параллельно с созданием “Поиска-2” в бюро велась разработка проекта 1906 глубоководного аппарата “Поиск-6”. В связи с повышенными требованиями тактико-технического задания, он значительно отличался от 1825-го и 1832-го как по принятым техническим решениям, так и по полученным тактико-техническим характеристикам. Как показали проработки предэскизного проекта, в отличие от “Севера-2” и “Поиска-2”, “Поиск-6” мог быть только “батискафом”, то есть поплавкового типа, поскольку его прочный корпус не имел положительной плавучести, и она должна была обеспечиваться объемами легкого корпуса, заполненными легковесным заполнителем – бензином или сферопластиком. Ничего подобного отечественное подводное кораблестроение еще не знало, поэтому необходимо было, прежде всего, разработать теорию проектирования батискафа.
Совместно с ВМФ было решено разработку эскизного проекта 1906 вести в двух вариантах: с жидким (бензин “рафинат-риформинг“) и твердым (сферопластик) легковесным заполнителем, а по результатам исследования их физических свойств принять оптимальное решение. В качестве материала прочного корпуса ЦНИИ “Прометей” рекомендовал применить вновь создаваемые им стали с пределом текучести 120 кГс/мм? . Для экономии веса прочного корпуса и учитывая целесообразность установки входного люка выше ватерлинии ГА в надводном положении, а иллюминаторов – под его днищем, было решено прочный корпус установить в районе миделя и выполнить цилиндрическим с наружными тавровыми шпангоутами и концевыми полусферическими переборками. При этом ось цилиндра расположили вертикально, с установкой входного люка в верхней переборке, а иллюминаторов – в нижней. Такая компоновка прочного корпуса обеспечивала более рациональное размещение в нем оборудования при минимальном объеме, а значит, и весе. Предварительные оценки необходимого объема легковесного заполнителя с удельным весом не более 0,7 т/м? , выполненные еще в предэскизном проекте, показали величину около 300 м? . Учитывая необходимость придания аппарату гидродинамической формы, решили весь этот объем разместить симметрично в нос и корму от прочного корпуса. При этом, для обеспечения продольной прочности на волне, конструкция предусматривала продольную коробчатую раму, в которой в миделе крепился прочный корпус, а в оконечностях и по бортам выделялись объемы балластных цистерн. Внутри коробчатой рамы, в нос и корму от прочного корпуса, размещалось все забортное оборудование, а по бортам – цистерны с легковесным заполнителем. Все объемы легкого корпуса замыкались обшивкой, подкрепленной поперечным тавровым набором.
В качестве материала легкого корпуса были рассмотрены сталь, алюминиево-магниевый и титановый сплавы. Но использование стали приводило к резкому увеличению водоизмещения, первого сплава в паре со стальным прочным корпусом – к коррозии легкого корпуса, а второго сплава – к коррозии прочного корпуса, что вызывало у конструкторов сомнения в части надежной работы ГА в морских условиях. ЦНИИ ТС, приступивший к внедрению композиционных материалов в подводном кораблестроении, рекомендовал применение стеклопластика на основе эфирных смол, обязавшись разработать и внедрить тюбинговую технологию крупногабаритных композитных конструкций балластных цистерн и объемов плавучести. Стеклопластик обладал рядом положительных качеств – малым удельным весом, достаточной прочностью, коррозионной стойкостью, немагнитностью и малой электропроводностью. Вместе с тем, прочность и плотность изделий из этого материала сильно зависит от их конструкции и соблюдения технологического процесса при производстве.
“Творческая мастерская" приняла стеклопластик в качестве материала легкого корпуса, сознательно став заложником специалистов ЦНИИ ТС и завода “Пелла” – изготовителя конструкций легкого корпуса. Принятая конструкция корпуса ГА определила его архитектуру и тип движительно-рулевого комплекса в составе маршевой кормовой поворотной в горизонтальной плоскости колонки с винтом фиксированного шага в насадке и двух носовых поворотных в вертикальной плоскости колонок с винтом регулируемого шага в насадке, размещенных побортно. В качестве приводов колонок и насосного агрегата системы гидравлики были приняты те же асинхронные погружные электродвигатели переменного тока мощностью на валу 6 и 10 кВт, что и в проекте 1832, только статические преобразователи были предусмотрены в погружном исполнении и размещались в легком корпусе.
Бортовые источники электроэнергии – аккумуляторные батареи набирались из тех же погружных аккумуляторов емкостью 680 А-ч и размешались в подвесных контейнерах. Они были установлены в сквозных шахтах легкого корпуса, обеспечивающих аварийную отдачу и обслуживание контейнеров на плаву. Бортовые системы погружения- всплытия, ВВД, гидравлики и жизнеобеспечения были приняты в основном аналогично проекту 1832. Роль уравнительно-заместительной и дифферентной систем выполняла совмещенная система, состоящая: – из носовой и кормовой цистерн маневрового балласта, заполненных бензином (в варианте с жидким легковесным заполнителем) или из носовой и кормовой прочных сферических уравнительных цистерн (в варианте с твердым легковесным заполнителем). Выпуском бензина из маневровых цистерн или приемом воды в прочные уравнительные цистерны через дистанционно управляемые клапаны ГА придавалась отрицательная плавучесть и необходимый дифферентуюший момент; – из носового и кормового бункеров с литой чугунной дробью в обоих вариантах. Выпуском дроби из бункеров через электромагнитные клапаны ГА придавалась положительная плавучесть и необходимый дифферентующий момент.
Проект 1906, как и 1832-й, не был подтвержден модельными испытаниями прочного корпуса в ЦНИИ им. акад. А.Н.Крылова, по причине непоставки необходимых моделей заводом “Красное Сормово”, а также проектами погружных электропреобразователей КБ завода “Электровыпрямитель”, электродвигателей КБ завода “Электросила”, погружных электрических аккумуляторов и погружного насосного агрегата системы гидравлики ЦНИИ АГ. Плохо обстояло дело и у заказчика с разработкой проектов научно-исследовательского оборудования. Проект был представлен двумя вариантами ГА: с жидким и твердым заполнителем объемов плавучести.
Учитывая состояние работ по промышленному освоению сферопластика, коллегия Минсудпрома и Управление ПСС ВМФ рекомендовали к строительству вариант с жидким заполнителем. Совместным решением в феврале 1970 г. Минсудпром и ВМФ утвердили материалы технического проекта 1906 к строительству опытного ГА “Поиск-6” в варианте с жидким заполнителем объемов плавучести. Вариант со сферопластиком был отложен до лучших времен, когда прояснится обстановка с промышленным производством сферопластика по темам “Жемчуг“ и “Глубина”.
Строительство опытного глубоководного аппарата “Поиск-6” началось в 1971 г. Ново-Адмиралтейским заводом по проекту 1906 и рабочей конструкторской документации, разработанной ЛПМ Б “Рубин”. Руководство строительством на заводе было поручено отделу строителей Д.ТЛогвиненко, имевшему опыт строительства “Севера-2” и “Поиска-2”. Опытный ГА получил заводской номер 01660.
Только летом 1977 г. наметилось ускорение в строительстве. Завод, наконец, получил долгожданный легкий корпус из стеклопластика и, установив его на стапеле цеха, где строилась легендарная “Аврора”, начал монтаж скопившегося оборудования и наружную прокладку кабеля. К концу этого года готовность ГА составила около 77 %. Не хватало только электродвигателей со статическими преобразователями (и, соответственно, движительно-рулевых колонок), а также аккумуляторов СП-680 и научно-исследовательского оборудования.
В течение 1978 г на “Поиск-6” дополнительно была установлена автономная система компенсации движительно-рулевых колонок, аналогичная примененной на "Поиске-2", и система электростатической защиты по рекомендациям ЦНИИ СЭТ Завод принимал энергичные меры по изготовлению пресс – форм для корпусов аккумуляторов и завершал переоборудование транспортного плавдока ТПД-39 по проекту 28БА, разработанному своими конструкторами.
По прибытии в Севастополь ТПД-39 с ГА на борту был включен в состав бригады АСС Черноморского флота. Экипаж плавдока, возглавляемый докмейстером М. И, Богачевым, и экипаж глубоководного аппарата в составе командира К.И.Поспелова и его помощников И.П.Цуркана (по ЭМЧ) и А.Н.Шехтера (по НИР) поступил в подчинение комбрига А.Ф Старовойтова, который, в свою очередь, подчинялся начальнику Аварийно-спасательной службы Черноморского флота А.В.Жбанову. Опытный “Поиск-6” получил тактический номер АС-7.
В конце мая в Севастополь для завершения приемо-сдаточных испытаний пришло СС "Г.Козьмин” – судно обеспечения испытаний и опытной эксплуатации “Поиска-6”, только что построенное на Выборгском судостроительном заводе по проекту 536 главного конструктора П.С.Вознот (ПКБ “Балтсудопроект”). На его борту было размешено все необходимое для обслуживания АС-7 на плаву в морс и в базе, кроме возможности приема батискафа на борт и снабжения его бензином Для работ с бензином предусматривался малый танкер (м/т) “Дон", переоборудованный Севастопольским морским заводом по проекту 1852 Приморского ЦКБ, который в это время также завершал приемо-сдаточные испытания. В июне в Севастополь были доставлены контейнеры аккумуляторных батарей в сборе с аккумуляторами, перегружены на ТПД-39, проверены в аккумуляторной мастерской, заряжены и погружены на АС-7. К этому времени на ГА установили манипуляторное устройство, гидролокатор кругового обзора, закрыв, наконец, все построечные удостоверения. В конце июня АС-7 был выведен из плавдока для проведения комиссией, назначенной командованием флота, проверочных работ по стыковке систем и устройств ГА с обеспечивающим судном. Большинство выявленных нестыковок в июле были устранены, и в октябре 1980 г. “Г.Козьмин” был принят в состав флота.