Музей Балтийского флота

Месторасположение: г.Балтийск, Калининградская область

28.02.2014, 24.06.2016

Навигация по тексту:
1703 год. Основание Балтийского флота. Якорь и пушки с петровских галер, шведская мортира
1731 год. Флот после Петра Великого
1788 год. Русско-шведская война. Адмирал Грейг
Дальние походы кораблей Балтийского флота в первой четверти XIX столетия
1854 год. Восточная (Крымская) война. Винтовая паровая канонерская лодка «Туча»
1863 год. Новое обострение отношений с Англией и Францией. Броненосная лодка «Русалка»
1863 год. Броненосный деревянный фрегат «Петропавловск»
1877 год. Война с Турцией. Деятельность адмирала Макарова
1877 год. Война с Турцией. Якорная мина конструкции Герца
1886 год. Эпоха до «Дредноута». Первый русский минный крейсер «Лейтенант Ильин»
1904 год. Русско-японская война и её последствия для Балтийского флота
1906 год. Деятельность Н.О.Эссен. Реанимация после Цусимы и подготовка Балтийского флота к Первой мировой войне
1909 год. Флагман Балтийского флота броненосный крейсер «Рюрик»
1911-1914 годы. Первые русские дредноуты на Балтийском море
1919 год. Гражданская война на Балтийском море
1941-1945 годы. Великая Отечественная война
1941-1945 годы. Подводные силы Балтийского флота в Великой Отечественной войне
Железнодорожная береговая артиллерия
Морская авиация КБФ
Вторая половина XX века. Холодная война
Морская радиоэлектронная разведка
Агентурно-разведывательная деятельность
Разведывательно-диверсионная работа
Последняя четверть XX века. От СССР к РФ. Сторожевой корабль «Неукротимый»
Морская пехота ДКБФ в Чеченской республике
Экспозиция во дворе музея

Рассказ о посещении музея Балтийского флота будет несколько хаотичен - чтобы выстроить интересный текст одной экскурсии недостаточно. Впрочем, этой тропой до меня прошло уже много народу - набег на музей, куча фотографий, вываленных в livejournal или на fotki.yandex.ru и бегом дальше. В лучшем случае - подписи к снимкам, скопированные из блогов предыдущих посетителей. Смотришь на снимок: ну часы настольные, ну модель парусника… и что? Под каким соусом их в музей-то пристроили? Постараюсь изложить свои впечатления с учётом исторического контекста и с опорой на естественную последовательность событий.

Парусник «Эрих Герхард» (модель из краеведческого музея Пиллау), Музей Балтийского флота Часть штурвала парусного судна XIX века (поднят со дна пролива), Музей Балтийского флота Лодка сомалийских пиратов - трофей СКР «Неустрашимый», Музей Балтийского флота

Парусник «Эрих Герхард» (модель из городского музея Пиллау)

Часть штурвала парусного судна XIX века (поднят со дна пролива)

Лодка сомалийских пиратов - трофей СКР «Неустрашимый»

1703 год. Основание Балтийского флота. Якорь и пушки с петровских галер, шведская мортира

Прорубая окно в Европу, путём очистки от шведов выхода к Балтийскому морю, Петр I двигался к устью Невы. Армия захватила Шлиссельбург и подошла к бастионной крепости Ниеншанц, что стояла напротив нынешнего Смольного, при впадении Охты в Неву. На другой стороне Охты располагался город Ниен, жители которого сожгли свои дома и укрылись в крепости. Брать приступом Ниеншанц русские не стали - продолжительный артиллерийский обстрел принудил гарнизон к сдаче. Подоспевшая на помощь осажденным шведская эскадра отправляет на разведку десятипушечный бот "Гедан" ("Щука") и восьмипушечную шняву "Астрильд" ("Звезда"). Кстати, забавное слово "шнява" это голландское "snauw" - быстроходный посыльный или разведывательный корабль (трёхмачтовые шнявы иногда называли малыми фрегатами). Кроме парусов шнявы имели также весла для движения в шхерах или во время штиля. Экипажи шведских кораблей заметили некоторые перемены на "пустынных берегах Невы": повсюду русские войска, город сожжён, да ещё и крепость разбита артиллерийским огнём. В общем, беспорядок. Тем не менее, любопытные шведы были спокойны: у русских кораблей нет, значит на середине широкой реки ничего не угрожает.

3-х фунтовая корабельная пушка (1815г) и 3-х фунтовая десантная пушка петровской галеры, Музей Балтийского флота Шведская мортира XVIII века, 3-х фунтовая корабельная пушка 1815 года, 3-х фунтовая пушка Петровской галеры, Музей Балтийского флота Шведская мортира XVIII века, Музей Балтийского флота

3-х фунтовая корабельная пушка (1815г) и 3-х фунтовая десантная пушка петровской галеры

Шведская мортира XVIII века, 3-х фунтовая корабельная пушка 1815 года, 3-х фунтовая пушка Петровской галеры

Шведская пушка-мортира, XVIII век

"Царь, лично присутствуя при этой браваде, возмутился этим и, посоветовавшись с несколькими из морских офицеров своих, снарядил отряд из отборных и хорошо вооруженных людей и таких, которые хоть сколько-нибудь были знакомы с действиями на море, и, собрав столько лодок, сколько можно было в такое короткое время, отправил их вниз по реке дожидаться Шведов у бара - узкого места реки, переполненного отмелями при отсутствии каких-либо знаков или вех, какими могли бы руководствоваться суда для курса; место это было вполне доступным для плавания российских лодок, но неудобно для неприятеля.
Заметив движение лодок вниз по другому рукаву реки, Шведы решили отступить и присоединиться к своему флоту, но, лишь только они достигли бара, с наступлением ночи поднялся противный западный ветер, который погнал их по течению. В этот самый момент напали на них Россияне, поражая их со всех сторон пулями. Шведы храбро защищались, нанося вред своими пушками, пока за темнотою ночи и противным ветром, одолеваемая численностью неприятеля, шнява не села на мель. Здесь, после отчаянного сопротивления и потеряв большинство своей команды, судно было сдано, заодно и вельбот, понятно, подвергся такой же участи.
" Эта цитата взята из сочинения английского морского офицера на русской службе Джона Дена "История российского флота в царствование Петра Великого". Как пишет Александр Шарымов в своей книге "Предыстория Санкт-Петербурга, 1703 год": документ случайно был найден графом Евгением Путятиным у лондонского букиниста, затем переведён с английского и издан в 1897 году в Петербурге.

Вы только представьте себе: майской ночью, вместо размышлений над картами в штабной палатке, царь с солдатами прыгает в какие-то лодки. Далее следует "хитрый тактический манёвр": гребём к шведам и в абордажном бою захватываем два военных корабля, вооруженных пушками. Причём непосредственно в захвате участвовало всего 8 лодок из 30. А тот верзила с кошачьим лицом, "не щадя своей монаршей милости", вооружённый топором и гранатою, был одним из тех, кто первым ворвался на палубу "Астрели". Вроде бы и не дело царю рубиться в первых рядах, но представьте - каков боевой дух в его армии. В той самой армии, которую ещё три года назад, 8 тысяч шведов гоняли пинками под Нарвой (а русских-то там было 35 000). Заинтересовавшихся отправляю к петровскому дневнику "Гистория Свейской войны".

Письмо Петра I адмиралтейскому советнику А.В.Кикину с известием о победе при Гангуте, Музей Балтийского флота Модель кормы линейного корабля «Полтава», Музей Балтийского флота Модель галеры (1700-1721 гг), Музей Балтийского флота

Письмо Петра I адмиралтейскому советнику Его Величества А.В.Кикину об одержаной при Гангуте победе

Модель кормы линейного корабля «Полтава»

Модель галеры (1700-1721 гг.)

Летом 1714 года такие же чудеса какой-то безудержной отваги показал и новорожденный Балтийский флот. 99 русских гребных судов (галеры и скампавеи) сначала морочили голову своими манёврами 15 шведским линкорам, а потом, безветренным утром, вовсе ринулись в атаку. Царь Петр Алексеевич опять поступил вопреки всему и вся. Галеры против линкоров - это же как муравьи против слонов! Поднимись ветер и годовщину Гангутского морского сражения праздновали бы не мы, а шведы. Впрочем, альтернативная история - в соседнем отделе, а вот шведская империя утратила свои финские и прибалтийские владения.
Тем временем отечественный Балтийской флот оброс линкорами и прочими фрегатами, которые дремали в гаванях, пока гребные суда продолжали наводить шухер по шхерам. Пусть линейные силы русского флота и не бились с супостатами, но самим фактом своего существования (Fleet in being) они обеспечили "нейтралитет" шведских линкоров. Фактически, шведы уже потеряли Прибалтику, когда их ослабевший флот не смог обеспечить перевозку войск. Таким образом, флот Петра I позволил держать в той же Прибалтике лишь небольшие гарнизоны и высвободить армию для действий на других участках.

Между тем, на поток было поставлено строительство из стандартных деталей полугалер, называвшихся скампавеи. Они несли меньше пушек, чем галера, зато не занимали место каторжники (до 5 гребцов на весло). Вместо них посменно гребли солдаты. Они же составляли большую часть экипажа и принимали участие в абордаже и в десанте. Именно такими силами - морская пехота и лёгкие гребные суда, летом 1719 года, были осуществлены десанты, имеющие целью стимулировать миролюбие шведов путём разорения их побережья (а то переговоры на Аландском конгрессе зашли в тупик). Примерно в то же время, в конце весны 1719 года, капитан 2-го ранга Наум Сенявин с эскадрой линейных кораблей, носивших сугубо русские имена «Портсмут» и «Девоншир» (оба построены в Амстердаме), «Рафаил» и «Ягудиил» (эти с Соломбальской верфи) доказал, что не абордажем единым силён Балтийский флот. В сражении у острова Эзель (сейчас эстонский Саарема, кстати говоря, место рождения Фаддея Беллинсгаузена) его линкоры в артиллерийском бою захватили отряд из трёх кораблей (линкор, фрегат и бригантину) под командой капитан-командора Врангеля. Потери русских составили 9 убитых и 9 раненых.
Эта активность привлекла внимание вездесущих британцев, которые следующим летом отправили 18 линейных кораблей на Балтику "для совместных действий" с флотом принуждаемых к миру шведов. В конце мая 1720 года эскадра союзников появилась в 3 милях от Ревеля (нынешний Таллин). Три дня англичане вежливо переписывались с командующим Балтийским флотом адмиралом Апраксиным, убеждая, что они тут лишь для защиты своего торгового судоходства (да-да, а промеры глубин - это, наверное, не для подготовки десанта, а для борьбы со сплином). Но тут на эскадру пришло известие о высадке русского десанта под командованием Менгдена на шведское побережье (35 галер с 6282 солдатами) и союзники на всех парусах рванули назад, к Стокгольму.

Кремниевые мушкетоны флота Петра I (XVIII век), Музей Балтийского флота Капсюльный карабин XVIII века и кремневые мушкетоны, Музей Балтийского флота Флотские мушкетоны, Музей Балтийского флота

Кремниевые мушкетоны, состоявшие на вооружении флота Петра I, XVIII век

Капсюльный карабин XVIII века и кремневые мушкетоны

Флотские мушкетоны

Вскоре произошло событие, в очередной раз огорчившее шведов и показавшее иллюзорность покровительства "владычицы морей". В конце июля 1720 года флот под командованием генерала Голицына (11 тысяч солдат, 52 пушки на 61 скампавеях и 29 лодках) вышел на очередную операцию. Возле острова Гренгам, навстречу ему двинулся адмирал Шёблад с 14 вымпелами (156 орудий) и задачей сорвать русский десант. В этот раз безветрия не ожидалось, наоборот, волны и сильный ветер создавали проблемы для действий гребных судов. Шведы на крупных парусных кораблях имели отличную возможность поквитаться, но Голицын мудро выбрал тактику "Враг в панике бежит за нами". Скампавеи удрали в узкий мелководный пролив Флисесунд (между островами Брёнде и Флисе). А когда туда же азартно вломились шведы, то Голицын остановился и атаковал их. Шёблад, державший флаг на линкоре, попытался перестроить корабли, чтобы встретить русских залпами бортовой артиллерии. Однако крупные фрегаты с глубокой осадкой и большим радиусом циркуляции оказались беспомощными в узком проливе. Поочерёдно все четыре фрегата сели на мель, начался абордажный бой. Шведы отбивались 4 часа, били из пушек в упор, так что 43 скампавеи получили серьёзные повреждения и их потом оказалось проще сжечь, чем чинить. Русские потеряли 82 человека убитыми и 246 ранеными, более 40 человек были обожжены пороховыми газами. Впрочем, учитывая потери врага, поточный метод строительства полугалер и захват 4 фрегатов, победа была однозначной.
В 1721 году Великая Северная война, длившаяся двадцать лет, наконец завершилась, и новорожденный флот столкнулся с проблемами мирного времени. Традиционно, в наступившем развале армии и флота винят смутные времена, наступившие после смерти Петра Первого. Конечно, 37 лет чехарды правителей, не добавляли порядка: жена (Екатерина I), внук (Пётр II), дочь брата (Анна Иоанновна - дочь родного брата Петра, Ивана V-го), добрачная дочь (Елизавета Петровна), Пётр III (кстати, внучатый племянник Карла XII, с которым нещадно рубился Пётр Великий). Школьный курс истории рапортует, что эта свистопляска продолжалась до 1762 года, когда на престоле плотно устроилась Екатерина II. Вот только, проблемы начались существенно раньше.

1731 год. Флот после Петра Великого

Приведу яркий пример - в день смерти Петра Великого его супруга "имела предусмотрительность заранее послать в крепость деньги для уплаты жалованья гарнизону, который не получал его уже шестнадцать месяцев, подобно прочим войскам...". Интересно, что платила будущая императрица из собственных средств. И не потому что начфины были вороватые, а потому что денег в казне не было ни шиша. Это интересное обстоятельство связано с результатами тогдашней "активной политики" и прочего "поднятия России на дыбы". Страна была буквально разорена. ВВП конечно никто не измерял, а вот население сократилось на 20% и налоги выросли в 3,5 раза. "Упадок переутомлённых платёжных и нравственных сил народа … едва ли окупился бы, если бы Пётр завоевал не только Ингрию с Ливонией, но и всю Швецию, даже пять Швеций" - так описывал Ключевский состояние империи после Северной войны.
Однако вернёмся к делам флотским, музей-то тематический. Итак, уже через 5 лет после смерти Петра I боеспособность флота резко снизилась. Произошло это не чьим-то злоумышлением, а вполне закономерным образом - накопилась масса проблем материального и технического свойства.

1. "В 1731 году в строю остались только суда английской и голландской постройки, но не было ни одного судна, построенного при жизни Петра, это говорит о низком качестве кораблестроения: русские суда были боеспособны не более 6-7 лет. Корабли строились из сырого, невыдержанного и рубленного не вовремя леса. Фактически, они начинали загнивать уже на стапелях.
Даже исходя из среднего срока службы корабля русской постройки в 9 лет, для сохранения полностью боеспособным штатного состава флота в 27 судов нужно было закладывать и спускать со стапелей по 3 корабля ежегодно. Наследники, занятые борьбой за власть, не думали об этом; более того, очевидно, не думал и сам Пётр. В 1722 году был заложен всего 1 корабль, в 1723-м - столько же, в 1724-м - 2, в 1725-м (уже после смерти Петра I) - 1. Пять кораблей за четыре года! В целом же в царствование Петра ежегодно строилось 2,25 судна, закладывалось - 2,35. Таким образом, небоеспособность части флота была запрограммирована уже при Петре.
" Источник: Н.Петрухинцев "А самых больших кораблей нам строить трудно" (журнал "Родина", № 7-8/1996)

2. "Личный состав флота был не лучше его материальной части. В своих гардемаринах, учившихся за границей, Петр скоро разочаровался, и в конце царствования за границу более уже не посылали. А о положении матросов хорошее представление дает донесение одного иностранного дипломата своему правительству, относящееся как раз ко времени великолепных маскарадов, которыми праздновалась победа над шведами. "В видах предупреждения беспорядков и охранения спокойствия количество стражи в здешней резиденции удвоено. Мне говорили, что причина множества предосторожностей, принимаемых по этому случаю, заключается в том, что весьма значительное число матросов, которым не заплачено жалованье, несмотря на отданное царем перед отъездом приказание расплатиться с ними, не имея куска хлеба, составили заговор: собраться толпою и грабить дома жителей здешней резиденции"." Источник: М.Покровский, "Русская история с древнейших времён"

3. "Был ещё один факт, который не часто бросается в глаза историкам. Это нехватка корабельного леса. Ощущалась она необычайно остро, несмотря на то, что от петербургских и архангелогородских причалов ежегодно уходили десятки судов, в изобилии груженных русским лесом и пенькой, без которых бы не было ни английского, ни голландского флота. Но при изобилии мачтового леса (сосны), парусины и пеньки в России почти не было дуба на корпуса военных судов. Небольшое его количество было в Новгородской губернии, но он был низкого качества и годился лишь на второстепенные детали. Разведанные к тому времени дубовые леса росли в основном на Волге, в связи с чем русская казна несла громадные транспортные расходы." Источник: Н.Петрухинцев "А самых больших кораблей нам строить трудно" (журнал "Родина", № 7-8/1996)
Итак, корабли, наспех построенные из сырого соснового леса, быстро гнили в пресных водах Кронштадтской гавани, а других защищённых портов у Балтийского флота не имелось. Да и мирное время закономерно снизило государственный интерес к финансированию и комплектованию армии и флота. Впрочем, больше всего на состояние флота влиял тот факт, что Российская империя имела скромные материальные и финансовые возможности, а потому не могла одновременно с огромной сухопутной армией содержать мощный океанский флот.

Тем не менее, именно тогда, в 1732 году, был утвержден в качестве символа Андреевский флаг и впервые сформулирована военно-морская доктрина. Кстати говоря, не смотря на вышеозначенные проблемы, попытка шведов сыграть с русскими матч-реванш за Прибалтику в 1741-1743 годах, не привела к успеху. Впрочем, боевые действия на Балтике прошли в атмосфере интернационального военно-морского пацифизма. Вот что писал о них генерал Корпуса флотских штурманов Феодосий Фёдорович Веселаго в своей книге "Краткая история Русского Флота" (издана в 1895 году): "Шведы хотя и отправили в Финский залив 15 кораблей, 5 фрегатов и 2 бомбардирских судна, но при крайнем недостатке средств снабдили их весьма скудно всеми необходимыми припасами, отпустили малое количество провизии и назначили неполный комплект наскоро набранной, неопытной команды. К тому же, в отсутствии энергии шведские флагманы не уступали Мишукову [командующий Балтийской эскадрой] … Головин оказался в этом случае не лучше Мишукова. Приблизясь к Гангуту с 25 судами (15 кораблей, 2 фрегата и 8 мелких судов), адмирал, несмотря на настоятельные требования фельдмаршала, некоторое время простоял в бездействии на якоре вблизи шведского флота; а потом, вступив под паруса, оба флота, построенные в линию баталии, продержались более суток в море, один против другого, и разошлись после ничтожной перестрелки сблизившихся между собой передовых кораблей."

В образовавшийся мирный период от 1743 года до Семилетней войны (1756-1763 годы), Балтийский флот занимался строительством и обустройством. Была завершена постройка большого каменного канала в Кронштадте и находящихся в нем доков, а также открыто новое морское учебное заведение, названное "Морской шляхетный кадетский корпус". В начавшейся же Семилетней войне с Пруссией, флотская активность ограничивалась скучным крейсированием по Балтике и перевозкой войск.
В 1762 году вялотекущую жизнь кронштадтского болота нарушил Пётр III (он же потенциальный наследник шведского престола Карл Петер Ульрих, первый представитель Гольштейн-Готторпской ветви Романовых, взошедший на русский престол). Забудем о противоречивых оценках монарха и посмотрим на его флотские инновации. Были начаты работы по гаваням Кронштадта, к строительству базы в Рогервике (нынешний эстонский Палдиски) вместо каторжан привлекли подрядчиков, отправлены в отставку престарелые адмиралы (в том числе известный нам Мишуков), поставлена задача увеличения численности кораблей на четверть больше петровского состава. Пётр III взялся за эти дела горячо, последовательно, но совершенно забыв про два обстоятельства: отсутствие денег в казне и опасность дворцового переворота. Пришедшая к власти Екатерина II скомандовала нечто вроде: "дым - в трубу, дрова - в исходное положение" и все расслабились, но её мнение о состоянии Балтийского флота (1765 год) осталось в веках: "У нас в излишестве кораблей и людей, но нет ни флота, ни моряков..."; "все выставленное на смотр было из рук вон плохо. Надобно сознаться, что корабли походили на флот, выходящий каждый год из Голландии для ловли сельдей, а не на военный".

Пропустим средиземноморские баталии в ходе Русско-турецкой войне (1768-1774гг), увенчавшиеся чесменским истреблением неприятельского флота в 1770 году. Тема интересная, но сильно далёкая от Балтийских берегов, да и экспонатов того периода в музее нет. По тем же причинам, пропустим основание Севастополя в 1783 году, у развалин древнего Херсонеса, а также деятельность Потёмкина и создание Черноморского флота. Также проскочим мимо второй русско-турецкой войны (1787-1793 гг.), не упомянув о подвиге капитана 2-го ранга Сакен и о победах Федора Федоровича Ушакова (Федониси, Очаков, Тендровское сражение и бой у Калиакрии).

1788 год. Русско-шведская война. Адмирал Грейг

Вернёмся на Балтику, к неугомонным шведам, которые в 1788 году снова стали дерзкими. 21 июня 1788 года 30-тысячная шведская армия под командованием Густава III без объявления войны перешла границу и осадила крепость Нейшлот (ныне - финский город Савонлинна). Этот день вошёл в историю ещё и тем, что комендант неожиданно осажденного Нейшлота, безрукий ветеран, майор Кузмин, на требование о сдаче крепости отвечал: "Я без руки, не могу отворить ворота; пусть его величество сам потрудится". Шведы так и не сумели взять Нейшлот, лишь разграбили окрестности.
В тот же день король Густав ІІІ потребовал от Екатерины II немедленно разоружить Балтийский флот, отдать шведам Финляндию, отдать туркам полуостров Крым и заключить мир с Турцией (при посредничестве миролюбивых дипломатов Швеции). Причиной обострения смелости стали три фактора:
1) Уверенность в том, что Россия отправила основные силы армии и флота на Чёрном море для войны с турками.
2) Усиленная военная подготовка к реваншу - с 1771 года шведский флот вырос до 23 линейных кораблей, 11 фрегатов, а гребной флот - до 140 кораблей.
3) Поддержка европейских стран: Великобритании, Голландии и Пруссии.

Самое скверное, что король Густав III не просто был прав, но и имел отличный хитрый план. Он знал, что сил для войны на новом театре военных действий у России не было. Армия - на юге страны, все пригодные к бою корабли ушли с Балтики в Средиземное море. В условиях численного и качественного превосходства будет несложно разгромить в одном решительном бою наспех собранные силы Балтийского флота. Уцелевшие русские корабли укроются в Кронштадте и это означает полное господство шведов на море. Сухопутные силы русских будут стянуты в Финляндию, для отражения внезапного шведского вторжения. В это время гребные суда внезапно высаживают десант в 20 000 лучших войск на ораниенбаумскому берегу и овладевают беззащитным Петербургом. Таким образом, ещё до наступления осени 1788 года война будет выиграна.
Реакция русских была просчитана правильно: "Все бывшие поблизости войска двинули в Финляндию, торопясь пополнять их вновь набираемыми рекрутами. Из церковников и праздношатающихся в столице людей сформировали два батальона, а из ямщиков - казачий полк. Армии, составленной из таких разнообразных элементов и едва доведенной до 14 тысяч человек, предстояло бороться с 36 тысячами хорошо обученного регулярного неприятельского войска, предводимого смелым и энергичным королем." Источник: Ф.Ф.Веселаго, "Краткая история Русского Флота".

На море же боевые действия начались с того, что были захвачены два крейсирующих русских фрегата, а вот дальше начались неожиданности. По непонятным причинам "Архипелагская эскадра" под командованием шотландца на русской службе адмирала Самуила Карловича Грейга не успела уйти из Кронштадта. Пополнив эту эскадру семью кораблями отряда контр-адмирала Мартына Фондезина (настоящее имя Виллим фон Дезин), Балтийский флот через 4 дня после начала войны вышел в море. 19 июля 1788 года противники вступили в бой у острова Гогланд. Вновь обратимся к книге "Краткая история Русского Флота": "У Грейга было 17 кораблей, из которых 5 наскоро вооруженных и не имеющих полного комплекта команды, составленной большею частью из вновь набранных неопытных матросов. Шведский же флот, бывший под начальством брата короля генерал-адмирала герцога Зюдерманландского, состоял из 17 кораблей и 7 больших фрегатов с артиллерией, по калибру равной корабельной. Кроме своевременного вполне исправного снаряжения судов, шведы имели около полутора месяца времени для практического обучения своих экипажей.
Неприятельский флот, бывший под ветром от нашего и лежавший левым галсом, держался, как на маневрах, в правильной линии, сохраняя между судами равные интервалы. Между тем, спускавшийся на шведов наш флот сохранял довольно правильный строй только в авангардии и передовой части кордебаталии, за которой в беспорядке шли 8 судов, в большинстве принадлежавшие к отряду Фондезина. Далеко отставшие задние корабли, несмотря на сигналы адмирала, сопровождаемые пушечными выстрелами, не торопились приблизиться к неприятелю.
"

В ходе ожесточенного сражения обе стороны потеряли по линейному кораблю, так что формально бой закончился вничью. Шведский флот отправился исправлять полученные повреждения в Свеаборг, полагая что русские с тем же самым ушли в Кронштадт. Тем временем, Грейг отправил в базу 4 наиболее избитых корабля, остальные отправились вслед противнику и заблокировали его в базе. Более того, базируясь на Ревель, русский флот прервал снабжение по морю шведской армии и окончательно сорвал все планы Густава III. А что же отважные шведские мореходы? Они тихо сидели в Свеаборге, пока русские в ноябре не ушли на зимовку в Ревель. Отдельно скажу, что Грейг провёл "разбор полётов" и под суд пошли командиры трёх кораблей самовольно оставившие место в линии и уклонившиеся от участия в бою. Командующий арьергардом Фондезин также был отстранен от командования.
Летние морские кампании 1789 (Эландский бой и Первое Роченсальмское сражение) и 1790 (Красногорское сражение и «Выборгские шпицрутены») годов прошли примерно в том же духе. Не смотря на массу проблем (например, смерть Грейга и начисто проигранное в июне 1790 года Второе Роченсальмское сражение) Балтийский флот сорвал планы шведов по захвату Петербурга и по восстановлению великой Швеции в её прежних границах. 3 августа 1790 года война закончилась подписанием Верельского трактата. Россия смогла бросить все силы на окончание войны с турками, чем сильно (вплоть до выдвижения к границам миротворческих прусских войск и английских эскадр) огорчила западных дипломатов, которые склоняли её к выгодному для Турции миру.

Абордажные тесаки обр.1827 года и абордажный топор, Музей Балтийского флота Кокор для хранения артиллерийских снарядов, Музей Балтийского флота Пороховница XVIII века, Музей Балтийского флота Флаг флотского экипажа, конец XIX века, Музей Балтийского флота

Абордажные тесаки обр.1827 года и абордажный топор

Кокор для хранения артиллерийских снарядов

Пороховница XVIII века

Флаг флотского экипажа,
конец XIX века

В период наполеоновских войн с 1805 по 1814 годы деятельность Балтийского флота ограничивалась перевозкой войск и мелкими стычками с шведами и англичанами. Интересно, что имевшая место очередная русско-шведская война (1808-1809гг) была начата Александром I, который стремился выполнить условия Тильзитского мира. Одним из условий мира было присоединение Российской империи к континентальной блокаде Великобритании - системе экономических и политических санкций, организованной Наполеоном. Русский царь принуждал Густава IV Адольфа вместо заигрываний с Великобританией закрыть шведские гавани для англичан. Фактически война была начата ради оказания услуги Наполеону, который натравливал Россию на полное приобретение Швеции. По другую сторону фронта тоже было интересно и бодро: Великобритания в феврале 1808 года обязалась платить Швеции по 1 миллиону фунтов стерлингов ежемесячно во время войны с Россией, сколько бы она ни продолжалась. Итогом боевых действий стало приобретение Российской империей всей Финляндии и Аландских островов. Ну а о судьбе Наполеона нам хорошо известно, пусть даже и в контексте Бородинского сражения, сгоревшей Москвы, дубины русской народной войны, Березины и взятия Парижа.

Дальние походы кораблей Балтийского флота в первой четверти XIX столетия

В период после разгрома Наполеона I деятельность Балтийского флота ограничилась перегонами кораблей, учебными выходами в море, гидрографическими работами и немногими дальними плаваниями. Известный военный историк М. И. Богданович о состоянии флота в первую четверть XIX века пишет: "Беспрестанные войны, веденные Россией с 1805 по 1815 год, заставя правительство обратить исключительное внимание на умножение и содержание военно-сухопутных сил, были причиной тому, что наш флот оставался в небрежении. Исправление старых кораблей и постройка новых почти совершенно прекратились по недостаточности сумм, отпускаемых на содержание флота. Наши моряки, выходя из портов с ветхими судами, едва могшими держаться в море, действовали успешно против шведов в Балтийском море и против турок в Архипелаге, но такое состояние флота угрожало совершенным разрушением нашей морской силе. Александр I не занимался этой частью и, мало ценя подвиги моряков, благоволил только к одному из них, Павлу Васильевичу Чичагову, да и тот обратил на себя внимание государя не заслугами на морском поприще, а многосторонним образованием и твердостью характера".

На этом фоне большим событием для флота стало первое кругосветное плавание. Его замысел и воплощение в жизнь - заслуга Ивана Фёдоровича Крузенштерна (Адам Иоганн фон Крузенштерн). Отправленный в чине лейтенанта волонтером на английский флот, Крузенштерн, участвовал в боях с французскими кораблями, побывал в южных морях, посетил китайские порты, смог оценить важность открытия морского маршрута в Китай и русские колонии в Америке. Через несколько лет, в 1803 году, Иван Фёдорович получил два небольших судна английской постройки, снаряженные Российско-Американской компанией. «Надеждой» командовал сам начальник экспедиции капитан-лейтенант Крузенштерн, а «Невой» - капитан-лейтенант Лясинский, также служивший прежде волонтером на английском флоте. Вновь процитирую Феодосия Федоровича Веселаго: "Цель экспедиции была доставление в наши американские колонии нужных для них предметов, принятие там груза промышленных пушных товаров, продажа или промен их в китайских портах на местные китайские товары и доставление последних в Кронштадт. К этой главной цели присоединилось еще производство в назначенных местах гидрографических исследований и доставление посольства в Японию для основания торговых сношений с этой страной. Посланником назначен был камергер Резанов, один из главных акционеров компании. Обоим судам дозволено было иметь военные флаги. Выйдя из Кронштадта в исходе июня 1803 года, экспедиция благополучно возвратилась в конце лета 1806 года, исполнив с блистательным успехом все на нее возложенное. На пути от островов Зеленого мыса к берегам Южной Америки суда 14 ноября 1803 года перешли экватор, и здесь в первый раз русский флаг явился на водах южного полушария. Экспедиция в колонии шла мимо мыса Горн, а в обратный путь - мимо мыса Доброй Надежды."
Подробнее о первой русской кругосветке можно прочесть в книге И.Ф.Крузенштерна "Путешествие вокруг света в 1803, 1804, 1805 и 1806 годах на кораблях «Надежда» и «Нева»", которая издавалась на русском языке трижды, последний раз в 2007 году. Стоит сказать, что благодаря коту Матроскину имя адмирала широко известно народным массам самого юного возраста, а вот мелькнувшая фамилия Николая Резанова может быть вам знакома по рок-опере Рыбникова «Юнона и Авось».

Медаль в честь кругосветного плавания шлюпов «Открытие» и «Благонамеренный», Музей Балтийского флота Подзорная труба адмирала М.П.Лазарева, Музей Балтийского флота Подзорная труба русского адмирала И.Ф.Крузенштерна, Музей Балтийского флота Курительная трубка адмирала И.Ф.Крузенштерна, Музей Балтийского флота

Медаль в честь кругосветного плавания шлюпов «Открытие» и «Благонамеренный»

Подзорная труба русского адмирала Михаила Петровича Лазарева

Подзорная труба русского адмирала Ивана Фёдоровича Крузенштерна

Курительная трубка адмирала Ивана Фёдоровича Крузенштерна

Рядом с курительной трубкой Крузенштерна - подзорная труба, принадлежавшая другому великому русскому мореплавателю, адмиралу Михаилу Петровичу Лазареву. Средний из трёх родных братьев-адмиралов будучи ещё лейтенантом прославился участием в первой Антарктической экспедиции. 31 марта 1819 года Крузенштерн направил письмо морскому министру де Траверсе в котором предложил подготовить две экспедиции - к Северному и к Южному полюсу. В каждую экспедицию планировалось включить по два судна. К южному полюсу пошли шлюп «Восток» (капитан II ранга Беллинсгаузен) и шлюп «Мирный» (лейтенант Лазарев). Экспедицией Беллинсгаузена и Лазарева был открыт шестой материк - Антарктида и 29 островов. Корабли пробыли в плавании 751 день. 24 июля 1821 года в Кронштадте их торжественно встречал император Александр I.

Тут же мы видим медаль кругосветной экспедиции (1819-1822 годы), основной целью которой было попытаться пройти на шлюпах «Открытие» и «Благонамеренный» из Тихого океана в Атлантический через Ледовитый океан, безразлично в каком направлении - на восток или на запад. Шлюп «Открытие» (М.Н. Васильев) был того же типа, что и «Восток», а шлюп «Благонамеренный» (Г.С. Шишмарев) того же типа, что «Мирный», со всеми достоинствами и недостатками этих шлюпов. Снабжены эти суда были одинаково с «Востоком» и «Мирным» (вплоть до сигнального устройства Бутакова), с той лишь разницей, что все запасы для экспедиции Беллинсгаузена-Лазарева были рассчитаны на два года, а для экспедиции Васильева-Шишмарева на три года. Кроме того, на «Благонамеренный» был погружен в разобранном виде баркас, предназначенный для прибрежных исследований. Медаль выдавалась командирам кораблей экспедиции для вручения вождям населения открываемых земель и островов в северной части Тихого и морях Северного Ледовитого океанов. На лицевой стороне награды - изображение Александра I, а на оборотной надпись: "Шлюпы Открытие и Благонамеренный - 1819 год". Медали изготавливались из серебра и бронзы и были рассчитаны на ношение на шее. Участвовавший в экспедиции Карл Гилльсен оставил путевые записки "Путешествие на шлюпе «Благонамеренный»", которые легко найти в сети.

Модель 44-пушечного фрегата «Паллада», Музей Балтийского флота

Модель 44-пушечного
фрегата «Паллада»

Выставленная в музее модель балтийского фрегата «Паллада» напоминает о его походе в Нагасаки. Фрегат был построен согласно личному указанию императора Николая I по чертежам английского фрегата «Президент», являвшегося точной копией американского фрегата «Президент», который был взят английским флотом в качестве трофея и который являлся тогда одним из наилучших кораблей для океанского плавания и рейдерства. Чертежи в Англии добыл штабс-капитан Корпуса корабельных инженеров И. А. Амосов, но корабельный инженер Стокке решился на перепроектирование фрегата ради применения круглой (более прочной и лёгкой) кормы и тем самым рискнул нарушить императорское указание.
Спущенный на воду в 1832 году фрегат получил много новинок кораблестроения тех лет, вроде применения вместо якорных канатов цепей, установки чугунных якорных клюзов и применения вместо бочек для хранения питьевой воды квадратных в плане цистерн из лужёного металла. Командование флота рассматривало «Палладу» и как опытовую артиллерийскую площадку для разработки оптимального артиллерийского вооружения океанского фрегата. Особенно много в этом направлении сделал командовавший фрегатом с 1846 года капитан 1-го ранга великий князь Константин Николаевич.
В 1852-1855 годах под командованием капитана И.С.Унковского в составе экспедиции адмирала Путятина фрегат вышел из Кронштадта на Дальний Восток. Целью похода было заключение дипломатических и торговых отношений с Японией. Для составления летописи плавания и ведения протоколов переговоров с японцами на борту «Паллады» находился служащий департамента внешней торговли писатель И.А.Гончаров, который описал свои впечатления об этом плавании в знаменитом путевом очерке "Фрегат Паллада".
После начала боевых действий с Англией и Францией Унковский получил из Петербурга приказ увести «Палладу» в устье Амура, но из-за малых глубин и подводных препятствий сделать это не удалось, и «Паллада» направилась для зимовки в Императорскую (ныне Советскую) гавань. Весной 1855 года, когда сошел лед, в бухту вошли фрегат «Аврора» и корвет «Оливуца» для буксировки «Паллады» в Амурский лиман. Однако из-за ветхости корпуса буксировать корабль было невозможно. Из опасения, что старый фрегат будет захвачен англо-французской эскадрой «Паллада» была затоплена экипажем. Интересно, что в 1885 году матросы клипера «Джигит» подняли с «Паллады» некоторые детали. Чугунные части оказались рыхлыми, как сыр, и их можно было мять в ладони, зато куски дуба обрели неожиданную прочность, став тверже железа.

1854 год. Восточная (Крымская) война. Винтовая паровая канонерская лодка «Туча»

Времена были непростые: только что закончилась Восточная (она же Крымская) война 1853-1856 годов, в ходе которой тёмные силы в лице Российской империи сражались со светлой коалицией демократических империй (Британская, Французская, Османская империи, а также Пруссия и Австрийская империя на скамейке запасных). Война шла за сакральное право сказать: "Крым - наш", а точнее - за вытеснение России с берегов Черного моря и из Закавказья.
Наряду с широко известной обороной Севастополя состоялась и героическая защита Дальнего Востока. В августе 1854 года фрегат «Аврора» (да-да, знакомое имя, которое потом было передано главному символу Октябрьской революции) и гарнизон Петропавловска-Камчатского две недели отбивались от англо-французской эскадры. Своими несоразмерно жёсткими ответными действиями они довели английского контр-адмирала Прайса до "случайного смертельного выстрела в себя", а его эскадру до отхода в Северную Америку. Годом позже, в 1855 году, когда Тихоокеанская эскадра "сил добра" выросла до 26 кораблей, «Аврора» прикрыла переход транспортов, эвакуировавших население города в Николаевск-на-Амуре.

Но вернёмся на Балтийский флот, как-никак музей посвящен именно ему. В 1854 году союзники прислали в Балтийское море свою делегацию в составе 11 винтовых и 15 парусных линейных кораблей, 32 пароходофрегатов и 7 парусных фрегатов. Им противостояли силы русского флота: 26 парусных линейных кораблей и 17 фрегатов, 11 пароходофрегатов и не имелось ни одного винтового корабля. По случаю прибытия незваных гостей государь-император Николай I созвал большой военный совет с участием всех наличных адмиралов. После категорического совета адмиралов не выходить в море, царь в гневе воскликнул: "Разве флот для того существовал и содержался, чтобы в минуту, когда он действительно будет нужен, мне сказали, что флот не готов для дела!" (Источник: Е.В.Тарле "Крымская война")

Действительно, паровой флот противника мог выбирать нужную ему позицию и, используя дальнобойную артиллерию, расстреливать парусные русские суда, которые зависели от направления и силы ветра. Крыть заграничную карту было нечем. Отсюда и стратегия: не поддаваться на провокации, а если не удастся отсидеться в Кронштадте, то использовать тактику пассивного боя имени Черноморского флота, т.е. героически самозатопить корабли, испортив фарватеры. Корабельную артиллерию перетащить на береговые батареи, флотскими экипажами усилить пехоту. Тем не менее, кое-какие "нанотехнологии" у балтийцев имелись. Впервые в мировой практике были организованы минно-артиллерийские позиции: минные заграждения, прикрытые от траления береговой артиллерией. Минные поля, расположенные вне зоны действия береговой артиллерии, прикрывались специально созданным отрядом канонерских лодок. Представленная в музее модель 173-тонной канонерской лодки «Туча» (тип «Молния») даёт нам представление об этих кораблях. «Туча» была заложена в декабре 1854 года на эллинге Галерного островка в Санкт-Петербурге, вошла в состав Балтийского флота летом 1855. Канонерка несла дозорную службу в Финском заливе. Выведена из состава флота в 1869 году.

Канонерская лодка «Туча», Музей Балтийского флота

Модель канонерской лодки «Туча»,
оборонявшей Кронштадт
в 1855 году

Забегая вперёд, скажу о судьбе этих спешно построенных, но простых и крепких кораблей. "В 1861 году из сорока винтовых канонерок была сформирована практическая эскадра для ознакомления русских моряков с тактическими построениями и эволюциями паровых кораблей и для изучения их свойств, а также для тренировки в нанесении таранных ударов. Опыт плаваний этой эскадры позволил командовавшему ею контр-адмиралу Г.Бутакову выработать основные тактические приемы паровых кораблей прибрежного действия и сформулировать требования к их составу, численности и основным тактико-техническим характеристикам". Источник: В.Смирнов, Г. Смирнов "Корабли береговой обороны"

Но вернёмся к морским минам заграждения, поля которых прикрывали в том числе канонерские лодки. "Всего за 1854-1855 годы под Кронштадтом выставили 1865 мин - 474 конструкции Якоби и 1391 - конструкции Нобеля. К сожалению, отсутствие архивных данных не позволяет точно определить результаты применения минного оружия в Крымской войне. Обычно в литературе упоминается о подрыве четырех кораблей (скорее всего, на минах Нобеля), однако из-за малой массы пороховых зарядов в минах ни один из них не получил сколько-нибудь существенных повреждений. В то же время можно твердо утверждать, что мины свою задачу выполнили. Не случайно командующий эскадрой адмирал Ч.Непир докладывал британскому Адмиралтейству о "сильной защите подходов к Кронштадту адскими машинами"." Источник: Коршунов, Дьяконов «Мины российского флота»

Ещё одной инновацией, обнулившей всю ценность имевшегося парусного флота, стали новые принципы артиллерийского морского боя. Обычно корабли вооружались тяжёлыми орудиями, стрелявшими сплошными ядрами, которые пробивали толстый деревянный борт лишь с расстояния около 100-150 метров, не нанося при этом существенного ущерба самому корпусу. Мечта стрелять прямой наводкой из этих пушек разрывными снарядами (бомбами) была заманчивой, но неисполнимой - промышленность не могла изготовить толстостенные разрывные снаряды, выдерживающие давление пороховых газов внутри длинного ствола. Поэтому бомбы метали только короткоствольные мортиры, которые не могли вести огонь через орудийные порты, точность огня по навесной гаубичной траектории была низкой. Да и много ли поставишь мортир на верхней палубе, без вреда для собственного такелажа?

"В 1822 году французский артиллерист генерал Пексан высказал две важные идеи: "Необходимы короткие пушки большого калибра, стреляющие с больших дистанций по деревянному флоту разрывными снарядами с большим разрывным зарядом. Необходима железная броня для бортов военных судов против бомб".
"Первое предложение Пексана было принято быстро и повсеместно, и это не удивительно... Сами по себе бомбы никак не могли считаться новинкой на флоте: они издавна применялись для стрельбы из корабельных мортир и гаубиц. Новизна пексановой идеи состояла в том, чтобы стрелять не в палубы вражеских кораблей по навесным траекториям, а в борта по настильным траекториям. Для такой стрельбы Пексан разработал так называемые бомбические пушки, у которых казенная часть была утолщена для придания большей прочности, изменена форма каморы для размещения уменьшенного заряда, устранено дульное утолщение и для удобства заряжания сделано расширение канала у самого дульного среза - распал.
Испытания в Бресте и в Кронштадте в начале 1830-х годов показали, что разрыв бомбы в борту деревянного корабля делает брешь площадью более квадратного метра и что на дистанциях 500-1000 м деревянный корабль может быть потоплен 20-25 выстрелами бомбических пушек. В результате пексановские пушки быстро распространились на кораблях ведущих флотов, в том числе и на русских. Что же касается второго предложения Пексана - железной брони,- то о нем забывают почти на двадцать лет.
" Источник: Г.В.Смирнов "Корабли и сражения"

К нашему сожалению, французская военно-морская мысль била ключом, и в Крымскую войну против русских вышли три немореходные, зато бронированные (толщина брони по разным данным: от 100 до 120-мм) плавучие батареи, оснащенные паровой тягой и гребным винтом. Их 240-мм орудия (от 12 до 16 штук на каждом корабле) за три часа расправились с береговым укреплением Кинбурн. Десятки ядер, прилетевших к ним в ответ, оставили на бронированных бортах и палубах французских кораблей только небольшие вмятины.
Крымская война показала полную беззащитность деревянных парусных кораблей от артиллерийского огня. Кстати говоря, широко мыслящие земляки Пексана в 1857 году первыми закрыли тему линейных деревянных кораблей и начали строительство броненосцев. Более того, с 1857 года все корабли, не имеющие машин, исключались из списков французского флота как вносящие разнобой в его тактическое использование. (источник: А.Шершов "К истории военного кораблестроения").

Крымская война закончилась, а промышленная и техническая отсталость России остались. Наши предки кинулись было догонять ушедший военно-морской поезд, но вовремя спохватились и в 1857 году отменили программу строительства винтовых деревянных кораблей. Зато был разработан план перестройки адмиралтейств, заводов, верфей и мастерских для нужд броненосного кораблестроения с одновременным расширением металлургической и металлообрабатывающей промышленности. Положение осложнялось тяжелым экономическим положением, поэтому удовлетворились планами постройки оборонительного броненосного флота, для защиты Кронштадта и берегов Финского залива.

1863 год. Новое обострение отношений с Англией и Францией. Броненосная лодка «Русалка»

В 1861 году, отечественные корабелы построили первый железный броненосный корабль - 270-тонную канонерскую лодку «Опыт». Интересно, что годом позже на этой канонерке под руководством адмирала Г.И.Бутакова испытали "минный таран" (шестовую мину) - она приблизилась к стоящей на якоре шхуне "Метеор" и подорвала её. "Минный таран" представлял собой пороховой заряд весом до полутора пудов, прикрепленный к концу 15-метрового бревна (шпирона), служившего продолжением форштевня броненосной лодки. Тогда же было установлено что, взрыв подводного заряда, укрепленного на шесте длиной 6-8 метров, не причинит ущерба атакующему кораблю. Однако, эти интересные эксперименты с "нанотехнологиями" и задумчивое перевооружение флота явно не соответствовали сложности международной обстановки. Дело в том, что в январе 1863 года на территории Российской империи началось национально-освободительное восстание, охватившее Польшу, Литву, частично Белоруссию и Украину. Английское и французское правительства, желая ослабить Россию, заявили о поддержке восставших. Соответственно, возникла опасность новой войны с англо-французской коалицией.

Но если забыть о технической стороне дела, но флот при Николае I по регулярности, организации и боеспособности действительно был на высоте. Да, техническую революцию на море прозевали, но моряков совершенно точно не радовала перспектива очередного сидения в луже Финского залива, отгородившись от западных миротворцев минными полями. Кроме того, у преемника Николая I - императора Александра II имелась политическая воля к самостоятельному решению проблем внутренний и внешней политики. Он продолжил реформы, начатые отцом, в том числе, в 1860 году отменил крепостное право, чем немало способствовал развитию отечественной промышленности.
В общем, в 1863 году, при Александре II наши моряки должны были показать вероятному противнику "кузькину мать", да причём в этот раз "не задним умом", а с упреждением. Выполняя волю царя-батюшки и решение Управляющего министерством адмирала Н.К.Краббе, балтийская и тихоокеанская эскадры скрытно направились в порты Северной Америки, где в это время шла гражданская война между северными и южными штатами. Геополитический расклад был прост: наши поддерживали северян, англичане - южан. Такое развёртывание позволило крупным силам флота вырваться из Балтики и создать угрозу английским и французским морским торговым путям. В сентябре 1863 года корабли обеих русских крейсерских эскадр завершили одиночные переходы и сосредоточение в американских портах. Это произвело ожидаемое впечатление на торговые круги Англии. Франция, оставшись в одиночестве, вынуждена была отказаться от выступления против России.

Примерно в то же время, в марте 1863 года, из США вернулся капитан Н.А. Арцеулов, который доставил подробные чертежи мониторов типа «Пасаик». Представляя проект, он особо упирал на то, что их корпус погружен почти полностью в воду, поэтому очень низкий надводный борт представляет мало заметную цель, а небольшие размеры корабли удобны для мелководных стесненных условий Финского залива. В условиях отсутствия времени, денег и опыта постройки броненосных кораблей за американский проект ухватились обеими руками и приняли "Мониторную кораблестроительную программу" 1863 года, которая предусматривала строительство 11 мониторов.

"В целях развития частной кораблестроительной промышленности, только два монитора Ураган и Тифон строились на казенных верфях Нового адмиралтейства и Галерного острова, остальные десять кораблей были построены на заводе Kappa и Макферсона (впоследствии Балтийский судостроительный и механический завод), на заводе Семянникова и Полетики (Невский завод) и на Гутуевской верфи. Механизмы изготовлялись на заводе Берда (Франко-русский завод), орудийные башни и броня - на Ижорском заводе." источник: А.Шершов "К истории военного кораблестроения" Угроза войны миновала, но обновление флота продолжалось. В новой кораблестроительной программе 1864 года было построено восемь броненосных кораблей разного типа, в том числе двухбашенные лодки «Чародейка» и «Русалка». Эти два корабля были низкобортными, водоизмещением около 2000 тонн каждый, забронированы железной 112-мм броней, вооружены четырьмя 229-мм нарезными орудиями. Они представляли усовершенствованный тип монитора с двойным дном, но более мореходный, что выразилось в установке откидного фальшборта по всему периметру палубы, располагавшейся всего на 60 см выше ватерлинии. Правда толку от фальшборта было мало и в 1867 году его заменили леерным ограждением. Тогда же между башнями установили мостик шириной 3,6 м с узкими поперечными площадками для "походных фонарей" и "бросания лота". По краям мостика размещались коечные сетки и шлюпки.

Модель броненосца береговой обороны ''Русалка'', Музей Балтийского флота Модель броненосца береговой обороны ''Русалка'', Музей Балтийского флота Модель броненосца береговой обороны ''Русалка'', Музей Балтийского флота

Модель броненосца береговой
обороны «Русалка»

На модели видно насколько малой
была высота надводного
борта (0,6 м от ватерлинии)

87-мм орудия противоминной
артиллерии на крышах башен
главного калибра «Русалки»

"Первые плавания выявили много конструктивных недостатков башенных лодок; важнейшие из них - малая высота надводного борта и плохие маневренные качества. При волнении всего 1-2 балла и небольшой скорости вода заливала верхнюю палубу, проникая внутрь корпуса сквозь зазоры между палубой и башнями и другие отверстия. Учитывая, что продольные оси 229-мм орудий возвышались над уровнем моря всего на 1,28 м, а вода из нижней палубы могла проникнуть в крюйт-камеры и бомбовые погреба, боевое использование лодок даже при слабом волнении представлялось весьма проблематичным. Кроме того, во время стрельбы на острых курсовых углах повреждались ограждения люков на верхней палубе. Лодки практически не реагировали на перекладку руля до 20°, маневрирование требовало много времени и напряженной работы рулевых". Источник: В.Ю. Грибовский, "Двухбашенные броненосные лодки «Русалка» и «Чародейка»" (сборник "Первые русские мониторы")
Несмотря на серьёзные недостатки, «Чародейка» служила на Балтике в составе броненосной эскадры и Учебного минного отряда, пока её не списали в 1907 году, а вот её систершипу «Русалке», прямо скажем не повезло. 7 сентября 1893 года «Русалка» при восьмибалльном ветре переходила из Ревеля в Гельсингфорс (из Таллина в Хельсинки) и бесследно пропала.

"Немедленно предпринятые поиски корабля не дали никаких результатов. Безуспешными оказались и розыски, проведенные весной 1894 года, когда ни кошки, ни тралы и электромагнитные приборы Мак-Эвоя, ни водолазы, ни наблюдатели аэростатов не смогли обнаружить никаких следов броненосца на дне Финского залива. Корабль и 178 человек его экипажа во главе с командиром капитаном II ранга В.Иенишем исчезли бесследно" Источник: В.Смирнов, Г.Смирнов, "Корабли береговой обороны" (№03-1984, "Моделист-Конструктор")
По факту бесследного исчезновения боевого корабля была создана следственная комиссия. Способность броненосца береговой обороны к плаванию и его реальные ходовые качества подтверждались заключением морских инженеров Кронштадта, сделанным в начале навигации 1893 года. «Русалка» исправно прослужила лето 1893 года в Ревеле (Таллине), проводила плановые учебные стрельбы и осенью должна была уйти к месту зимовки под Выборгом. Верхняя палуба текла, но не опасно. Корабль был пригоден к эксплуатации, что подтверждалось состоянием «Чародейки». Наиболее вероятными причинами гибели комиссия назвала две: потеря хода вследствие затопления котельных отделений через входные люки либо потерю управления из-за обрыва штуртроса. В обоих случаях броненосец могло развернуть лагом к волне, а после разрушения надстроек и затопления части внутренних помещений перевернуть вверх килем. В ходе следствия также выяснилась, что штормовые крышки люков верхней палубы остались на берегу. Впрочем, военно-морской суд в январе 1894 года не признал отсутствия крышек решающим фактором. Итак, следствие пришло к выводу о том, что трагедия произошла "от внешних причин".

Обстоятельства морской катастрофы начали проясняться только через 110 лет. 22 июля 2003 года «Русалка» была обнаружена эстонским исследовательским судном «Маре» в 25 километрах южнее Хельсинки. Стало ясно почему в 1893-1894 годах её не нашли - она погибла южнее района поиска. Броненосная лодка находится на глубине 74 метров, стоит носом вниз, почти вертикально. Для осмотра доступна кормовая часть корабля, примерно тридцать метров. Носовая часть погружена в глинистый грунт и донные отложения. Положение корпуса таково, что следует принять направление хода не к Хельсинки, а к Таллину. Кормовая орудийная башня отсутствует, палубные люки открыты. Положение руля говорит о манёвре правого поворота в момент гибели.
Из этого можно лишь предположить, что состояние моря заставило капитана повернуть назад. Экипаж при этом находился на нижней палубе, кроме нескольких человек. Неизвестно удался ли последний манёвр «Русалки», но скорее всего корабль принял большую массу воды и мгновенно погрузился.

1863 год. Броненосный деревянный фрегат «Петропавловск»

Как я уже говорил, градус международной политики был хорошо прогрет польским вопросом. В общем, самое время внимательно следить за супостатами и творчески копировать их достижения. Так, действуя по западной моде, в 1862 году, Морским министерством было принято решение обшить 114-мм броней строившиеся деревянные 58-пушечные фрегаты «Севастополь» и «Петропавловск», а за счет уменьшения числа орудий увеличить калибр и огневую мощь. Получившиеся корабли показали неплохую скорость в районе 12 узлов и мореходные качества, достаточные для плаваний в закрытых морях.

Полумодель деревянного броненосного фрегата «Петропавловск», Музей Балтийского флота

Полумодель деревянного
броненосного фрегата
«Петропавловск»

"В 1870-е годы оба фрегата входили в боевое ядро броненосной эскадры Балтийского флота. По инициативе начальника эскадры вице-адмирала Г.И.Бутакова на «Петропавловске» в кампанию 1873 г. установили прожекторы, а в следующем году - первую в русском флоте противоминную батарею из 10 87-мм нарезных пушек. «Петропавловск» после 10-летней службы в Балтийском море мог быть еще отправлен в Средиземное. Русско-турецкая война 1877 г. застала «Петропавловск» в Средиземном море, но участия в боевых действиях против турецкого флота он не принимал." Источник: В.Крестьянинов "Крейсера Российского Императорского флота 1856-1917"
На этом в России забыли про сомнительную идею деревянных броненосных кораблей и с 1864 года начали строить только полностью металлические броненосцы. Таким образом, Россия не понесла затрат на эксперименты с переделкой деревянных кораблей в броненосные, с последующим их списанием, в отличии от Франции и Англии где они составляли существенную часть броненосных эскадр. Видимо в память об этом экономическом чуде и граблях, миновавших российский бюджет, в музее представлена полумодель «Петропавловска».

1877 год. Война с Турцией. Деятельность адмирала Макарова

Упомянув о Степане Осиповиче Макарове, не будем обходить личность этого талантливого флотоводца и океанографа. Учёный-гидролог, командир корвета «Витязь» на котором совершил кругосветное плавание, автор проекта и руководитель строительства ледокола «Ермак», на котором ходил к Новой Земле и Земле Франца-Иосифа, создатель тактики броненосного флота, а также, как вы уже успели узнать, исследователь проблемы непотопляемости и живучести кораблей. В начале русско-японской войны командовал Тихоокеанской эскадрой в Порт-Артуре. Погиб в 1904 году на броненосце «Петропавловск», подорвавшемся на мине. Трудно обойтись кратким рассказом о его заслугах перед флотом и Отечеством, тем более, что о различных аспектах его кипучей деятельности есть уйма интересных сведений. Впрочем, о нём написано и множество отличных книг, которые легко доступны в сети. Приведу три эпизода, характеризующие эту выдающуюся личность.

Первый эпизод относится к началу флотской службы Макарова на броненосной лодке «Русалка», о которой шла речь выше по тексту. "Знаменитый флотоводец начал свою офицерскую службу именно на этом броненосце. И летом 1869 года он стал свидетелем того, как грозный по тем временам корабль чуть было не погиб от ничтожной причины. Следуя шхерами в отряде мониторов, броненосная лодка коснулась правой скулой подводного камня и получила пробоину, "через которую, - по словам Макарова, - вливалось 50 ведер воды в минуту". Лодка "потонула бы, если бы не стала носом на мель". И это несмотря на двойное дно и обилие водоотливных помп - они, как выяснилось, не могли откачивать воду из междудонного пространства.
Авария «Русалки» дала Макарову повод к разработке ряда способов повышения непотопляемости боевых кораблей. В одной из своих первых статей он, в частности, предлагал три новшества: высокопроизводительные устройства для откачки воды, ставший впоследствии знаменитым рейковый пластырь для заделки пробоин и систему выравнивания крена и дифферента путем затопления отдельных отсеков корабля. Но когда юный мичман представил свои соображения создателю "Русалки" адмиралу А. С. Попову, тот не оценил его идей, назвав их "незрелыми". Это не остановило Макарова, и он направил рукопись в журнал "Морской сборник". Ее опубликовали в трех номерах весной 1870 года под названием: "Броненосная лодка «Русалка» (Исследования плавучести лодки и средства, предлагаемые для усиления этого качества)".
"Эту работу высоко оценил командующий практической эскадрой Балтийского флота адмирал Г.И.Бутаков, который признал правильными все расчеты Макарова и дал им дальнейший ход. Многие его рекомендации были приняты и спасли немало русских кораблей, но выравнивание корабля затоплением неповрежденных отсеков, по словам академика А.Н.Крылова, "показалось Морскому техническому комитету столь великой ересью, что понадобилось 35 лет, гибель Макарова, Цусима... чтобы убедить в справедливости, практической важности и осуществимости идей 22-летнего мичмана..."" Источник: В.Смирнов, Г.Смирнов, "Корабли береговой обороны" (№03-1984, «Моделист-Конструктор»)

Шестовая мина, Музей Балтийского флота Шестовая мина, Музей Балтийского флота Шестовая мина, Музей Балтийского флота

Шестовая мина ударного действия (вес порохового заряда 9 кг)

Второй эпизод относится к периоду Русско-турецкой войны 1877-1878 года. Задолго до неё, в 1860-ых годах для вооружения катеров были придуманы шестовые мины - на конце длинного легкого шеста крепился пороховой заряд, который взрывался при столкновении с кораблем. Первое успешное применение отмечено в ходе гражданской войны северных и южных штатов Америки, в октябре 1864 года. Паровой баркас под командованием лейтенанта William Cushing, атаковал шестовой миной броненосец южан «Albemarle», который стоял на рейде Плимута. Команде катера удалось преодолеть защитный бон из брёвен (просто рассоединив их) и ударить шестовой миной в подводную часть броненосца. Корабль затонул в течение нескольких минут. Катер тоже погиб - или от взрыва, или из-за того, что был затянут водоворотом от тонущего броненосца.
Казалось бы, а причём тут Макаров? Обратимся за пространной цитатой к сборнику "Торпедой - пли!: История малых торпедных кораблей".

"В середине 1870-х гг. Черноморский флот России имел в своем составе всего 2 броненосца береговой обороны (так называемые "поповки"), вступивших в строй в 1874 г. и несколько вооруженных пароходов. А турецкий флот насчитывал 15 броненосцев и мониторов, несколько десятков вооруженных пароходов, канонерских лодок и других кораблей. Такая ситуация сложилась в результате поражения России в Крымской войне. Парижский мирный договор, действовавший в 1856-71 гг., запрещал России иметь военный флот на Черном море.
Макарову удалось убедить руководство морского ведомства в том, что при фактическом отсутствии крупных боевых кораблей минные катера могут стать реальной силой, способной противостоять броненосной эскадре любого потенциального противника. Инспектор минного отдела министерства контр-адмирал К.П.Пилкин признал проект Макарова "лучшим из существующих, простым и не требующим особых приспособлений)". Резолюция Пилкина на рапорт С.О.Макарова отражала основные достоинства проекта последнего: вооружение шестовыми и буксируемыми минами паровых катеров, снятых с больших кораблей, не требовало значительных усилий, времени и денежных средств. В декабре 1876 года лейтенант Макаров принял в свое командование пароход РОПиТ (Российского общества пароходства и торговли) "Великий князь Константин", намереваясь использовать его в качестве транспорта для 4-х минных катеров.

Поскольку успех минной атаки всецело зависел от внезапности нападения и оперативности действий, «Великий князь Константин» получил ряд оригинальных технических усовершенствований. Прежде всего, пароход оснастили специальными шлюпбалками с паровыми лебедками конструкции Макарова, поднимавшими на борт корабля-базы четыре минных катера с полным вооружением и командой всего за семь минут. После атаки противника эти маленькие кораблики неминуемо должны были подвергнуться жестокому обстрелу неприятельской артиллерии. Их шансы на спасение были тем выше, чем скорее они окажутся на борту своей плавбазы. Система Макарова позволяла принимать катера на пароход, не снижая его скорость менее 6-и узлов. Кстати, для увеличения быстроты хода «Константина» его командир приказал укрепить на штевне специальную каплевидную наделку, которая придала пароходу некоторое сходство с древними судами-таранами, имевшими носовой бульб. Тем самым Макарову удалось снизить волновое сопротивление ходу корабля, скорость которого возросла на один узел и еще - намного опередить свое время (бульбовая форма носовой оконечности прочно вошла в практику мирового кораблестроения только со второй половины XX века!).

Не менее важным, чем отработка надежного способа подъема/спуска, являлось форсирование подготовки машин катеров к автономному плаванию. С этой целью машины сначала прогревали паром из котлов парохода, а потом заправляли их кипятком. В результате время на подготовку энергетических установок катеров сократилось с двух часов до 15 минут. Чтобы обезопасить частые подъемы/спуски и повысить мореходность своих катеров, Макаров предложил укладывать 12-метровые минные шесты в специальные уключины вдоль бортов подобно веслам. С началом атаки шест выдвигался наклонно вперед (так, чтобы мина находилась ниже поверхности воды) посредством целой системы рычагов. Для приведения шеста в боевое положение требовались усилия двух-трех человек. К шестам крепились металлические контейнеры с пороховыми зарядами. Эти заряды были трех типов: 8-фунтовые (3,2 кг), 15-фунтовые (около 6 кг) и 60-фунтовые (24,6 кг) взрывчатки. Взрыв происходил либо от удара мины в борт вражеского корабля (срабатывал взрыватель нажимного действия конструкции штабс-капитана Трумберга), либо он производился электрическим импульсом от гальванической батареи.
"
Дополнительно: Мины шестовые и крылатки в Центральном военно-морском музее, г.Санкт-Петербург

Личные вещи вице-адмирала С.О.Макарова, Музей Балтийского флота Письменный прибор командира Кронштадтского порта, Музей Балтийского флота Настольные часы со знаменитой фразой С.О.Макарова: «Помни войну», Музей Балтийского флота

Личные вещи вице-адмирала
С.О.Макарова

Письменный прибор командира
Кронштадтского порта

Настольные часы со знаменитой
фразой С.О.Макарова:
«Помни войну»

Первый боевой успех был достигнут 28 мая 1877 года, когда на рейде румынского порта Сулин катера с «Константина» взрывом буксируемой "мины-крылатки" повредили турецкий корвет «Иджлалиле». 8 июня «Константин» появился у берегов Анатолии, где с помощью своих минных катеров уничтожил в гаванях четыре турецких парусных корабля с грузом. Вечером 10 августа 1877 года Макаров повёл «Константина» с минными катерами к рейду города Сухум, где находились турецкие корабли. Следующей ночью ожидалось лунное затмение, и тёмная ночь должна была сделать атаку более безопасной, тем более что турки, наученные недавним горьким опытом, усилили охрану кораблей и гаваней. Дозор несли сторожевые шлюпки, часть команды спала на палубе с ружьями, картечницы (предшественники пулемётов - скорострельные многоствольные артиллерийские орудия, которые вели залповый огонь патронами винтовочного калибра и имели полностью ручную перезарядку) изготовлены к немедленному применению. Не смотря на то что катера были обнаружены, они смогли затеряться в темноте среди мелких турецких судов и успешно атаковать буксируемыми минами корвет «Ассари-Шевкет», который получил подводные пробоины, осел на корму и лишился хода.

10 января 1878 года Макаров получил приказ отправиться к Батуму и попытаться отвлечь на себя внимание турецких кораблей. Этим преследовались сразу две важные цели. Во-первых, недавно вражеские броненосцы подвергли зверскому обстрелу Евпаторию, Феодосию, Анапу; командование опасалось, как бы подобные нападения не повторились. Во-вторых, демонстрация «Константина» у турецких берегов могла отвлечь неприятельский флот от обороны Батума. Лучшим способом подобной демонстрации Макаров счел торпедную атаку вражеской эскадры, стоявшей в Батумской гавани. 14 января 1878 года торпедный удар с катеров «Чесма» и «Синоп» отправил на дно турецкий пароход «Интибах». Это удачная атака была результатом получения Макаровым первых торпед Уайтхеда, закупаемых в Великобритании. Степан Осипович за две недели разработал способы их применения и модернизировал свои минные катера. Первый вариант сводился к тому, чтобы буксировать торпеду на небольшом плотике, который перед выстрелом подтягивали к катеру и располагали вдоль его борта. Именно таким способом направили свою торпеду на «Интибах» минеры катера «Синоп». Для переоборудования «Чесмы» Макаров предложил более оригинальное решение. Под килем катера установили деревянную пусковую трубу для самодвижущейся мины - прообраз первых торпедных аппаратов. Труба эта крепилась к корпусу двумя металлическими полосами, шедшими по борту корабля до планширя. От преждевременного пуска торпеду удерживал специальный стопор. В момент выстрела срабатывал спусковой механизм, отпиралась спусковая собачка, и больше ничто не мешало собственному движению торпеды к цели. Поскольку переоборудованный таким образом катер сильно терял в скорости, сразу же после пуска мины трубу-желоб сбрасывали на дно.

Третий эпизод относится к 1891 году, когда Степан Осипович Макаров был назначен главным инспектором морской артиллерии. Описание заимствовано мной из книги Б.Островского "Адмирал Макаров": "Как-то утром новый инспектор присутствовал на полигоне при испытании броневых плит, закаленных по способу американца Гарвея и считавшихся неуязвимыми для снарядов любого калибра. Испытание это было очень важным, так как от исхода его зависело, будет ли заключен договор с фирмой "Гарвей-Виккерс" на приобретение этих плит для строившихся русских броненосцев. Случайно, по недосмотру, одну из броневых плит, подлежавших испытанию, установили к орудию не лицевой, закаленной стороной, а оборотной, незакаленной.
Началась стрельба. Снаряд без труда пробивал плиту, считавшуюся неуязвимой. Стрельбу приостановили и стали доискиваться причины столь неожиданных результатов. Ошибка была, наконец, обнаружена, плиту повернули лицевой стороной к орудию и испытания возобновились. После этого броню не пробил ни один снаряд. Случай с плитой был несколько дней предметом веселых разговоров, потом о нем забыли. Лишь один Макаров задумался над этим "курьезным случаем".
"Мне пришла в голову следующая мысль, - говорил впоследствии Макаров: - если закаленную поверхность плиты легко пробить с обратной стороны, т. е. с изнанки, то нельзя ли эту самую изнанку насадить на головную часть снаряда? А что, если при этом получится такой же эффект, как с плитой, по ошибке поставленной задом наперед?" Макаров предположил, что колпачок из мягкой стали, восприняв на себя начальную реакцию брони при ударе о нее и сработавшись, предохранит головную часть снаряда от разрушения и тем самым облегчит проникновение его сквозь броню. Как инспектору артиллерии, Макарову не трудно было произвести на полигоне испытание такого снаряда. Испытания подтвердили предположение Макарова. Снаряды с колпачками из мягкой стали пробивали гарвеевскую броню."

Если будете в музее Балтийского флота - обратите внимание, в его экспозиции представлена одна из моделей русских шестовых мин. В музее также представлены немногие сохранившиеся личные вещи из кронштадтского кабинета этого великого человека в его бытность главным командиром Кронштадтского порта и губернатором Кронштадта с декабря 1899 по февраль 1904 года. Более ничего из вещей не сохранилось, а после гибели "Петропавловска" смогли найти только адмиральскую шинель. Обратите внимание на слова, что в нижней части настольных часов. Лучше всего предназначение надписи объяснил сам Степан Осипович: "...Каждый военный или причастный к военному делу человек, чтобы не забывать, для чего он существует, поступил бы правильно, если бы держал на видном месте надпись: "Помни войну".

1877 год. Война с Турцией. Якорная мина конструкции Герца

Как вы уже поняли, после неудачной Крымской войны дела русского флота были аховые. Крупных броненосных кораблей понастроить Россия не могла - ни денег, ни заводов, ни технологий. Флота на Чёрном море и оборонительных укреплений Севастополя лишились. А тут ещё очередная русско-турецкая война и очередное обострение отношений с Великобританией, традиционной покровительницей Османской империи. Ладно хоть Пруссия в 1871 году разгромила Францию и вывела её из черноморских игр. Правда в долгосрочной перспективе демонстративный нейтралитет России в европейских разборках аукнулся созданием Германской империи со всеми вытекающими последствиями в виде двух мировых войн. Но в 1877 году в России думали не об этом, а прикидывали: сколько потребуется Лондону на подготовку экспедиционной армии в 50-60 000 человек? Выходило что не менее 13-14 недель, а на подготовку константинопольской позиции - ещё 8-10 недель и это без затрат времени на перевозку войск морем. Александр II счёл, что если война продлится одну кампанию, то Россия успеет избежать вмешательства Европы и расквитаться с Османской империей.

Якорная мина конструкции Герца образца 1876 года, Музей Балтийского флота Образцы огнестрельного оружия, Музей Балтийского флота Трофейный турецкий флаг, XIX век, Музей Балтийского флота

Якорная мина конструкции Герца обр.1876 года (гальваноударные свинцовые колпаки сняты)

Слева направо: винтовка системы Баранова (обр.1868г), драгунская винтовка Бердана №2 (обр.1870г).Внизу: капсюльный карабин,1854г

Слева: Капсюльное пехотное ружьё Тульского завода, обр.1845 года. Трофейный турецкий флаг, XIX век. Справа: 17.74-мм винтовка системы Баранова, обр.1868 года

Тем не менее британский флот мог вновь появиться под Кронштадтом и противопоставить англичанам можно было только испытанное средство: морские мины заграждения, прикрытые артиллерией. Полагаю, понятно, чем был вызван сильный интерес Морского министерства к новым образцам минного оружия. В те времена лучше всего вредить всем остальным умели педантичные, технически грамотные немцы. Совершенно неудивительно, что именно служащий германского Адмиралтейства, инженер Герц создал отличный образец адской машины.
"Главная особенность мины заключалась в использовании для заряда пироксилина и ее гальваноударном взрывателе, состоявшем из платинового запала с детонатором и пяти "рожков Герца". Каждый рожок, выполненный в виде легко сминающегося свинцового колпака, содержал в себе сухую угольноцинковую батарею с электролитом в стеклянной ампуле - "склянке". При ударе корабля о мину свинцовый колпак сминался, "склянка" разбивалась и электролит активизировал батарею. Ток от батареи поступал на мостик накаливания платинового запала и воспламенял детонатор. Взрыв происходил практически мгновенно. Для обеспечения безопасности обращения с миной при постановке предусматривался специальный предохранитель - "соляной размыкатель". С его помощью цепь запала замыкалась только после того, как соль, вставленная в предохранитель, растворялась в воде. Н.А.Невахович доложил также, что германское Адмиралтейство рассматривает мину Герца не только как средство обороны побережья, но и как оружие активной борьбы с противником на морских коммуникациях. Получив информацию своего берлинского агента, минная комиссия, работавшая под руководством заведующего минной частью на флоте контр-адмирала К.П.Пилкина, оценила мину Герца как принципиально новый образец, открывающий целую эпоху в развитии минного оружия.

Вслед за первым контрактом берлинские заводы получили из России целый ряд заказов и с ноября 1876 г. по июль 1878 г., т.е. менее чем за полтора года Морское и Военное министерства получили из Германии 4035 мин, 2100 и 1935 соответственно. Расходовались мины только на юге, куда за время войны было отправлено 860 мин Герца, остальные остались на Балтике и составили основу минного запаса Балтийского флота.
" Источник: "Мины российского флота"

Между тем война туркам была объявлена, начались боевые действия, в ходе которых оказалось, что минные постановки для прикрытия русских переправ через Дунай - весьма действенное оружие - мощная речная флотилия турок оказалась полностью парализована. Война шла своим чередом и завершилась 19 февраля 1878 года подписанием Сан-Стефанского мирного договора. Его условия неприятно возбудили Англию и Австрию, которые приступили к военным приготовлениям, в ответ русская сторона начала формировать новые сухопутные и морские части, Балтийское прибрежье приготовлено к обороне. Защищаться планировали в том числе с помощью мин Герца. Одна из тех, что хранились в балтийских арсеналах русского флота сейчас выставлена в музее.
В тот раз английские корабли так и не появились. Скорее всего, после перехода Суэцкого канала под английский контроль в 1875 году, началось ослабление интереса к Турции. Всё внимание переключилось на Египет, который был оккупирован Великобританией в 1882 году и оставался английским протекторатом до 1922 года. Впрочем, "чтобы два раза не вставать", Великобритания пообещала защищать Турцию от дальнейшего российского продвижения в Закавказье, а в качестве платежа за такое "крышевание" в июне 1878 года оккупировала Кипр (англичане "задержались" там до 1960 года).

1886 год. Эпоха до «Дредноута». Первый русский минный крейсер «Лейтенант Ильин»

В 1866 году Роберт Уайтхед изобрёл первую самоходную мину. Первыми оценили торпеды в австрийском флоте и в 1868 году разместили заказ на её производство. К 1869 году до новинки дозрел и британский флот, который приобрёл права на использование и производство торпед. Что касается наших родных просторов, то мы уже коснулись темы невероятных приключений торпед в России, а также их оглушительного турецкого дебюта. Однако первые специализированные носители торпед - миноноски (или малые миноносцы) появились только в 1876 году. Зато следующие десять лет все флоты мира активно пополнялись миноносцами (в том числе мореходными). Соответственно, появились и средства борьбы с ними: скорострельный противоминный калибр и "истребители".
Истребители должны были гонять миноноски прочь от эскадры и осуществлять разведку. Вот тут и родилась идея создания боевой единицы, объединявшей качества, как большого миноносца, так и его "истребителя". Назывались они по-разному: торпедные канонерки, ловцы миноносцев, минные крейсера, торпедные авизо. В отличии от малых миноносцев это были достаточно крупные суда с усиленным артиллерийским и минным вооружением, которые не могли рассчитывать на скрытность, а потому обязаны были превосходить цель по скорости хода. Ничего хорошего из этой идеи не получилось: при скорости хода в 19-22 узлов и водоизмещении 500-1500 тонн они оказались неудачными и как истребители миноносцев, и как миноносцы, и к тому же достаточно дорогими.

Модель минного крейсера «Лейтенант Ильин», Музей Балтийского флота Модель минного крейсера «Лейтенант Ильин», Музей Балтийского флота Модель минного крейсера «Лейтенант Ильин», Музей Балтийского флота Модель минного крейсера «Лейтенант Ильин», Музей Балтийского флота

Модель минного крейсера
«Лейтенант Ильин»

Сплошной фальшборт соединяет
развитые надстройки бака и юта

Мощный форштевень - требование
таранной тактики

Противоминный калибр

К сожалению, этого зигзага военно-морской мысли в России не упустили. Сработал принцип: "у французов с англичанами есть, значит и нам надо". Так мы в 1886 году начали строительство первого русского минного крейсера «Лейтенант Ильин», а ныне в музее представлена его модель. Назвали его в часть командира брандера, который в июне 1770 года сжёг турецкий 84-пушечный корабль. Взрыв линейного корабля впечатлил всех участников события. Главным образом потому, что горящие фрагменты подожгли уйму турецких кораблей, находившихся в Чесменской бухте. Судьба корабля сложилась своеобразно. "По окончании испытаний капитан 2 ранга Бирилев представил в Главный морской штаб обстоятельный отчет, в котором утверждал, что минный крейсер «Лейтенант Ильин» сочетает в себе качества отличного разведывательного судна и "преследователя миноносок" и даже может принять участие в эскадренном бою. Для рассмотрения этого отчета и решения вопроса о целесообразности дальнейшей постройки минных крейсеров подобного типа была назначена комиссия под председательством контр-адмирала Н.И.Казнакова, которая пришла к выводу, что «Лейтенант Ильин» не удовлетворяет вполне ни одной из целей, указываемых командиром его", что "при постройке его не был строго выяснен вопрос, что именно... должны были сделать". В числе недостатков "Ильина" отмечалось, что "сильное минное вооружение, заставившее уменьшить артиллерию и увеличить высоту судна на целую палубу, излишне для судов этого типа", а высокий надводный борт делает корабль слишком заметным. Как разведчик "Ильин" не обладал необходимой дальностью плавания." Источник: В. Ю. Усов, "Минные крейсера «Лейтенант Ильин» и «Капитан Сакен»" (№4/1982, «Судостроение»)

Закладные доски дореволюционного периода, размещавшиеся в средней части киля корабля, Музей Балтийского флота Закладная доска 20-пушечного брига «Казарский», Музей Балтийского флота Закладная доска 16-пушечного крейсера «Память Азова», Музей Балтийского флота Закладная доска 5-пушечного минного заградителя «Амур», Музей Балтийского флота

Закладные доски, размещавшиеся
в средней части киля корабля

Закладная доска 20-пушечного
брига «Казарский»

Закладная доска 16-пушечного
крейсера «Память Азова»

Закладная доска 5-пушечного
минного заградителя «Амур»

Действительно, при испытаниях корабль смог лишь буквально на несколько минут развить 19 узлов при форсированной тяге. Машины отечественного производства оказались ненадежными. Отдельно пройдёмся по минно-артиллерийскому вооружению: "Набор из многочисленных, но расположенных побортно малокалиберных пушек подходил скорее для круговой обороны от миноносцев, чем для их преследования. Разнородные торпедные установки также не внушали доверия, поэтому на "Сакене" еще при постройке сняли наиболее прогрессивные, но непривычные поворотные аппараты, а спустя несколько лет - и неподвижные бортовые, из которых практически невозможно было прицелиться. Минный крейсер остался с тремя минными аппаратами вместо семи по проекту." Источник: В.Кофман, «Минные крейсера»
«Лейтенант Ильин» ни разу не участвовал ни в реальной разведке, ни в реальном бою. Будучи приписан к Практической эскадре Балтийского флота, использовался как учебное судно. В 1902 году крейсер использовали для опытов по подъему наблюдателя на высоту до 300 метров с помощью поезда из воздушных змеев, а в 1907 году, сохранив прежнее имя, его понизили до посыльного судна.

1904 год. Русско-японская война и её последствия для Балтийского флота

В годы русско-японской войны 1904-1905 из состава Балтийского флота формируется Вторая и Третья Тихоокеанская эскадра, а также Дополнительный (он же "догоняющий") отряд. По раздельности они произведут переход в Тихий океан (около 30 тысяч километров) и 14 мая 1905 года погибнут в Цусимском сражении. После Цусимы возникла необходимость быстрого восстановления хотя бы оборонительных способностей Балтийского флота. Что же сделали предки?

В первую очередь применили относительно недорогое и традиционное балтийское решение - мины. Выразилось это в строительстве минных транспортов «Амур» и «Енисей» (первые минзаги с палубными рельсовыми путями, принявшие названия погибших в русско-японской войне балтийских кораблей, да и построенные по их чертежам). Для тех же целей в минные заградители («Ладога», «Нарова», «Онега») переоборудовали три устаревших броненосных фрегата и транспорт (новое название «Волга»). В случае опасности можно было быстро и эффективно построить "минный забор" в Финском заливе, тем самым в очередной раз спасая столицу от опасности с моря.

Во-вторых, вспомнили ещё один, проверенный временем рецепт, начиная с петровских скампавей и канонерок времён Александра I - быстро и дёшево слепили небольшие корабли. В этот раз построили мореходные канонерские лодки («Бобр», «Гиляк», «Кореец», «Сивуч» и «Хивинец»).

Модель крейсера «Варяг», Музей Балтийского флота

Модель крейсера «Варяг»

В-третьих, понимая ограниченные возможности отечественных судостроительных заводов и действуя по-петровски же, разместили заказы за границей. Процитирую книгу воспоминаний капитана II-го ранга Гаральда Карловича Графа: "Императорский Балтийский флот между двумя войнами. 1906-1914": "Морское министерство находилось в полной растерянности, хотя и старалось поскорее залатать последствия неудачной войны. Было заказано несколько новых кораблей, но, к сожалению, без предварительно разработанной программы воссоздания флота и совершенно не руководствуясь опытом минувшей войны. В Англии был заказан броненосный крейсер «Рюрик»; во Франции - броненосный крейсер «Адмирал Макаров» и дивизион из восьми миноносцев; в Германии - тоже дивизион из восьми миноносцев. В Петербурге, на Балтийском заводе, достраивались броненосцы «Андрей Первозванный» и «Император Павел I», заложенные еще до войны; на Адмиралтейском - броненосные крейсеры «Баян» и «Паллада». На Балтийском заводе строились еще два заградителя - «Амур» и «Енисей». Кроме того, на разных заводах в Петербурге, Гельсингфорсе и Риге, на собранные во время войны добровольные пожертвования, достраивались 20 минных крейсеров, водоизмещением около 500 т. Два таких же минных крейсера было заказано и на казенный счет. Эти корабли, будучи быстро отстроены, могли бы представлять известную силу вместе с находившимся в Кронштадте броненосцем «Слава», однотипным кораблем «Цесаревич», интернированным в Шанхае, вместе с вышеперечисленными владивостокскими крейсерами и с интернированными крейсерами «Олег», «Аврора», «Диана», «Аскольд» и «Жемчуг». Но Морское министерство не имело нужных кредитов, и поэтому работы шли чрезвычайно медленно."
Интересно, что задержки с финансированием не были чьим-то вредительством, или корыстной схемой. Думские деятели опасались вверять огромные денежные средства в руки чинов из "цусимского ведомства" и требовали сначала провести финансовую ревизию, сменить его руководство и осуществить действенные реформы управления флотом. Как показала жизнь, опасения была оправданными. Несмотря на относительно неплохие тактико-технические характеристики, корабли, построенные в 1906-1912 годы заметно тяготели к броненосному флоту периода русско-японской войны и далеко не полностью отвечали новым, современным требованиям. Использовался "своеобразный" метод принятия решения о том, какие корабли строить.
Вот, например, показали себя минзаги «Амур» и «Енисей» - строим их копии с теми же названиями, по старым чертежам. Ещё одна яркая цитата от участника тех событий Г.К.Графа, служившего в 1908-1090 годах на крейсере «Адмирал Макаров»: "Хотя крейсер и был совершенно новым, но по типу - очень старый, так как был воспроизведен по чертежам крейсера «Баян» (постройки около 1901 г.), который доблестно сражался в составе Артурской эскадры под командованием своего храброго командира капитана 1 го ранга Р.Н. Вирена. По видимому, это доблестное участие в минувшей войне старого «Баяна», побудило Морское ведомство, сейчас же после окончания войны заказать три однотипных крейсера: «Адмирал Макаров», «Баян» и «Палладу». Другое объяснение этому факту трудно дать, так как даже в Японскую войну этот тип уже не удовлетворял всем тогдашним боевым требованиям, а теперь и подавно был устаревшим кораблем. Это особенно резко выделялось, если его сравнить с нашим же крейсером «Рюрик», тогда строившимся в Англии, - один «Рюрик» был сильнее трех «Баянов». Отчего же не было заказано сразу два «Рюрика», а истрачены огромные деньги на ненужные три крейсера. Вот к чему приводило обстоятельство, что тогда не было Морского Генерального штаба, компетентного в вопросах создания морской силы."
Простите, но ведь это же проекты конца предыдущего века! Это ещё одно объяснение тому факту, что в годы Первой мировой войны Балтийский флот мог решать в основном оборонительные задачи: набеговые операции, минные постановки, осторожные действия на коммуникациях немецкого флота, поддержка сухопутных войск.

Лёгкая обшивка бронепалубного  крейсера «Олег», пробитая 8-дюймовым японским снарядом в Цусимском сражении 14-15 мая 1905 года, Музей Балтийского флота

Лёгкая обшивка бронепалубного крейсера «Олег», пробитая 8-дюймовым японским снарядом в Цусимском сражении 14-15 мая 1905 года

В-четвёртых, произошли изменения в офицерском составе. Война выдвинула ряд инициативных офицеров с серьёзным боевым опытом, которые понимали, что постигшая флот катастрофа - не стечение обстоятельств, а результат системных проблем. Они видели, что в управлении военно-морским флотом всё идёт по-прежнему, а это означало, что для обновления нужны не только новые люди, но и новая организация. Для проработки военно-морских вопросов офицеры объединились в Санкт-Петербургский морской кружок. Председателем кружка был А.В.Колчак.

В-пятых, между 1906 и 1909 годами в России провели реформу управления флотом. Основной недостаток старой структуры заключался в том, что главный штаб занимался личным составом, главный технический комитет - всей технической частью, а на местах всё решали командиры флотов и портовые начальники. При этом, не было органа, который занимался бы важнейшими вопросами: какой флот строить, каким образом и к чему его готовить? В новой структуре генерал-адмирала заменили морским министром, учредили Морской Генеральный штаб, все боевые единицы флота подчинялись начальникам Действующих флотов, которые, с момента объявления войны, становились командующими соответствующими флотами и выходили из подчинения морского министра, подчиняясь Верховному главнокомандующему. Порты оставались в ведении своих командиров, подчиненных морскому министру. Кроме того, внесли изменения в систему подготовки кадров, и на некоторых казенных заводах ввели коммерческое управление.

Интересно, что идею создания Морского Генерального штаба реализовал член вышеупомянутого кружка - лейтенант А.Н.Щеглов. Он разработал законопроект о его создании Морского Генштаба и представил морскому министру вице-адмиралу Бирилеву (это тот самый, что заявлял о пригодности для эскадренного боя минного крейсера «Лейтенант Ильин» с его малокалиберными орудиями). Однако Бирилев не давал идее хода. После того как лейтенант Щеглов перепробовал все легальные пути, он каким-то образом сумел продвинуть свой проект и пояснительную записку на рассмотрение Николая II. После чего и последовал высочайший указ от 23 апреля 1906 года.

1906 год. Деятельность Н.О.Эссен. Реанимация после Цусимы и подготовка Балтийского флота к Первой мировой войне

Ещё одним деятельным участником морского кружка был капитан 1-го ранга Николай Оттович фон Эссен. Его путь к славе начался в 1902 году, когда построенный в Германии крейсер «Новик», под командованием тогда ещё капитана 2-го ранга Эссен, пришёл на Тихий океан. Будучи командиром «Новика», он блестяще проявил себя при обороне Порт-Артура. Был замечен адмиралом Макаровым и в марте 1904 года назначен командовать эскадренным броненосцем «Севастополь». Помимо действий в море, вёл контрбатарейную борьбу, а после падения Высокой горы, когда наступила агония обороны базы, предпринял попытку прорваться во Владивосток, пять ночей отбивал атаки японских миноносцев на внешнем рейде. В связи со сдачей крепости «Севастополь» пришлось затопить, командир покинул его последним. Остатки команды попали в японский плен. Эссен в плен идти отказался, дал подписку о неучастии в войне и через США вернулся в Россию.

В 1906 году был командирован в Англию в качестве командира, строившегося в городе Барроу-ин-Фёрнесс крейсера «Рюрик». Однако вскоре был отозван. Цитирую по книге P.M. Мельникова, "Эскадренные миноносцы класса «Доброволец»": "Высочайшим приказом по Морскому ведомству от 28 августа 1906 г. Н.О.Эссен был назначен командующим отрядом минных крейсеров. При всей несообразности государственного масштаба двух деятелей - П.А.Столыпина и Н.О.Эссена значение выдвижения этих людей для будущности России и флота было во многом сходно. Ибо они возбуждали надежду на выход России и ее флота из кризиса. Ярко выделявшийся среди всех командиров времен войны с Японией, Н.О.Эссен во многом был последователем тех передовых взглядов на тактику, которые исповедовал С.О.Макаров. Новый командующий отличался признанным интеллектом, индивидуальностью, энергией, силой воли и особенно редким среди тогдашних военных гражданским мужеством, позволяющим всегда отстаивать свои взгляды и настойчиво проводить их в жизнь. Назначение Н.О.Эссена во главе соединения новейших кораблей означало, что его решимостью к обновлению флота неминуемо придется проникнуться офицерам и командам его кораблей. Флот получил школу и великолепный пример действительного послевоенного его возрождения. Автономное положение отряда, которое власти по необходимости должны были предоставить Н.О.Эссену, гарантировало успех этой школы."
Интенсивные тренировки и многочисленные учения превратили Отряд в боевое ядро воссоздаваемого Балтийского флота. Замечу, что постоянная морская практика и широкая автономия боевого соединения были связаны и с решением специфической задачи: перехват контрабандных оружия и боеприпасов, ввозимых в Россию для нужд революционеров.

Чернильный прибор с линейного корабля «Слава» и шахматные фигурки семьи Н.О. фон Эссен, Музей Балтийского флота Оттиск печати семьи Н.О.фон Эссен, командующего Балтийским флотом в 1911-1915 годах, Музей Балтийского флота Часы Н.О.фон Эссен, командующего Балтийским флотом в 1911-1915 годах, Музей Балтийского флота

Чернильный прибор с линейного корабля «Слава» и шахматные фигурки семьи Н.О. фон Эссен

Оттиск печати адмирала Н.О.фон Эссен, командующего Балтийским флотом в 1911-1915 годах

Карманные часы адмирала Николая Оттовича фон Эссен

С 1909 года Эссен - начальник Действующего флота Балтийского моря. Не имея линейных кораблей, вице-адмирал использовал все меры для повышения обороноспособности. Был создан отряд минных заградителей, утверждено Положение о береговых наблюдательных постах и станциях, разнородные силы учились выходить в море в составе единого ордера. Надо понимать, что в Цусиме страна лишилась не только кораблей, но и подготовленных экипажей. Для улучшения подготовки моряков Эссен требовал выходить в море с таянием льдов, и возвращаться поздно осенью, для офицеров ввели экзамены на классность, а для создания резерва унтер-офицеров учредили школу юнг. Наконец, в 1911 году, вступили в строй новые корабли, что позволило сформировать бригаду из линкоров («Андрей Первозванный», «Император Павел I», «Цесаревич», «Слава») и бригаду крейсеров («Громобой», «Баян», «Адмирал Макаров», «Паллада»). Николай Оттович стал командующим Морскими силами Балтийского моря.

Надо сказать, что боевая подготовка была поставлена так, что корабли Балтийского флота начали ходить по лабиринтам Финского залива в любое время года и в любую погоду, в том числе без помощи лоцманов, что раньше считалось невозможным. Он же на практике опроверг идею о том, что миноносцы не приспособлены для зимнего плавания. Ещё одним важным достижением Н.О.Эссен стало перевооружении эсминцев орудиями единого калибра, обеспечивающего наивысшую эффективность управления артиллерийским огнем. В 1910 году с эсминцев сняли 57-мм и концевые 75-мм пушки, а вместо них установили 102-мм орудия с длиной ствола 60 калибров производства Обуховского завода. Вот, таким образом, флот получил экстренно разработанный и столь себя в дальнейшем оправдавший тип 102-мм пушки.

Обратимся ещё раз к книге Р.Мельникова: "Всякий выход в море Н.О.Эссен превращал в творческое решение целого комплекса тактических задач. Этим целям служили даже встречи отрядов иностранных кораблей, направлявшихся с визитами в Россию. Всегда в этих случаях разворачивались завесы для своевременного обнаружения приближающегося "противника", выделялись отряды разведчиков, которые помогали главным силам обнаруживать и отслеживать очередной отряд "чужих". Их отыскивали на подходе к Моонзундскому архипелагу и, держась в отдалении, как охотник около добычи, сопровождали до подхода к о.Нарген. Особенно в плотном, почти демонстративном (как бы для острастки на будущее) полукольце в расстоянии 1,5-2 мили 14 мая 1908 г. сопровождали отряд под штандартом шведского короля."

Дудка боцманская Иванова Д.И. (Старейшему матросу Иванову Дмитрию Ивановичу, служившему в школе оружия, 1912 год)Музей Балтийского флота Флаг немецкого лёгкого крейсера «Магдебург» (26.08.1914 в тумане сел на камни у острова Оденхольм, захваченные шифровальные книги позволили вскрыть немецкий военно-морской код), Музей Балтийского флота Бляхи матросских ремней обр.1874, 1892 гг., почтовые открытки с военными кораблями Первой мировой войны, Музей Балтийского флота

Дудка боцманская Иванова Д.И. (Старейшему матросу Иванову Дмитрию Ивановичу, служившему в школе оружия, 1912 год)

Флаг немецкого лёгкого крейсера «Магдебург» (26.08.1914 в тумане сел на камни у острова Оденхольм, захваченные шифровальные книги позволили вскрыть немецкий военно-морской код)

Бляхи матросских ремней обр.1874, 1892 гг., почтовые открытки с военными кораблями периода Первой мировой войны

К сожалению, в мае 1915 года Николай Оттович умер в Ревеле в возрасте 54 лет от крупозного воспаления лёгких. Уже после смерти неутомимого адмирала "Правительственный вестник" писал о нём: "… добился подчинения себе всех портовых учреждений, совершив самую крупную ломку в организации морских сил и проведя идею, согласно которой все береговые учреждения должны были служить и существовать для флота, а не наоборот, как это было до русско-японской войны. В этой ломке прочно установившегося у нас взгляда на назначение флота состоит огромная заслуга покойного адмирала, и в этом деле он является прямым последователем идей адмирала С.О.Макарова.
Другая заслуга адмирала Эссена за это же время заключается в проведении во флот идей того же адмирала, который говорил: "в море - значит дома" и настаивал на беспрерывном плавании и практике личного состава флота, в чем и заключается подготовка флота к войне.

Текущие события недостаточно ещё освещены, чтобы можно было давать оценку деятельности Николая Оттовича на посту Командующего флотом, - это будет, конечно, сделано после войны; сейчас же нельзя не указать, что превышающий во много раз наши силы враг не решился с началом войны вступить с нашим флотом в открытый бой и 9 долгих осенних и зимних месяцев были употреблены адмиралом Эссеном на ослабление мощного врага, что судя по сообщавшимся сведениям, и удалось: гибель «Фридриха-Карла», «Газелле», миноносцев, подводных лодок и ряда транспортов - вот видимые результаты деятельности нашего флота, с лихвой отомстившего врагу за гибель "Паллады".
"
В 2014 году в Калининграде на воду спущен фрегат «Адмирал Эссен» проекта 11356, построенный на Прибалтийском кораблестроительном заводе «Янтарь».

1909 год. Флагман Балтийского флота броненосный крейсер «Рюрик»

Ещё один интересный экспонат - барельеф из кают-компании броненосного крейсера «Рюрик». В составе Балтийского флота кораблей с таким названием было несколько:
1. Бриг «Рюрик», на котором в 1815-1818 годах в поисках пути из Берингова пролива вокруг берегов Америки совершил кругосветную экспедицию О.Е.Коцебу.
2. Участник Крымской войны паровой фрегат «Рюрик», служивший в эскорте российской Императорской яхты на Балтийском флоте.
3. Построенный в 1892 году на Балтийском заводе броненосный крейсер I-го ранга «Рюрик». После начала Русско-японской войны участвовал в нескольких успешных рейдерских операциях Владивостокского отряда крейсеров Тихоокеанской эскадры. Погиб в бою с японскими кораблями.
Его имя унаследовал броненосный крейсер «Рюрик», заложенный по русскому проекту в 1905 году на стапеле английской компании "Vickers" в Барроу-ин-Фернесс. Интересно, что постройка крейсера началась задолго до подписания официального контракта - настолько острой была потребность в новых тяжелых кораблях для обескровленного Цусимой русского флота. Что же касается особенностей проекта эскадренного крейсера - читаем книгу С.Виноградова, А. Федечкина "«Рюрик» - флагман Балтийского флота". Цитата: "Главная конструктивная особенность «Рюрика» заключалась в том, что он определенно не относился ни к довоенной разновидности тяжелого артиллерийского корабля, ни к его пост-цусимскому типу, начало которому в русском флоте было положено лишь «Севастополем». Как и пара линкоров «Андрей Первозванный» - «Император Павел I», в компанию которых предполагалось его вхождение в качестве эскадренного крейсера, он являлся переходным кораблем от додредноутов к дредноутам, дань чему отдали во флотах всех крупных морских держав. В конструкции «Рюрика» причудливо сочетались новые длинные орудия с прежними легкими снарядами, полный пояс по ватерлинии и бронированная трюмная переборка - с принятым ранее характером расположения поясных плит, совершенная система непотопляемости - с поршневыми машинами, протяженный таран - с современной системой контроля огня. Задуманный в соответствии с довоенными воззрениями, он еще не мог всецело воплощать опыт морских сражений русско-японской войны."

Барельеф из кают-компании броненосного крейсера «Рюрик», Музей Балтийского флота Стенд с образцами холодного оружия принадлежавшего флотским офицерам, Музей Балтийского флота Якорная гальваноударная мина образца 1908 года, Музей Балтийского флота

Барельеф из кают-компании броненосного крейсера «Рюрик»

Стенд с образцами холодного оружия принадлежавшего флотским офицерам

Якорная гальваноударная мина
образца 1908 года

С 1906 года «Рюрик» являлся флагманом Морских сил Балтийского моря. С самого начала Первой мировой войны был неизменным участником всех крейсерских опе-раций флота, многих дальних минно-заградительных операций и действий по обеспечению легких сил. Вёл артиллерийские бои с немецкими кораблями, выставлял минные заграждения. Надо сказать, что боевая активность Балтийского флота, характерная для первого года войны, значительно снизилась после смерти адмирала Н.О.Эссена в мае 1915 года. На мой взгляд, в истории морской войны на Балтике остались два ярких эпизода: бой русских и германских крейсеров у о.Готланд в июне 1915 года и операция германских сил по овладению Моонзундскими островами осенью 1917 года. «Рюрик» участвовал в большинстве операций флота и дважды получал весьма серьёзные повреждения. Так, 20 ноября 1916 года у острова Готланд крейсер подорвался на мине, выставленной германским подводным заградителем, но своим ходом дошёл до Кронштадта.

3 марта 1918 года был подписан Брест-Литовский мирный договор между Советской Россией и Германией. Россия обязывалась демобилизовать свои вооруженные силы, а боевые корабли немедленно разоружить или отвести в русские гавани. Таким образом, в случае высадки немецких частей в Финляндии, возникала угроза захвата сил Балтийского флота, зимовавших в гаванях Ревеля и Гельсингфорса. Скованные льдом, подлежащие разоружению, с экипажами, подлежавшими демобилизации, корабли становились легкой добычей недавнего противника.
Положение осложнялось растущим некомплектом экипажей: кто-то не хотел служить большевикам, кто-то дезертировал с флота. Не был исключением и «Рюрик» с которого перед выходом в Кронштадт дезертировал даже командир - капитан 1 ранга В.И.Руднев. В этих условиях советское правительство приняло решение о скорейшем перебазировании Балтийского флота в Кронштадт с использованием имеющихся ледоколов. Основная нагрузка в проводке караванов легла на ледокол «Ермак», детище адмирала Макарова. Во время проводки кораблей второго эшелона возникла угроза захвата или уничтожения противником самого мощного ледокола Балтийского флота. Решено было сопровождать «Ермак» наиболее боеспособным и наименее поврежденным за время первого перехода кораблем - крейсером «Рюрик». В итоге были спасены от захвата 236 кораблей и судов, включая 6 линкоров, 5крейсеров, 59 эсминцев, 12 подводных лодок.
Ледовый поход Балтийского флота стал последней боевой операцией как для «Рюрика», так и для всей 1-й бригады крейсеров. Износ механизмов и некомплект экипажа снизили боеспособность некогда самого мощного крейсера Балтийского флота, поэтому в октябре 1918 года «Рюрик» был сдан на хранение в Средней гавани Кронштадта. Вскоре с «Рюрика» были сняты орудия, а в 1923 году крейсер был разобран на металл.

1911-1914 годы. Первые русские дредноуты на Балтийском море

Ещё один интересный экспонат - прицельная труба с линкора «Марат». Чтобы понять в чём тут интерес и с какого края историческая ценность, нужно вернуться к началу XX века. Проекты новых броненосных кораблей рисовали во многих странах, но честь революции в военно-морском деле принадлежит всё-таки инженерам и адмиралам "владычицы морей". "В соответствии с заданием английские судостроительные заводы представили на рассмотрение комиссии шесть проектов линейного корабля. Один из них был одобрен и назван «Дредноут» ("Бесстрашный"). Небывалые темпы строительства нового линкора поразили мир. «Дредноут» заложили в октябре 1905 г. в Портсмуте, а спустили на воду через четыре месяца после закладки. В октябре 1906 г. он уже блестяще закончил ходовые испытания. Название английского линкора сразу стало нарицательным. С этого момента линейный флот всех морских держав стал делиться на два подкласса кораблей - дредноуты и додредноуты. При этом боевая мощь флотов характеризовалась только количеством дредноутов. Благодаря своей защите, силе артиллерийского огня и превосходству в скорости дредноуты приобретали преимущества в боевой устойчивости и выборе позиции боя. Старые линкоры были совершенно бессильны в борьбе с ними." И.Ф. Цветков, "Линейные корабли типа «Севастополь» (1907-1914 гг.)"

Итак, "Dreadnought" стал родоначальником нового класса кораблей - быстроходных линкоров, имевших принципиально улучшенное бронирование, вооруженных только противоминным и однородным главным калибром от 12''. Давайте посмотрим, что за волшебство подготовило и произвело революционные военно-морские перемены:
1. Новейшие башенные установки позволяли заряжать орудия в любом положении, а не как прежде - только после разворота в диаметральную плоскость, что резко повысило общую скорострельность. При этом отсутствие промежуточного калибра существенно улучшило секторы обстрела башен главного калибра.
2. Качественные сдвиги в обеспечении стрельбы из крупнокалиберных орудий: введение оптических прицельных трубок (вот одна из таких и выставлена в музее), базисных дальномеров и методики корректировки огня по всплескам снарядов позволили добиваться уверенных попаданий на дистанциях, ранее считавшихся запредельными, а новые снаряды, начинённые мощными взрывчатыми веществами, позволили наносить противнику чувствительный урон даже на таких дистанциях, на которых бронебойные снаряды бессильно отскакивали от защищённого толстой бронёй борта.
3. Новая методика корректировки огня в сочетании с достижениями в области внутрикорабельной связи позволила управлять стрельбой корабля централизованно, с поста главного артиллериста, концентрируя огонь всех орудий на одной цели, которая накрывалась теперь не отдельными снарядами, а сразу всем бортовым залпом, что не только существенно повышало вероятность её поражения, но и делало получаемые ей поражения намного более тяжёлыми. На броненосцах предыдущего поколения в бою каждое орудия наводилось самостоятельно, централизованного управления огнём не существовало, методики измерения расстояния были крайне приблизительны, а прицелы - грубы.
4. Использование паротурбинной силовой установки впервые в истории позволило линейному кораблю идти полным ходом в течение многих часов подряд.

Страны, которые могли себе позволить строительство таких дорогостоящих систем вооружения немедленно начали меряться военно-морскими бюджетами. Каждый дредноут стоил в два раза больше эскадренного броненосца, но при этом имел принципиальное превосходство по тактическим качествам. По своей защите, силе артиллерийского огня, превосходству в скорости дредноуты приобретали преимущества в боевой устойчивости и выборе позиции боя.
Россия также включилась в этот захватывающий процесс, причём понимая, что боевую ценность имеет не единичный образец, а эскадра таких кораблей, у нас заложили серию дредноутов. Четыре однотипных корабля Балтийской серии были заложены в июне 1909 года на верфях Санкт-Петербурга: «Севастополь», «Полтава», «Петропавловск» и «Гангут». На момент закладки ТТХ линкоров типа «Севастополь» были неплохими, "однако за время пути собака могла подрасти" и через 5 лет (вздохнём про сроки строительства у англичан), к моменту ввода в строй, они уже устарели. Стремление получить "всё и сразу" привело к тому, что корабли получились быстроходными, отлично вооруженными, но слабозащищёнными. Также сильно пострадали дальность плавания и условия жизни экипажа. Четыре российских дредноута были введены в строй уже после начала Первой Мировой войны, в начале 1915 года, когда Великобритания имела 35, Германия - 19, США - 14, Франция - 7, Италия - 6, Япония - 4 боевые единицы этого класса. Впрочем, на основе линкоров типа «Севастополь» в 1910-1911 годах спроектировали 4 дредноута Черноморской серии типа «Императрица Мария», которые предназначались для противостояния новым турецким линкорам (три корабля вошли в строй ЧФ в 1915-1917 годах), таким образом число действующих единиц довели до 7.
Между тем, к началу Первой мировой войны корабли класса «Dreadnought» уже считались устаревшими - им на смену пришли "сверхдредноуты" с их артиллерией главного калибра (начинали с 343 мм, затем увеличили до 381 мм и даже 406 мм). Первыми сверхдредноутами принято считать британские линкоры типа «Орион», также имевшие усиленное бронирование борта. За пять лет между «Дредноутом» и «Орионом» водоизмещение увеличилось на 25%, а вес бортового залпа удвоился.

1919 год. Гражданская война на Балтийском море

Однако, вернёмся на Балтийский флот. В ходе Первой Мировой войны, активность русских линейных кораблей типа «Севастополь» ограничилась охраной минных постановок в 1915 году. В следующую кампанию дредноуты в боевые походы не вышли вовсе. Весной 1918 года в ходе Ледовой эпопеи, о которой шла речь выше, все они удачно перешли в Кронштадт. В декабре 1918 года британские союзники бывшей Российской империи прислали (в который уже раз) на Балтику свою эскадру. 27.11.1918 эсминцы «Спартак» и «Автроил» наткнулись на неё и сдались в плен англичанам. Весной 1919 года, в ходе обороны Петрограда от белогвардейцев генерала Родзянко, Действующий отряд Балтийского флота выполнял две задачи: во-первых, не допускать высадок неприятельского десанта и, во-вторых, прикрытие войск, наступавших на белогвардейцев.

Модель эсминца «Гавриил», Музей Балтийского флота Колесо управления клапана высокого давления паровой машины крейсера «Аврора» (демонтировано в 1965 году), Музей Балтийского флота Маслёнка и болт, Музей Балтийского флота Модель крейсера «Аврора», Музей Балтийского флота

Модель эсминца «Гавриил»

Колесо управления клапана
высокого давления паровой
машины крейсера «Аврора»

Маслёнка III-го машинного
отделения и фрагмент тиковой
палубы крейсера «Аврора»

Модель крейсера «Аврора»

"31 мая 1919 г. около полудня неприятельские миноносцы обстреливали Оисто-Палкино. В 11 ч. 25 м. линкор «Петропавловск», имея впереди эсминец «Азард», вышел к Шепелевскому маяку. «Азард» получил приказание отогнать противника из Копорской губы. В 12 ч. 55 м. «Азард» увидел подводную лодку, повернул на нее полным ходом и открыл огонь. Подводная лодка противника погрузилась. «Петропавловск» за 5 минут до этого повернул на обратный курс и застопорил машины. В 13 часов «Азард» повернул на миноносец противника (курс W), который шел малым ходом, и в 13 ч. 15 м. открыл по нему огонь на расстоянии 60 кабельтовых. В это же время «Азард» был торпедирован английской подводной лодкой (выпущено три торпеды). Корабль отвернул от идущих торпед, и они прошли по борту. Английский эсминец открыл огонь из трех орудий и большим ходом приближался к «Азарду». В это время с северо-запада появились две группы миноносцев противника, по четыре в каждой. В 13 ч. 20 м. эсминец «Азард», преследуемый противником, отстреливаясь из кормовых пушек и меняя курс, начал уходить. Быстроходные английские эсминцы нагоняли «Азард» и держали его все время под артиллерийским огнем. «Азард» отходил к «Петропавловску». В 13 ч. 40 м. 8 английских эсминцев пошли в атаку на красные корабли. В 13 ч. 55 м. «Петропавловск» открыл огонь по английским кораблям из 12-дюймовых орудий. Через пять минут он прекратил стрельбу из этих орудий и открыл ураганный огонь из 120-миллиметровых орудий. Атака английских эсминцев была блестяще отражена. Один из миноносцев противника подошел к «Петропавловску» на расстояние в 47 кабельтовых. Часть английских кораблей получила повреждения. В 13 ч. 55 м. «Азард» был снова атакован, подводной лодкой, но безрезультатно. В 14 ч. 20 м. преследование вражеских кораблей прекратилось, и, соединившись, красная эскадра пошла назад в Кронштадт." Источник: А.Пухов, "Балтийский флот в обороне Петрограда. 1919 год."
Столь подробное описание малозначительного эпизода связано с тем, что этот бой был единственным морским сражением, в котором участвовал какой-либо из линкоров типа «Севастополь». Вся их боевая деятельность до самой утилизации в 1950-ых годах свелась к исполнению роли кораблей артиллерийской поддержки.

Впервые в этом качестве выступил «Петропавловск» - в середине июня он вёл огонь по фортам «Красная Горка» и «Серая Лошадь», на которых 13 июня 1919 года был поднят контрреволюционный мятеж. Восставшими были посланы две красноречивые радиотелеграммы. Первая - командующему английским флотом: "Красная Горка в вашем распоряжении" и вторая - гарнизону Кронштадта: "Присоединитесь к нам, иначе Кронштадт будет уничтожен". 16 июня мятеж был подавлен действиями наземных сил и кораблей Действующего отряда.
Что касается пребывания английского флота на Балтике в ходе необъявленной войны против молодого советского государства, то основные вехи ниже:
4 июня - эсминцы «Азард» и «Гавриил» потопили в Копорском заливе английскую подлодку L-55.
17 июня - Крейсер «Олег» был потоплен английским торпедным катером CMB-4.
18 августа - комбинированная атака авиации и катеров на Кронштадтскую гавань. Торпедами уничтожена плавбаза «Память Азова», поврежден ЭБР «Андрей Первозванный».
31 августа - английский эсминец «Витториа» потоплен подлодкой «Пантера».
4 сентября - английский эсминец «Верулам» подорвался на мине и затонул.
21 октября - эсминцы «Гавриил», «Свобода» и «Константин» подорвались на минах в Копорском заливе. Спаслось около двух десятков человек.

В декабре 1919 большая часть английских кораблей ушла из Балтийского моря на свои базы. 16 января 1920 года британский кабинет принял решение снять блокаду с балтийских портов Советской России, а в апреле - прекратить военные действия Королевского флота в балтийских водах. Что же касается балтийских дредноутов, то в 1921 году им были присвоены новые имена: «Парижская коммуна» («Севастополь»), «Октябрьская революция» («Гангут»), «Марат» («Петропавловск»), «Михаил Фрунзе» ("Полтава"). Напомню, что их ровесник «Dreadnought» был давно выведен из состава флота и к 1923 году разобран, но молодое советское государство было бедным и не могло позволить себе строить новые корабли. Ограничились тем, что в 1928-1931 годах балтийские линкоры (кроме сгоревшей «Полтавы») прошли капитальный ремонт и модернизацию. В 1929 году линкор «Парижская коммуна» перешёл на Чёрное море, где не осталось ни одного дредноута черноморской серии. Кстати, это единственное океанское плавание линкора этого типа и оно показало отвратительные мореходные качества проекта.
"В предвоенный период три линейных корабля - «Марат», «Октябрьская революция» и «Парижская коммуна» - символизировали боевую мощь Советского Военно-Морского Флота. Следует, конечно, помнить, что, несмотря на проведенную модернизацию, они оставались морально устаревшими кораблями, пригодными для морского боя разве что с финскими и шведскими броненосцами береговой обороны на Балтике, а на Черном море - со своим сверстником, турецким линейным крейсером «Yawuz» (бывший германский «Goeben»)." Источник: М.Васильев, "Линейные корабли типа «Марат»"

1941-1945 годы. Великая Отечественная война

Перед нами штурвал яхты «Полярная звезда» и кормовой герб советского военного корабля. Казалось бы, что между ними общего? Табличка сообщает, о принадлежности герба к минному заградителю «Марти». У этого корабля была интересная и необычная судьба. В 1893 году он был заложен на датской верфи в качестве крейсера для Добровольного флота. Внезапно, когда корпус уже стоял на стапеле, гостивший (кстати на яхте «Полярная звезда») в Дании царь Александр III принял решение переделать его в императорскую яхту. С царём конечно не спорят, но вот принимал заказ уже его сын Николай II. Что касается названия, то оно передавалось в Балтийском флоте начиная с первого корабля Балтийского флота, фрегата «Штандарт». Последний «Штандарт» унаследовал его от деревянной двухмачтовой колёсной паровой яхты, построенной для Александра I во Франции в 1858 году, которая служила императорской семье до самого исключения из состава флота в 1892 году.

Штурвал с императорской яхты «Полярная звезда», Музей Балтийского флота Модель плавбазы подводных лодок «Полярная звезда», Музей Балтийского флота Кренометр яхты «Полярная звезда», Музей Балтийского флота Вазы с императорской яхты «Штандарт», Музей Балтийского флота

Штурвал с императорской яхты «Полярная звезда» (в советское время - база подводных лодок)

Модель плавбазы подводных лодок «Полярная звезда» (бывшая императорская яхта)

Кренометр яхты «Полярная звезда»

Вазы с императорской яхты «Штандарт»

"Из шести императорских яхт и яхт должностных лиц, находившихся в составе Балтийского флота на 1 января 1917 года, только две - «Полярная звезда» и «Штандарт» -избежали участи быть разобранными на металл в 1920-е годы.

В начале 1930 годов принимается решение о переоборудовании «Полярной звезды» в базу подводных лодок, а «Штандарта» - в минный заградитель. Первой на капитальный ремонт и переоборудование в 1930 году стала «Полярная звезда». Паровые машины на ней заменили дизелями мощностью 1200 л.с. и в связи с их установкой убрали одну трубу, что изменило силуэт бывшей яхты. Зато внутренние помещения в основном сохранили свой первоначальный вид, за исключением тех, где разместилась специальная техника. Будущую плавбазу вооружили тремя 76-мм, тремя 45-мм орудиями и двумя пулеметами; после модернизации корабль, сохранивший имя «Полярная звезда», имел водоизмещение 4330 т. 20 августа 1936 года на нем подняли Военно-морской флаг.
Во время советско-финляндской войны 1939-1940 годов «Полярная звезда», стоявшая в Минной гавани Таллина, обеспечивала выходы подводных лодок на боевые задания, а в бывшем царском салоне яхты неоднократно проходили заседания Военного Совета Балтийского флота.
С первых дней Великой Отечественной войны от борта «Полярной звезды» подводные лодки уходили на боевые задания. А в начале июля 1941 года плавбаза и базирующиеся на ней семь подводных лодок типа "Щ" ушли в Лужскую губу. С сентября 1941 по середину мая 1944 года «Полярная звезда» стояла в Ленинграде у Дворцовой набережной. После ремонта в Кронштадтском доке и перевооружения (четыре 76-мм орудия и четыре 37-мм зенитных автомата) «Полярная звезда» ушла в порты Западной Финляндии, откуда обеспечивала боевые действия бригады подводных лодок Балтийского флота до начала мая 1945 года. В 1954 году «Полярную звезду» переоборудовали в плавучую казарму, а в 1961 году, сняв ценные механизмы и дорогую обшивку внутренних помещений, сделали из нее корабль-мишень. Бывшая яхта была потоплена при испытании новых противокорабельных ракет.
На три года позже «Полярной звезды», в 1933 году, «Штандарт» поставили на капитальный ремонт и переоборудование в минный заградитель. 28 августа 1934 года кораблю дали новое имя - «Марти». Корабль получил вооружение из четырех 130-мм; семи 76-мм и трех 45-мм орудий, он мог принимать на борт 320 мин заграждения. 29 ноября 1936 года «Марти» вошел в состав Краснознаменного Балтийского флота. Корабль активно участвовал в его боевых действиях во время советско-финляндской и Великой Отечественной войн.
Уже 22 июня 1941 года «Марти» вместе с минзагом «Урал» и другими кораблями вышел в устье Финского залива на постановку минного заграждения при оборудовании Центральной минно-артиллерийской позиции. За первой минной постановкой последовали другие. В конце 1941 года «Марти» принял участие в эвакуации в Ленинград защитников полуострова Ханко. Во время блокады Ленинграда артиллеристы «Марти», вплоть до ее снятия в 1944 году, поддерживали своим огнем армейские части. 3 апреля 1942 года приказом народного комиссара Военно-Морского Флота Н.Г.Кузнецова экипаж «Марти» первым на Балтике был преобразован в Гвардейский. В 1948 году корабль получил новое имя - «Ока». Впоследствии, после исключения из состава флота, он использовался как мишень и в конце 60-х годов был разобран.
" Источник: А.Л.Ларионов, "Из истории императорских яхт российского флота"

Фотографии моделей яхт «Полярная звезда» и «Штандарт» смотрите на странице, рассказывающей об экспонатах XIX века в Центральном военно-морском музее, г.Санкт-Петербург.

Возвращаясь к теме линкоров типа «Севастополь» и их участия в Великой Отечественной войне, хочу поделиться с вами одной странностью. В музее на одной витрине представлены прицельная труба с линкора «Марат» и телеграфный ключ с линкора «Петропавловск», но ведь это один и тот же корабль, но под разными именами. Кстати говоря, 31 мая 1943 года линкору было возвращено его прежнее имя «Петропавловск». После войны, 28 ноября 1950 года «Петропавловск» был переклассифицирован в несамоходное учебное артиллерийское судно, получившее название "Волхов". В общем, как-то так: «Петропавловск» - «Марат» - «Петропавловск» - «Волхов». Не то в музее имели в виду, что экспонаты относятся к разным этапам существования этого русского дредноута, не то в табличке ошибка и телеграфный ключ поступил с тяжёлого крейсера «Петропавловск» (тот что недостроенный «Лютцов», купленный у Германии в 1939 году, но так и не введённый в строй ВМФ СССР).

Что же касается участия "Марата" (он же «Петропавловск») в Великой отечественной войне, точнее - в обороне Ленинграда, приведу цитату из книги М.Васильева "Линейные корабли типа «Марат». Да-да, именно так и называется книга - не типа «Севастополь», а типа «Марат».
"Во время отражения 13-го по счету группового налета (около 40 пикирующих бомбардировщиков) утром 23 сентября в носовую часть корабля (рядом с фок-мачтой, в нос и в корму от нее) почти одновременно попали две 500-кг или 1000-кг бомбы, что вызвало детонацию погребов боезапаса 1-и башни. Взрыв почти полностью перебил корпус линкора в районе 45-57 шп., разрушил и сбросил с корабля 1-ю башню, фок-мачту с носовой надстройкой и первую трубу, причем сохранившиеся в этом районе днищевые конструкции надломились и носовая оконечность от 0 до 20 шп. легла на грунт. При взрыве погибло 326 человек, в том числе командир, комиссар и ряд офицеров. К утру 24 сентября корабль принял около 10 000 т воды, большинство его помещений ниже средней палубы было затоплено, и он сел на грунт (глубина до 11 м); над водой осталось около 3 м борта. Следует отметить, что даже в самый тяжелый момент корабль не был полностью покинут экипажем: расчеты 76,2-мм орудий на крыше 4-й башни продолжали вести огонь. Всего за 23 сентября зенитная артиллерия корабля выпустила рекордное для него за всю войну количество снарядов: 1002 76,2-мм, 528 37-мм и 6584 12,7-мм.
Работы по частичному восстановлению боеспособности корабля в виде плавучей батареи велись под огнем артиллерии противника, и к концу октября 1941 года удалось обеспечить всплытие кормовой части корпуса и введение в строй 3-й и 4-й башен, вновь открывших огонь 31 октября. За ноябрь и декабрь 1941 года «Марат» (командир - капитан 3 ранга В.П.Васильев) провел 97 стрельб и выпустил 407 305-мм снарядов. Уцелевшие 120-мм орудия и их боезапас сняли с корабля и отправили на сухопутный фронт вместе с прислугой, одну спаренную 76-мм артустановку 81-К в 1942 году разместили на линкоре "Октябрьская революция", а другую - на лидере "Ленинград". Для повышения защиты жизненно важных частей корабля от навесного огня артиллерии на верхнюю палубу уложили гранитные плиты толщиной 40-60 мм, снятые с ближайшей стенки гавани, а над котельными отделениями -броневые плиты. Для защиты от осколков прислуги зенитные орудия, автоматы и пулеметы обложили тюками хлопка толщиной около 50 см.
Противник пытался подавить артиллерию линкора, воскресшего в виде плавучего форта. Первоначально по нему стреляли 150- и 203-мм полевые пушки, а с конца декабря и 280-мм орудия на железнодорожных транспортерах. 28 декабря один из таких снарядов чуть не вызвал вторичную гибель «Марата». Пронзив почти весь корпус по вертикали, снаряд прошел через зарядный и снарядный погреба 3-й башни и застрял, не разорвавшись, в трюме.
Следующую попытку уничтожить «Марат» тяжелой артиллерией немцы предприняли 25 октября 1942 года, выпустив по нему 55 229-мм снарядов. Все три попадания пришлись в верхнюю палубу, покрытую гранитными плитами, и поэтому не причинили вреда, как и последующие стрельбы по кораблю, когда в него попало два снаряда калибром 203-мм и выше. Между тем 3 ноября 1942 года на корабле вошла в строй 2-я башня, защита которой с носовых углов была обеспечена установкой дополнительной поперечной переборки на 57 шп. и заливкой образовавшегося коффердама бетоном. Артиллерия линкора успешно использовалась, пока объекты поражения находились в предел ах ее досягаемости. Последний раз корабль (командир - капитан 1 ранга Ф.Ф.Тыршклевич) открывал огонь 17 января 1944 года. Всего за время войны он провел 264 боевые стрельбы, выпустив 1371 305-мм снаряд (1329 фугасных и 42 шрапнельных).
"

В завершении - о боевом применении других наших изрядно пожилых дредноутов. Флагман Черноморского флота «Парижская коммуна» в качестве корабля артиллерийской поддержки участвовал в обороне Севастополя и в Керченско-Феодосийской десантной операции. В 1943 году «Парижанке» (обиходное название) возвращено первоначальное название «Севастополь».
Линкор «Октябрьская революция», как и «Марат» оставшийся в составе Балтийского флота, во время Великой Отечественной войны также участвовал своей артиллерией в защите Ленинграда. Повреждения «Октябрины» от ударов немецкой авиации в сентябре 1941 года были существенно менее серьёзными. Оба корабля до снятия блокады Ленинград в 1944 году, вели контрбатарейную борьбу с тяжелой артиллерией противника. Из списков флота дредноуты были исключены в 1950-ых годах.

Письменный прибор адмирала В.Ф.Трибуц (командующий Балтийским флотом в 1939-1947 годах), Музей Балтийского флота 12.7-мм крупнокалиберный пулемёт ДШК, Музей Балтийского флота 12,7-мм пулемёт ДШК №ВТ844, изготовлен в 1943 году, Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота

Письменный прибор адмирала
В.Ф.Трибуц (командующий
Балтийским флотом в 1939-1947гг)

12.7-мм крупнокалиберный
пулемёт ДШК

№ВТ844, изготовлен в 1943 году

Письменный прибор командующего БФ адмирала В.Ф.Трибуц - подарен в 1946 году экипажем Краснознамённого линкора «Октябрьская революция». Владимир Филиппович Трибуц командовал Краснознаменным Балтийским флотом в 1939-1947 годах. Оценки его деятельности весьма противоречивы. С одной стороны - потоки мёда советских времён, щедро разбавленные современными попытками анализа обстановки и доступных адмиралу сил. С другой стороны - негативные оценки его деятельности, которые опираются на следующие соображения:

Во-первых, трагический Таллиннский переход. На столь коротком переходе достигнута потеря большей части транспортных судов с войсками и имуществом (+57 единиц вспомогательного флота брошено в Таллинне), а также 16 боевых кораблей. Военно-морской историк А.В.Платонов в своей книге "Трагедии Финского залива" подвёл итоги этого мероприятия: "Из Таллина в рамках операции флота вышло 153 боевых корабля и катера, а также 75 вспомогательных судов КБФ. Кроме этого вместе с силами флота находилось неустановленное количество малотоннажных гражданских судов и различных плавсредств. Последние никакому учету не поддаются, и поэтому далее будем говорить исключительно о силах и средствах, подчиненных Военному совету КБФ. До Кронштадта дошли крейсер (100%), два лидера (100%), пять эсминцев из десяти (50%), шесть сторожевых кораблей из девяти (66%), девять подводных лодок из одиннадцати (82%), две канонерские лодки из трех (66%), десять базовых тральщиков (100% ), шестнадцать тихоходных тральщиков из восемнадцати (89%), три электромагнитных тральщика (100%), двадцать шесть катерных тральщиков (100%), тринадцать торпедных катеров из четырнадцати (93%), двадцать три катера МО из двадцати пяти (92%), три сетевых заградителя (100%) и 32 судна из 75 (43%). При этом из принятых на борт кораблей и судов 27 800 человек погибло около 11000 человек, в том числе немногим более 3000 - гражданские лица. Это не считая моряков из составов экипажей погибших кораблей и судов. Учитывая временные рамки перехода, то есть самого события, это огромные потери. Существуют такое понятие, как "степень поражения", так вот потеря более 50% транспортов в конвое характеризуется как его разгром. Наверное, это и есть общий итог Таллинского перехода."

Во-вторых, общая пассивность КБФ. В 1941 году немцы и финны "благодаря необъяснимой пассивности русских" производили систематическое минирование Финского залива тихоходными заградителями, не взирая на белые ночи. Так в 1941 году появились крупные минные заграждения: "Апольда" в устье Финского залива (на нём уже 23.06.41 подорвались крейсер «Максим Горький» и эсминец «Гневный»), "Корбетта" (поставлено между Таллином и о.Ханко, осложнило эвакуацию защитников острова) и "Юминда" (район в обе стороны от м. Юминданина - причина потерь при эвакуации из Таллина).
Что же касается причин катастрофы 1941 года на Балтике, Платонов подробно прошёлся по наиболее распространённым. Резюме: внезапного нападения не было - флот заблаговременно привели в боевую готовность. Численного преимущества у германо-финляндского флота не имелось. Потеря баз флота в Прибалтике малозначимо - в первое военное лето за господство в заливе вообще не боролись, а потом действительно стало поздно. Далее, прямая цитата из вышеупомянутой книги: "Причина произошедшего очень проста - противник в 1941 г. воевал лучше нас, причем воевал не числом, а уменьем. Выражение "воевал лучше" очень обтекаемое, но уже на данном этапе военных действий оно стало конкретизироваться. В целом советские моряки в достаточной степени владели свои оружием: срывы выполнения боевых задач по вине экипажей кораблей случались исключительно редко, хотя качество подготовки личного состава, призванного из запаса, желало лучшего. Но в любом случае они-то точно воевали не хуже, чем их германские и финские "коллеги". В целом командиры плавающих соединений обеспечивали выполнение поставленных задач, что трудно сказать о штабах и командовании ОВР и Минной обороны, а также флота в целом. Вот в основном их-то противник и "переиграл", вот они-то и воевали хуже."

Итак, к концу осени 1941 года силы Краснознаменного Балтийского флота собрались в Маркизовой луже и в дальнейшем не представляли угрозы морским перевозкам противника по Балтике. Итак, история повторилась - в Финском залив снова был построен минный "забор", за которым в Кронштадте стоит Балтийский флот. Только вот построен забор в этот раз не нами, а противником. Цель действий немцев на Балтике поясняет запись из дневника Гальдера от 30 июня 1941 года: "Фюрер подчеркнул:
а) задача овладения Финским заливом является первостепенной, так как только после ликвидации русского флота станет возможным плавание по Балтийскому морю (подвоз железной руды из Лулео). Захват русских портов с суши потребует три-четыре недели. Лишь тогда подводные лодки противника будут окончательно парализованы. Четыре недели означают 2 млн. тонн железной руды
".

Надводные корабли, уцелевшие при Таллинском переходе, массированных налётах авиации на Кронштадт и артиллерийских обстрелах применялись только как плавучие батареи. Мин же было понаставлено столько, что даже на завершающем этапе войны КБФ не мог вывести в море крупные надводные корабли и помешать снабжению/эвакуации войск противника из котлов в Прибалтике (осень 1944) и Восточной Пруссии (зима 1945).
Насколько достигнутый результат связан со способностями командующего правильно оценивать ситуацию и принимать решения - мне судить трудно. Смущает множество обстоятельств: возраст крупных кораблей, качество лёгких сил, особенно мобилизованных кораблей и их экипажей. Неизвестно насколько хорошо давала информацию разведка. Непонятны причины слабого управления флотом офицерами штабов с многолетним опытом, действующих в привычной инфраструктуре со всеми её линиями связи. В общем, сплошные вопросы.

Манометр с лидера «Минск» и прицельная труба с линкора «Марат», Музей Балтийского флота Телеграфный ключ с линкора «Петропавловск» и паспорт погреба с крейсера «Киров», Музей Балтийского флота Кормовой герб минного заградителя «Марти», Музей Балтийского флота Минный заградитель «Марти», Музей Балтийского флота

Манометр с лидера «Минск» и прицельная труба с линкора «Марат»

Телеграфный ключ с линкора «Петропавловск» и паспорт погреба с крейсера «Киров»

Кормовой герб минного заградителя «Марти» (бывшая царская яхта «Штандарт»)

Минный заградитель «Марти» и кнехт с катера крейсера «Октябрьская революция» (послевоенной постройки)

Кроме вышеупомянутых предметов об участии КБФ в Великой Отечественной войне напоминает целый ряд экспонатов. Вот, например, бирка шпангоута и паспорт погреба с крейсера «Киров». В 1934 году советская сторона приобрела у фирмы "Ансальдо" полный пакет технических документов для строительства лёгкого крейсера. Через два года, 30 ноября 1936 года он был спущен на воду. Времена были суровые и главного строителя корабля за выявленные недоделки расстреляли, а сменившие его инженер и руководитель приёмки впоследствии были арестованы.
В таллиннском переходе «Киров» шёл флагманом отряда главных сил (командующий - вице-адмирал Трибуц). Как и все крупные артиллерийские корабли КБФ участвовал в обороне Ленинграда в качестве плавучей батареи. Весной 1942 года получил серьёзные повреждения в результате прямых бомбовых и одного артиллерийского попадания. Артиллерия крейсера участвовала в Ленинградско-Новгородской операции в январе 1944 года. В июне 1944 года с позиции в Ленинградском торговом порту крейсер произвел свои последние залпы в войне по финским войскам в ходе Выборгско-Петрозаводской операции. Уже после войны, 17 октября 1945 года, недалеко от Кронштадта, подорвался на оставшейся с войны донной магнитной мине, получил значительные повреждения, имелись жертвы в составе экипажа. Исключен из состава флота в 1974 году.

Рядом, на витрине - фуражка бывшего начальника Главного штаба ВМФ СССР адмирала флота Георгия Михайловича Егорова. Свою флотскую службу он начинал на КБФ в 1940 году с должности штурмана подводной лодки "Щ-310". Дослужился на ней до помощника командира, принял участие в 4 боевых походах. Результативным был только четвёртый выход в море, осенью 1942 года, когда лодка потопила немецкий транспорт «Franz Rudolf». При возвращении на базу "Щ-310" подверглась атаке глубинными бомбами с финских катеров и подорвалась на антенной мине в результате чего лодка могла идти только в надводном положении. Как вспоминал Егоров: "От носовой оконечности до центрального поста прочный корпус буквально провалился между шпангоутами, которые торчали наружу, как ребра у худой лошади". Летом 1943 года наши субмарины в Балтику не выходили и будущего адмирала направляют в Махачкалу на учёбу в классы командиров подводных лодок.
По возвращении на КБФ, осенью 1944 года, Егоров получил назначение помощником командира на недостроенную "Щ-414", но добился перевода на действующую лодку. 5 декабря 1944 года капитан-лейтенант Егоров принял "М-90", на которой до конца войны совершил 3 боевых похода, но контактов с противником не имел. По окончании войны он продолжил службу на Тихоокеанском и Северном флотах. В 1977 года адмирал флота Егоров становится начальником Главного штаба ВМФ - 1-м заместителем Главнокомандующего ВМФ. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 октября 1978 года за большой вклад в дело повышения обороноспособности страны адмиралу флота Егорову Георгию Михайловичу присвоено звание Герой Советского Союза. Умер в 2008 году, после себя оставил две книги воспоминаний: "Дело всего народа" и "Фарватерами флотской службы".

Всё на той же музейной витрине - маномвакууметр лидера «Минск ». Лидер эскадренных миноносцев проекта 38 вступил в строй в феврале 1939 года. Во время советско-финской войны занимался в основном набеговыми операциями - обстрелами финских береговых батарей. Участвуя в Таллинском переходе подорвался на мине, но добрался до Кронштадта где и встал в ремонт. 23 сентября 1941 года во время массированного налёта на Кронштадт при атаках отдельных самолетов лидер достаточно свободно уклонялся, и бомбы падали далеко от корабля. Однако при одновременной атаке группы из шести Ju87 с разных курсовых углов и высоты 1000- 1500 м две 50-кг бомбы попали в кормовую часть лидера, третья, 250-кг бомба, ударилась о дежурную шлюпку, подвешенную с левого борта, взорвалась у борта в районе 3-го котельного отделения и повредила главный котел. На корабле возник пожар, часть отсеков стала быстро заполняться водой, корабль обесточился. «Минск» потерял ход, накренился на левый борт и стал медленно дрейфовать в направлении Ленинградского маяка.
Отсутствие на лидере штатного дизель-генератора №4, снятого для планового ремонта еще в 1940 году, лишило корабль резервного источника электроэнергии. Низкая живучесть электрооборудования, недостаточное количество водоотливных средств и ручных фонарей, уязвимость кабельных трасс и телефонной связи сильно затруднили борьбу личного состава за живучесть и непотопляемость корабля. Борьба за непотопляемость велась примитивно - заводился пластырь, часть пробоин заделывалась деревянными пробками и паклей. По окончании заделки пробоин и откачки воды буксиры отвели поврежденный корабль в Военную гавань Кронштадта, к Южной стенке. Вечером последовал новый налет пикирующих бомбардировщиков и 250-кг авиабомба разорвалась в воде на расстоянии 40 м от поврежденной кормы «Минска». От подводного взрыва разрушилась наружная обшивка борта. Примерно через полчаса «Минск» повалился на борт и затонул на глубине 8,5 метров в 5 метрах от стенки. К часу ночи 24 сентября над водой остались только часть надстроек, трубы и мачты. Поднять лидер смогли только через год, 25 августа 1942 года. 9 ноября 1942 его перевели в Ленинград, где он ремонтировался до 22 июня 1943 года. 19 июля 1943 года корабль выполнил артиллерийскую стрельбу по противнику из новых орудий главного калибра Б-13-IIс. После этой стрельбы «Минск» вошел в систему артиллерийской обороны Ленинграда. В связи с исключительно высокой минной опасностью в Финском заливе до самого конца войны боевое использование лидера, как и других кораблей эскадры, исключалось. 3 апреля 1958 года исключен из списков флота и превращен в плавучую мишень ТСЛ-75, потопленную ракетами в Финском заливе у острова Малый.

Насадка на кнехт эскадренного миноносца «Славный». Этот эсминец проекта 7У вступил в строй 5-го дивизиона эсминцев КБФ 19 июня 1941 года. Выполнял минные постановки, затем оборонял главную базу флота - вёл огонь по береговым целям и отражал воздушные налёты. Таллинский переход начал в составе отряда охранения. В тралящей части паравана с правого борта взорвалась мина, а затем - вторая. Корабль получил множественные повреждения, но до Кронштадта дошёл самостоятельно. В ходе массовых налётов на Кронштадт «Славный», уклоняясь от бомб, маневрировал на акватории рейда и отделался лёгкими повреждениями.
"В течение октября эсминец находился на Северном и Большом Кронштадтском рейдах, откуда выполнил 33 стрельбы по приближавшимся к Ленинграду немецким войскам (сделано 409 выстрелов главным калибром).
1 ноября «Славный» вместе со «Стойким» и «Марти» совершил поход на Ханко, где принял на борт 657 человек с вооружением и личными вещами; 4 ноября он доставил их в Ленинград. На обратном пути по роковой случайности эсминец главным калибром потопил возвращавшийся с Ханко наш морской охотник МО-112, ошибочно приняв его за финский торпедный катер.
11 ноября эсминец у Кронштадта намотал на левый винт сорванную противолодочную сеть, что потребовало докования. Затем он конвоировал транспорты к Готланду, а 29 ноября вторично отправился к Ханко. Под неприятельским огнем на корабль погрузились 856 бойцов, и он лег на обратный курс. Ночью 3 декабря, следовавший вместе со «Славным» турбоэлектроход «Иосиф Сталин» подорвался на двух минах; эсминец пытался оказать ему помощь, однако новый взрыв разрушил нос лайнера и оборвал заведенный на него буксир. В 8.15 "Славный" сам оказался в аварийном состоянии: из-за разрыва цепи Галля у него заклинило руль. Пришлось управляться машинами, двигаясь со скоростью 3 - 4 узла. Несколько раз корабль попадал под обстрел вражеских батарей, а в довершение едва не был затерт льдами. Лишь вечером 5 декабря завершился неимоверно трудный поход, и эсминец ошвартовался в Кронштадте.

В 1942-1943 годах комендоры «Славного» проводили лишь учебные стрельбы (израсходовано 100 130-мм снарядов). Последний раз открыть огонь по неприятелю им довелось 10 июня 1944 года во время Выборгской наступательной операции.
"

На той же музейной витрине выставлен комсомольский билет В.В.Алферьева. Экскурсовод о нём ничего не говорила, подробностей на табличке - никаких, в базах "Мемориал" и "Подвиг народа" упоминаний не нашёл. В общем, ещё предстоит разобраться.

1941-1945 годы. Подводные силы Балтийского флота в Великой Отечественной войне

Всё на той же витрине - удостоверение на имя Гусева Алексея Кузьмича об окончании военно-морского училища имени Фрунзе по специальности минёр-подводник. К 1945 году Алексей Кузьмич дослужился до капитан-лейтенанта и находился в должности помощника командира подводной лодки "С-4". Субмарины типа "С" создавалась на базе проекта, разработанного в 1933 году по заказу советской стороны немецко-голландским конструкторским бюро IvS. Более того, первые три лодки назывались тип "Н" (немецкая), на них стояли немецкие дизельные двигатели и аккумуляторные батареи, и только в октябре 1937 года этот проект переименовали в тип "С" (средняя). Предназначались они для замены лодок типа "Щ" (Щука) и оказались настоящими долгожителями. Так, например, "С-19" и "С-20" служили до 1957 года, когда их затопили после ядерных испытаний. Четыре субмарины этого типа до 1970 года находились в ВМС Китайской народной армии. "С-14" как ПЗС и затем УТС, находилась в составе ВМФ СССР до 1978 года.

Интересующая нас "С-4" была заложена 3 января 1936 года, спущена на воду 17 сентября 1936 года. В советско-финскую войну выполнила два боевых похода, успехов не достигла. После начала Великой Отечественной войны первое боевое столкновение с противником - 10 августа 1941 года. Командир лодки капитан-лейтенант Д.С.Абросимов атаковал двумя торпедами конвой противника. Описание боя из книги С.А.Балакина, М.Э.Морозова: "Подводные лодки типа "С":
"… лодка, вынырнула на поверхность, показав носовую оконечность и ограждение рубки. Поскольку в момент залпа был принят дополнительный балласт, спустя несколько мгновений она устремилась вниз, и на 18-метровой глубине ударилась о грунт. Немцы бомбили лодку на протяжении нескольких часов. От сильных взрывов "эску" било о грунт. Повреждения получили прочный корпус, переборки, шпангоуты, механизмы и приборы. К полуночи охотники израсходовали весь запас глубинных бомб и покинули район. Тем временем Абросимов решил всплыть и принять артиллерийский бой. Однако на месте своего погружения подводники обнаружили лишь два светящихся буя. С огромным трудом 17 августа лодка добралась до Триги". После длительного ремонта и Таллинского перехода последовал безрезультатный месячный поход к острову Гогланд и до конца года лодка в море не выходила.
В июне 1942 года при выходе на позицию "С-4" атаковали финские сторожевые катера. Полученные повреждения торпедных аппаратов и приборов стрельбы не позволили добиться успеха в нескольких атаках. После возвращения в базу и ремонта, на переходе Морским каналом в Ленинград, рядом с С-4 взорвалась неконтактная мина, погиб командир, выброшенный с мостика взрывной волной. Лодка получила повреждения, её выбросило на мель.

Ремонт продолжался до февраля 1943 года. Вечером 30 апреля, на "С-4" произошел взрыв водорода, выделявшегося из аккумуляторной батареи. Полученные серьёзные повреждения потребовали нового ремонта, поэтому лодка в 1943 году в море не выходила. Снова процитирую книгу С.А.Балакина, М.Э.Морозова:
"Лодка покинула Кронштадт только 4 октября 1944 года, уже с новым командиром - капитан-лейтенантом А.А. Клюшкиным (ранее командовал М-79). На следующий день она перешла к Лавенсари и уже 8-го вышла из Финского залива. Для действий ей был определен район у маяка Штольпемюнде. Утром 12 октября С-4 обнаружила цель- "одиночный 6000-тонный транспорт", в действительности оказавшийся рыболовным траулером "Таунус" (218 брт). Он был потоплен. Чуть позже был замечен второй траулер, но уничтожить его не удалось - крышка одного торпедного аппарата не открылась, а вышедшая из второго торпеда с неконтактным взрывателем взорвалась на безопасном от траулера расстоянии. Через полчаса Клюшкин попытался торпедировать транспорт несколько большего водоизмещения, но тот сумел уклониться. Не зная (траулеры не имели радиостанций), что в районе действует советская субмарина, немцы продолжали посылать одиночные суда.
В ночь на 13-е из надводного положения С-4 потопила танкер "Терра" (1533 брт). Затем трое суток Клюшкин крейсерствовал у навигационного буя, пока не обнаружил очередную цель. Ее преследовали 4,5 часа, почти до входа в Данцигскую бухту. Но когда С-4 заняла позицию для атаки, торпедисты, не дожидаясь команды "Пли", выпустили три торпеды по команде "Товсь". Разумеется, вражеское судно осталось невредимым. Наконец, в ночь на 20 октября был обнаружен очередной "8000-тонный" транспорт, который был потоплен двумя последними торпедами. Хотя германские историки до сих пор отрицают факт гибели транспорта, многие обстоятельства указывают на то, что судно действительно затонуло.
"

Из следующего боевого похода, начавшегося в ноябре 1944 года лодка не вернулась. Итак, в советско-финляндскую войну - 2 боевых похода, в Великую Отечественную войну - 6 боевых походов. В результате потоплены танкер "Терра" (1533 брт) и рыболовный траулер "Таунус" или тральщик "М-3619". Возможно потоплены танкер "Кайя" (3223 брт) и рыболовный траулер "Золлинг" (260 брт). Что же касается обстоятельств гибели субмарины, то в своей книге "Миноносцы и эскортные корабли Германии (1926-1945)", изданной в 2001 году, Сергей Трубицын приводит такую версию:
"С 18 по 24 ноября миноносец, который находился в охранении "Адмирала Шеера" принимал участие в последних боях за полуостров Сворбе. 4 января 1945 года в штормовую погоду миноносец столкнулся с неизвестной подводной лодкой. "Т-3" отделался повреждениями носовой оконечности. После войны выяснилось, что жертвой столкновения стала советская подводная лодка "С-4" (капитан 3-го ранга А.А. Клюшкин).
Окончив ремонт, миноносец вернулся в строй, но его служба была короткой. 13 марта 1945 года советская подводная лодка "Л-21" (капитан 2-го ранга С.С. Могилевский) поставила 20 мин у полуострова Хель. 14 марта в этом месте оказались эскортирующие конвой миноносцы "Т-3" и "Т-5". Первым подорвался "Т-5", он затонул в течение 5 минут, "Т-3" подорвался на мине, но тонул очень медленно, около двух часов.
"

Обстоятельства гибели "С-4" начали прояснятся только в этом году. В мае 2014 года, в районе мыса Таран (это недалеко от Светлогорска), где рыбаки часто теряли свои сети, на глубине 72 метра, сонаром была обнаружена затонувшая подводная лодка. В июле к месту гибели неизвестной субмарины была организована экспедиция с участием специалистов Балтийского флота, ГОСАКВАСПАС МЧС России, ученых Атлантического отделения института океанологии имени П.П.Ширшова РАН, Музея Мирового океана и аквалангистов Калининградского Клуба подводных исследований. С помощью телеуправляемого глубоководного комплекса "Пантера плюс" левый борт субмарины был очищен от рыбацких сетей и тралов, произведена видеосъёмка объекта, поставлен буй для погружений. По итогам работы представитель Клуба подводных исследователей Музея Мирового Океана поделилась впечатлениями от погружения на Цусимских форумах в теме "С-4 найдена". Суть: ПЛ типа "С" лежит с дифферентом на левый борт (порядка 15 градусов), перо руля в положении "руль прямо", винты целы, носовое орудие - в отличном состоянии. Ограждение рубки отсутствует - остался лишь обтекатель перископов. Сильные разрушения легкого корпуса - скорее всего от глубинных бомб. В носовой части пробит и прочный корпус. По разные стороны корпуса на дне найдено 2 неразорвавшиеся глубинные бомбы. Часть разрушений легкого корпуса и ограждения рубки скорее всего вызвана рыбацкими сетями и тралами при сильной коррозии железа.
На подводной лодке экспедицией закреплена табличка, подготовленная МинОбороны, на которой выбиты имена 48 членов экипажа. На борту сторожевого корабля «Ярослав Мудрый» заполнено и подписано командиром корабля удостоверение о воинском захоронении. Поисковиками были найдены родственники старшего краснофлотца-моториста "С-4" Виктора Шелякина (из Рязанской области) и краснофлотца Исаева (из Московской области).
Дополнительно: Видеосъёмка и пресс-релиз Клуба подводных исследователей Музея Мирового океана

Табличка с подводной лодки «Lembit» и трубка её командира Алексея Матиясевича, Музей Балтийского флота Фотографии из истории подплава Балтийского флота, Музей Балтийского флота Фотографии из истории подплава Балтийского флота, Музей Балтийского флота  Модель подводной лодки «Пантера», Музей Балтийского флота

Именная доска с подлодки «Lembit» и курительная трубка её командира Алексея Матиясевича

Фотографии из истории подплава
Балтийского флота

Фотографии из истории подплава
Балтийского флота

Модель подводной лодки «Пантера»

Продолжая тему подводных лодок перейдём в зал, посвященный балтийскому подплаву. На стене - схема Нарген-Поркалауддского противолодочного заграждения по состоянию на 1943 года. Рядом - звено противолодочной сети немецкого заграждения того же времени. Выше я уже писал, что в 1941 году в Финском заливе были поставлены крупные минные заграждения: "Апольда", "Корбетта" и "Юминда". В 1942-1944 годах часть старых минных полей была вытралена или разрядилась, а вместо них поставлены "Зееигель" и "Насхорн". Тем не менее, в 1942 году советские подводные лодки, хотя и с большими потерями, но преодолевали заграждения в Финском заливе, например, методом прижимания к грунту. За эту кампанию они потопили пятнадцать судов (32 415 брт) торпедами, два (2 061 брт) - артиллерией, пять транспортов (10 907 брт) погибло на минах. Чтобы предотвратить действия советских субмарин на коммуникациях подвоза стратегических материалов и сырья, немцы и финны весной 1943 года создали несколько эшелонированных по глубине минно-сетевых заграждений.

Вот что пишет от этом Л.А.Емельянов в книге "Советские подводные лодки в Великой Отечественной войне": "главный, рубеж гитлеровцы развернули между о. Нарген и мысом Порккала-Удд. Глубина залива здесь составляет 25-60 м и только в одном месте достигает 80 м, ширина - 20 миль. Основным препятствием для лодок служила двухрядная подвешенная к многочисленным поплавкам и поставленная на тяжелые якоря стальная сеть. Отдельные секции ее длиной до 250 м и высотой до 40- 70 м перегораживали весь залив от южного до северного побережья."
Подводная сеть была сделана из 18мм стального троса норвежского производства с ячейками 4 на 4 метра, к ней крепились сигнальные патроны, которые срабатывали при попытке подлодки прорезать препятствие или пролезть под ней. Вдоль рубежа были развёрнуты корабельные дозоры, а на флангах установлены шумопеленгаторные станции.
К сожалению, готовясь к кампании 1943 года, штаб КБФ не имел разведданных об усилении противолодочной обороны противника. Лодки отправили в море в начале мае, а наличие сетей было установлено с помощью аэрофотосъемки только 6 июня. Первая потеря случилась в ночь на 1 мая 1943 года, когда "Щ-323", совершавшая переход из Ленинграда в Кронштадт, погибла на донной мине в Морском канале.

Через несколько дней вышла в море на разведку гвардейская "Щ-303" капитана 3 ранга Травкина. 12 мая, несмотря на касания минрепов подлодка прошла Гогландский рубеж, но форсирование Нарген-Порккалаудский рубеж окончилось неудачей. Вечером 19 мая субмарина попала в противолодочную сеть. После освобождения, при повторных попытках поднырнуть под сети она застревала в них ещё и ещё раз.
Вечером 21 мая случилось ЧП. Вахтенный офицер Г.Н.Магрилов пошел доложить командиру об обнаружении акустиком кораблей противника. В это время оставшийся один в центральном посту старшина трюмных машинистов Борис Галкин задраил переборочные двери, а дверь в выгородку радиостанции, где находились старшина радистов Алексеев и гидроакустик Мироненко, прижал ящиком. Галкин снял с койки товарища постельное белье, а затем подал в цистерны воздух высокого давления. Лодка всплыла. Открыв люк, он выбрался на палубу и начал наволочкой подавать сигналы кораблям противника. К счастью, Алексеев и Мироненко смогли вовремя отдраить двери. Срочно вызванный командир, не имея времени застрелить предателя, скомандовал срочное погружение. Противолодочные катера подобрали из воды Галкина, а затем устроили подводной лодке настоящий ад, сбросив на неё более двухсот глубинных бомб. Оторвавшись от преследования "Щ-303" легла на грунт для ремонта. 11 июня она вернулась в Кронштадт.

Дверь ограждения рубки cоветской подлодки М-81 и элемент немецкого противолодочного заграждения, Музей Балтийского флота Фотографии из истории подплава Балтийского флота, Музей Балтийского флота Фотографии из истории подплава Балтийского флота, Музей Балтийского флота

Дверь ограждения рубки cоветской подлодки М-81 и звено немецкого противолодочного заграждения

Фотографии из истории подплава Балтийского флота

Фотографии из истории подплава Балтийского флота

Щ-408 капитан-лейтенанта П.С.Кузьмина, вышедшая в поход через день после "Щ-303", трое суток пыталась форсировать гогландскую позицию, но вынужденная всплыть, вступила в артиллерийский бой с противолодочными катерами, затонула, не спустив флага. В июне пропала "Щ-406" Героя Советского Союза капитан-лейтенанта Е.Я.Осипова. В августе пропали С-9 и С-12. Советские подлодки неоднократно пытались разрезать или торпедировать противолодочные сети, но убедились в тщетности этих попыток. Уничтожить сетевое заграждение с помощью авиации также не удалось. Потеряв пять подготовленных экипажей, попытки прорваться через рубежи ПЛО были прекращены. Подводные лодки Балтийского Флота оказались заперты в Маркизовой луже, за всю кампанию 1943 года они провели только две безрезультатные торпедные атаки.

Обстановка изменилась только в начале сентября 1944 года, когда Финляндия вышла из войны. Начались работы по затоплению противолодочных сетей и разминированию "Nashorn", "Rukajrvi", "Brummbar", "Peninkulma", "Sauna", "Tiger" и "Zeeigel" силами четырёх бригад траления Балтийского флота и тральщиков ВМС Финляндии. С потерей Прибалтики немецкий противолодочный рубеж потерял свое значение. 26 сентября 1944 года Швеция прекратила поставки Германии железной руды, лишив Рейх необходимого стратегического сырья. Советские подлодки, базируясь на Ханко, Хельсинки и Турку, осенью 1944 года вновь вышли в море.

В этом же зале, посвященному Балтийскому подплаву - дверь с подводной лодки М-81. Субмарина вошла в состав КБФ 22 июля 1936 года, участвовала в советско-финляндской войне, но за 4 похода побед не имела. 1 июля 1941 года группа кораблей в составе "Лембит", "Калев", "С-9", "М-77", "М-79", "М-81", плавбаз "Иртыш" и "Смольный" совершала переход из Риги в Таллин в сопровождении четырех катеров МО. В районе острова Вормси "М-81" подорвалась на мине и затонула, переломившись в районе центрального поста. Из воды подняли троих моряков, в момент взрыва находившихся на мостике. Командир "М-81" капитан-лейтенант Ф.А.Зубков был мертв, тяжело ранен командир БЧ-5 Б.В.Ракитин, командир группы рулевых Петр Семенов почти не пострадал.
Еще одним из спасенных оказался старшина группы мотористов В.С.Преображенский. В момент взрыва он спал в IV отсеке. Преображенский сумел добраться до отсечного люка и, открыв его, вместе с пузырем воздуха всплыл на поверхность. Это единственный случай в Великой Отечественной войне, когда человек в одиночку спасся путем выхода из отсека затонувшей субмарины. Служить на подводных лодках Преображенскому уже не пришлось, но он продолжил воевать в полку морской пехоты.
В 1965 году "М-81" была поднята Аварийно-спасательной службой флота с глубины 20 метров. При желании в Интернет можно найти фотографии, на которых Ракитин и Преображенский стоят на берегу, рядом с поднятой лодкой. Интересно, что, спустившись в кормовую часть лодки, В.С.Преображенский даже смог найти свой ремень, оставленный в тот роковой день.

Поблизости, на стендах размещены ряд фотографий и моделей подводных лодок КБФ. Лето 1942 года - возвращение из похода ПЛ "Lembit", тут же - курительная трубка её командира А.М.Матиясевича. "Щ-311" возвращается в базу в мае 1941 года. "Б-2" (бывшая "Пантера") используемая как ПЗС, фотоснимок сделан зимой 1942/1943. Модель подводного минзага "Л-3" и фотография лодки уже в качестве корабля-памятника. "С-13" выходит в боевой поход летом 1944 года. Групповой снимок членов экипажа. Фотография её командира А.И.Маринеско и потопленного им лайнера "Вильгельм Густлов". "Щ-318" в сухом доке - ремонт боевых повреждений после атаки тральщиком противника в районе Либавы, 1945 год. "Щ-309" швартуется к борту плавбазы «Полярная звезда» (бывшая императорская яхта) в феврале 1945 года.

Железнодорожная береговая артиллерия

Модель железнодорожного транспортёра TM-3-12. Наиболее сильное отличие от реальной установки - окраска. Настоящие TM-3-12 камуфлировали, рисуя на бортах сосны. История советских железнодорожных артиллерийских установок (ЖДАУ) началась в начале 1930 года, когда на базе Ленинградского Металлического завода было создано отдельное конструкторское бюро (ОКБ-3) под начальством А. Г. Дукельского, которому было поручено создать проект 356-мм транспортера. Прототипом послужили американские 356-мм транспортеры М1920. Советские установки TM-I-14 были созданы с использованием 356-мм орудий длиной 52 калибра, изготовленных в Англии для заложенных в 1912 году и недостроенных русских линкоров типа "Измаил". Название изделия означает: "ТМ" - "транспортер морской"; "III" - номер конструкторской разработки; "14" - калибр ствола в дюймах. Кстати, сами артиллеристы в обиходе несколько иначе расшифровывали "ТМ" - как уважительное "Татьяна Михайловна". В экспозиции музея КБФ представлена модель транспортёра ТМ-III-12, о них и пойдёт дальше речь.

С книги В.И.Брагина "Пушки на рельсах" получила распространение легенда, что для этих установок использовались 305-мм стволы, стоявшие на линкоре "Императрица Мария". Линкор был головным кораблём черноморской серии дредноутов, но трагически погиб - перевернулся и затонул в Севастополе в 1916 году после взрыва пороховых погребов. Башни поднимали отдельно, уже в советское время, и в 1934 году отдельным их частям нашли применение. Однако научный сотрудник ДВО РАН, историк Владимир Калинин указывает на тот факт, что номера стволов, стоявшие на "Императрица Мария" не совпадают с теми, что установили на трёх транспортёрах ТМ-III-12.
Как пишет в своих воспоминаниях А.Г. Дукельский: "С целью ускорения изготовления установок все качающиеся части станка, механизмы для продувания, механизмы открывания затвора и другие полностью были использованы из числа снятых с затонувшего в свое время на Черном море линейного корабля типа "Мария".
Несмотря на то, что эти устройства и механизмы пролежали в воде свыше пятнадцати лет, после приведения в порядок путем замены и доделки некоторых деталей они с успехом были использованы. Использованы были также почти все электродвигатели с относящимися к ним приборами после соответствующей замены обмоток, резервуары для сжатого воздуха и пр."

Из трёх построенных артиллерийских установок был сформирован 9-й отдельный артиллерийский дивизион, который состоял из 5 эшелонов, 3 из которых были боевые, в состав которых входили сами артиллерийские транспортеры TM-3-12, один эшелон со средствами ПВО и один - подвижная база. Войсковые испытания эти боевые единицы проходили уже непосредственно в боевых условиях советско-финской войны. За время этой кампании 9-я и 17-я железнодорожные батареи (четыре 180-мм артсистемы TM-1-180) участвовали в 12 боевых походах, в ходе которых вели стрельбу в основном по площадям с подготовкой данных по карте. Корректировка стрельбы, как правило, не велась. Результаты стрельбы батарея получала с большим опозданием в виде общей оценки стрельбы. В связи с израсходованием запаса прочности в ходе боевых действий, потребовалось произвести замену стволов на всех трёх установках TM-3-12. Первый транспортёр получил орудие №25 выпуска 1912 года, на второй и третий ЖДАУ поставили орудия с линкоров №34 ("Гангут") и №78 ("Императрица Мария"). Все тела орудий были перестволены заводом "Баррикады" в 1938-1939 годах.

Знамя 1-ой гвардейской морской железнодорожной артиллерийской бригады, Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Модель 305-мм железнодорожного артиллерийского орудия образца 1938 года ТМ-3-12, Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота

Знамя 1-ой гвардейской
морской железнодорожной
артиллерийской бригады

Модель 305-мм железнодорожного
артиллерийского орудия
образца 1938 года ТМ-3-12

В 1940 году, в соответствии с условиями мирного договора финны сдали в аренду сроком на 30 лет полуостров Ханко для организации военно-морской базы. В случае войны она обеспечивала бы оборону центра и северного фланга минно-артиллерийской позиции Балтийского флота, перекрыв устье Финского залива артиллерийским огнем и минами. За несколько лет до начала Великой Отечественной войны 9-ую батарею (три 305-мм установки TM-3-12) и 17-ую (четыре 180-мм установки TM-1-180) передислоцировали на создаваемую военно-морскую базу. Журналы боевых действий указанных батарей после эвакуации гарнизона с полуострова не сохранились и восстановить подробности их участия в боевых действиях в 1941 году очень сложно. Главной заслугой береговой артиллерии Ханко можно считать тот факт, что вражеским батареям не удалось нарушить работу порта по снабжению защитников всеми видами довольствия. Сохранились свидетельства командира ВМБ Ханко С.И.Кабанова. В своей книге "На дальних подступах" он рассказывает о последних днях обороны базы:
"2 декабря во второй половине дня началось уничтожение материальной части артиллерии. Все батареи - береговые, зенитные и полевые - открыли по заранее намеченным целям огонь. Стоял сплошной грохот. Вот в процессе этой стрельбы поочередно уничтожали орудие за орудием. В дуло заряженного ствола опускали множество тяжелых металлических предметов, крупные гайки, костыли или крепления рельсов к шпалам, осколки снарядов, стравливали давление в компрессорах и накатниках, придавали орудию угол возвышения, и производился выстрел. Ствол пушки разрывался, противооткатные приспособления ломались. Все летело к черту.
Но оказывается, уничтожать железнодорожные батареи не так-то просто. Получив от всех артиллерийских начальников, в том числе от генерала Дмитриева, доклад об уничтожении матчасти, я доложил об этом Военному совету КБФ.
Об этом моем рапорте вспомнили, когда Финляндия вышла из гитлеровской коалиции и капитулировала. В сентябре или октябре 1944 года, находясь на Дальнем Востоке, я получил письмо от начальника Управления береговой обороны Военно-Морского Флота СССР генерал-лейтенанта И.С.Мушнова. Он меня запрашивал: почему я донес, что 9-я и 17-я железнодорожные батареи уничтожены, а на самом деле финны ввели их в строй и одна из них, наиболее мощная, стреляла 305-миллиметровыми снарядами по нашим войскам на Карельском перешейке.
"

Надо сказать, что уже в декабре 1941 года, т. е. меньше, чем через месяц после подрыва, Ювяскюльский завод отремонтировал первое орудие TM-1-180, а всю батарею восстановили менее чем через год. С помощью плавучего крана финны подняли со дна утопленные орудийные тележки и прочие детали, а также специальные вагоны, включая вагон-ремонтную мастерскую, но 305-мм стволы были непригодны для ремонта. Однако в арсеналах Финляндии имелось 8 стволов с черноморского дредноута "Император Александр III", подаренные Францией в 1940 году. Их доставили из арсенала "Сиди-Абдуллах" французской военно-морской базы в тунисском порту Бизерта. А вот ещё 4 ствола, которые перевозил пароход "Нина" в апреле 1940 года в норвежском Бергене захватили и присвоили себе немцы. На базе этих орудий они сформировали батарею под названием "Нина". Артиллерийская комиссия германского флота под руководством известного в Германии морского артиллерийского офицера капитана первого ранга Мируса (Fregatten-kapitan Mirus) разместила эту батарею на захваченном у англичан в проливе Ла-Манш острове Гернси.
TM-3-12 получили стволы №127, №129 и №86. Восстановление шло достаточно быстро и уже осенью 1942 года прошли опытные стрельбы из первого восстановленного транспортера. Использовался боезапас, найденный на Ханко в количестве 161 снаряда и 203 зарядов. Затраты на восстановление составили около 5 миллионов марок.
Последние стрельбы по морским целям артиллерийские установки произвели 21 сентября 1943 года, а осенью 1944 года Финляндия вышла из войны.

В декабре 1944 года 305-мм транспортеры TM-3-12 бывшей 9-й ОЖДАБ вернулись в СССР и вошли в состав отдельной железнодорожной артиллерийской батареи №294 1-ой Гвардейской морской железнодорожной Краснознаменной Красносельской бригады КБФ.
"С 26 марта 1947 года батарея на основании циркуляра Главного Морского Штаба включена в состав полка береговой обороны КВМК (Кронштадтской военно-морской крепости) и дислоцирована на "объекте 100" - на самой западной части советского побережья Балтийского моря, на ВМБ в г. Балтийске (бывший Пиллау). Если быть более точным, то огневая позиция батареи размещалась в районе поселка Мечниково (бывший Найхозер).
Июнь 1947 года стал для батареи праздничным. Транспортеры TM-III-12 перебазировали в Палдиски, на военно-морскую базу Краснознаменного Балтийского флота под Таллином. Здесь был проведен "отстрел" - учебные стрельбы. Они были первыми после окончания Великой Отечественной войны.
" Источник: В.И.Брагин, "Пушки на рельсах"
В 1961 году после ремонта на Обуховском сталелитейном заводе, железнодорожные артсистемы законсервировали и передали на один из складов форта Красная Горка. Транспортер TM-3-12 с установленным финнами орудийным стволом №127 находится сейчас в экспозиции на Поклонной Горе.

В музее хранится боевое знамя воинской части, которая получила возвращенную финнами технику в 1944 году. Боевой путь бригада начала 8 января 1942 года под Ленинградом, когда отдельные дивизионы свели в 101-ую морскую бригаду железнодорожной артиллерии. В ходе обороны Ленинграда бригада в основном вела контрбатарейную борьбу. Артиллеристы бригады применяли самые разнообразные приёмы: маскировочные дымы, ложные огневые позиции с обязательной имитацией стрельбы, огневую маскировку. Однако недостаток авиации для организации корректировки огня и нанесения комбинированных ударов, а также нехватка боеприпасов привели к тому что уничтожения активных батарей врага наша артиллерия всё-таки не добилась.
В 1944 году, за отличные боевые действия приказом Верховного Главнокомандования она была преобразована в 1-ю гвардейскую с присвоением ей наименования Красносельская, а в апреле 1944 года - награждена орденом Красного Знамени. Орден также экспонируется в музее, но из-за спешки я не сфотографировал его.

После прорыва блокады начались манёвренные боевые действия, вот тут железнодорожная артиллерия, следуя за наступающими частями, успешно воевала на Карельском перешейке. В ходе Выборгской операции взаимодействие бригады со стрелковыми частями улучшили, выдвинув наблюдательные посты батарей в боевые порядки пехоты и отправив представителей от артиллерийских частей в штабы стрелковых соединений. Когда же фронт докатился до Прибалтики, то бригада двинулась туда же.
"Используя большую подвижность железнодорожной артиллерии, командование Краснознаменного Балтийского флота сосредоточивало в районе предстоящих операций необходимое количество батарей, чем существенно усиливало войсковую артиллерию. В разное время они участвовали в наступательных операциях в районе Мемеля, Либавы и Тукумса, Кенигсберга и на Земландском полуострове (Пиллау). Из батарей железнодорожной артиллерии создавались артиллерийские группы, которые передавались в оперативное подчинение армиям. Так, при ликвидации, окруженной мемельской группировки была сформирована артиллерийская группа в составе 9 130-мм и 3 152-мм орудий." Источник: Ю.Г.Перечнев, "Советская береговая артиллерия: История развития и боевого применения 1921-1945 гг"

Морская авиация КБФ

Филипп Александрович Усачёв с первого дня Великой Отечественной войны воевал в должности командира авиаэскадрильи Балтийского флота. Затем принял 15-ый отдельный морской разведывательный авиаполк ВВС Балтийского флота. Самолёты полка производили аэрофотосъёмку сетей противолодочной обороны в Финском заливе в районе Нарген - Порккала-Удд, выявляли районы минных постановок. За успешные боевые действия в январе 1944 года полк был награждён орденом Красного Знамени, а в октябре 1944 получил наименование "Таллинский". В апреле 1945 года за умелое командование полком подполковнику Усачёву (142 боевых вылета) было присвоено звание Героя Советского Союза.

Командир 15-го отдельного морского разведывательного авиационного полка ВВС Балтийского флота Герой Советского Союза Ф.А.Усачёв, Музей Балтийского флота Аэрофотоснимки операции по уничтожению немецкого корабля ПВО «Ниобе» 16.07.1944 в порту Котка, Музей Балтийского флота Фотоаппарат воздушной разведки АФА-БАФ, Музей Балтийского флота Фотоаппарат для аэрофотосъёмки АФА-БАФ, Музей Балтийского флота

Командир 15 отдельного морского разведывательного авиаполка ВВС Балтийского флота Герой Советского Союза Ф.Усачёв

Аэрофотоснимки уничтожения немецкого корабля ПВО «Ниобе» 16.07.1944 в порту Котка

Фотоаппарат воздушной разведки АФА-БАФ

Фотоаппарат воздушной разведки АФА-БАФ

Фотоаппарат для аэрофотосъёмки АФА-271-49, Музей Балтийского флота Фотоаппарат воздушной разведки АФА-271-49, Музей Балтийского флота Фотоаппарат для аэрофотосъёмки АФА-271-49, Музей Балтийского флота Фотоаппарат для аэрофотосъёмки, Музей Балтийского флота

Фотоаппарат воздушной разведки АФА-271-49

Фотоаппарат воздушной разведки АФА-271-49

Фотоаппарат воздушной разведки АФА-271-49

Фотоаппарат воздушной разведки (не запомнил модель)

На аэрофотоснимках - потопление немецкого корабля ПВО «Ниобе» (водоизмещение 4 000 тонн). Это бывший нидерландский бронепалубный крейсер «Гелдерланд», построенный ещё в 1898 году. С началом войны немцы конфисковали его, а весной 1944 года переоборудовали в корабль ПВО, путём установки восьми 105-мм универсальных пушек и 24 зенитных автомата, а также РЛС дальнего обнаружения самолетов. Мостик и надстройки корабля были защищены броней, а палуба по всей длине залита толстым слоем бетона. Своё новое имя корабль получил по имени персонажа греческой мифологии - жены фиванского царя по имени Ниоба. Странный выбор персонажа, учитывая, что Ниоба хвасталась числом детей перед богиней Лето, у которой было только 2 ребёнка, зато какие… Детей звали Аполлон и Артемида и по просьбе мамочки они своими стрелами уничтожили всех детей обидчицы, кроме уцелевшей Хлориды.

Предполагалось, что корабль ПВО будет постоянно находиться на якорной стоянке, прикрывая направления наиболее вероятного подлёта авиации противника. 8 июля 1944 года ВВС КБФ обнаружили его в финском порту Котка. Для уничтожения был выделен наряд сил в составе 30 пикирующих бомбардировщиков Пе-2 и 24 истребителей прикрытия Як-9. Пе-2 сбросили около 70 бомб ФАБ-500 и ФАБ-100, но ни одна из них не достигла цели.
16 июля 1944 года, всего через 3 месяца после ввода корабля в строй, советская авиация всё-таки утопила «Ниобе». Операция стала одной из самых тщательно спланированных и организованных в истории советской военно-морской авиации. По цели наносили комбинированный удар 32 самолёта (28 Пе-2 12-го ГвБАП и четыре "топмачтовика" Boston A-20G 51-го МТАП). Ударные самолеты сопровождали 22 истребителя. После двух попаданий ФАБ-250 с Пе-2 и двух ФАБ-1000 с Boston A-20G наши лётчики записали на свой счёт самый крупный боевой корабль, потопленный ими в Великую Отечественную войну.

Вообще-то наши лётчики охотились за финским броненосцем береговой обороны «Вяйнемяйнен», но и так неплохо получилось. Вот только неловкая история с ошибкой всплыла, когда финны предложили СССР купить свой старый броненосец (в строю с 1932 года), столь долго досаждавший Балтийскому флоту. Дело в том, что по условиям Парижского мирного договора 1947 года, Финляндия лишалась права иметь в составе своего флота броненосцы береговой обороны, подводные лодки и торпедные катера. Эти боевые единицы нужно были либо продать, либо разобрать на металлолом. Финны запросили 1 миллиард 100 миллион финских марок, но корабль был приобретён всего за 265 миллионов финских марок. Таким образом, в марте 1947 года, числившийся утопленным «Вяйнемяйнен», под наименованием «Выборг» вошёл в состав КБФ, где и служил до разборки на металл в 1966 году. Интересно, что в обиходе, советские моряки его по-прежнему звали «Ваней».

Катапультируемое кресло КА-36ДМ, Музей Балтийского флота Личное дело Героя Советского Союза лётчика 1 ГМТАП Вадима Николаевича Евграфова, Музей Балтийского флота 29.08.1988 - катастрофа Миг-23УБ, лётчики М.Коржов и А.Рымарь погибли уводя самолёт от посёлка Владимирово, Музей Балтийского флота

Катапультируемое кресло КА-36ДМ

Личное дело Героя Советского Союза лётчика 1 ГМТАП Вадима Николаевича Евграфова

29.08.1988 - катастрофа Миг-23УБ, лётчики М.Коржов и А.Рымарь погибли, уводя самолёт от посёлка Владимирово

Вторая половина XX века. Холодная война

В музее представлен кнехт разъездного катера с крейсера «Октябрьская революция». Это советский крейсер проекта 68-бис, принявший имя Краснознамённого балтийского линкора. Введён в состав Северного флота осенью 1954 года. До 3 августа 1957 года носил имя «Молотовск» (название города Северодвинск с 1938 по 1957 год). Переименование связано с тем, что министр иностранных дел СССР В.Молотов был снят со всех постов "за принадлежность к антипартийной группе" Кагановича и Маленкова, пытавшуюся сместить генерального секретаря ЦК КПСС Н.Хрущёва. Дальнейшая судьба корабля, начиная с его перехода в состав Краснознамённого Балтийского флота: "16.12.1960 г. перечислен в состав КБФ. 27.3.1961 г. выведен из боевого состава, законсервирован и поставлен в Кронштадте на отстой, но 29.4.1966 г. расконсервирован и вновь введен в строй. В период с 16.11.1968 г. по 25.1 2.1969 г. модернизирован и перестроен на "Севморзаводе" в Севастополе по проекту 68-А. 1 7 -23.7.1970 г. и 25.9 - 1.10.1972 г., находясь в зоне военных действий, выполнял боевую задачу по оказанию помощи вооруженным силам Сирии, а 17.5-25.6, 5-9.7.1971 г. и 8 - 12.9.1972 г-вооруженным силам Египта. 1 6.9.1987 г. разоружен и исключен из состава ВМФ в связи с передачей в ОФИ для демонтажа и реализации, 11.2.1988 г. расформирован и в 1988-1990 гг. на базе "Главвторчермета" в Ленинграде разделан на металл."
Источник: С.С.Бережной, "Советский ВМФ 1945-1995. Крейсера, БПК, эсминцы"

Модель ракетного катера проекта 183Р, Музей Балтийского флота Модель торпедного катера проекта 206, Музей Балтийского флота Модель морского тральщика проекта 254, Музей Балтийского флота Вверху: эсминец 'Степенный' (пр.30-бис, постройки 1953г). Внизу: Эсминец 'Настойчивый' (пр.56А, постройки 1957г). Музей Балтийского флота

Модель ракетного катера
проекта 183Р

Модель торпедного катера
проекта 206

Модель морского тральщика
проекта 254

Эсминцы, служившие на Балтике: «Степенный» (пр.30-бис, 1953г) и «Настойчивый» (пр.56А, 1957г)

Машинный телеграф сторожевого корабля «Бдительный», Музей Балтийского флота Машинный телеграф сторожевого корабля «Бодрый», Музей Балтийского флота Колонка рулевого управления сторожевого корабля «Бодрый», Музей Балтийского флота Модель сторожевого корабля «Леопард», пр.50 , Музей Балтийского флота

Машинный телеграф сторожевого корабля пр.1135 «Бдительный» (головной корабль пр.1135, сдан флоту 31.12.1970, списан в 1996 году)

Машинный телеграф сторожевого корабля пр.1135 «Бодрый» (14.03.1972 вошел в состав в ДКБФ, списан в 1997 году)

Колонка рулевого управления сторожевого корабля «Бодрый» (в 1972 году выполнял задачу по оказанию помощи вооруженным силам Египта и Сирии)

Модель сторожевого корабля «Леопард», пр.50 (построен в Калининград, но всю службу провёл на Северном флоте)

На табличке надпись "Модель сторожевого корабля пр.50 (первая послевоенная судостроительная программа, только на заводе «Янтарь» построена 41 единица)". К сожалению это неверная информация. Сторожевые корабли пр.50 это вовсе не первый послевоенный СКР. Им предшествовали СКР пр.42, проектирование коих началось в 1946 году. В 1949-1951 годах на заводе «Янтарь» построили 8 сторожевиков проекта 42 (тип «Сокол»).
Что же касается модели, то на борту и на спасательных кругах отчётливо читается «Леопард». Этот корабль заложили 21.12.1952 на стапеле Калининградского ССЗ №820. На воду его спустили 30.04.1953, а вступил в строй 30.4.1954 года. Осенью 1954 года «Леопард» перевели по внутренним водным системам из Балтийского в Белое море и 30.12.1954 перечислили в состав Северного флота. Служило до 10.12.1961, когда сторожевик вывели из боевого состава и законсервировали в губе Пала (г. Полярный). В 1981 году исключен из состава ВМФ, расформирован и позже разделан на металл в Мурманске.
Вообще пр.50 это интересная, "звериная" серия сторожевых кораблей. Например, в Комсомольск-на-Амуре на ССЗ №199 в 1953 году сразу после «Аиста» заложили СКР с необычным именем «Гиена». Впрочем, уже 18.02.1953 СКР «Гиена» переименовали в «Ласку». А позже на том же заводе добавили в той же серии боевые корабли с именами «Пеликан» и «Пингвин».

Морская радиоэлектронная разведка

Разведывательная станция  РСС-2 «Бумеранг», Музей Балтийского флота Радиогидроакустический буй ВМС США использовавшийся для определения пеленга на подводные лодки Балтийского флота и передачи информации на носитель, Музей Балтийского флота Передатчик гидроакустического буя ВМС США, Музей Балтийского флота

Шифрограмма разведки БФ и разведывательная станция РСС-2 «Бумеранг»

Радиогидроакустический буй ВМС США для определения пеленга на подводную лодку и передачи информации на носитель

Передатчик гидроакустического буя ВМС США для слежения за подлодками Балтийского флота

Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота

Агентурно-разведывательная деятельность

Знак военной разведки, Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Телеграфный ключ для работы на агентурной радиостанции и фотоаппарат Minox, Музей Балтийского флота Закамуфлированный под кирпич контейнер-закладка для безличной связи с агентами на территории США, Музей Балтийского флота

Знак военной разведки
(до 2006 года)

Сигара - контейнер для
хранения секретных сведений

Телеграфный ключ для работы
на агентурной радиостанции
и фотоаппарат Minox

Закамуфлированный под кирпич
контейнер-закладка использовался
для безличной связи с агентами
на территории США

Разведывательно-диверсионная работа

Стенд с материалами о главном старшине Зиновии Высоцком, 13 раз ходившим с разведгруппой за линию фронта, Музей Балтийского флота Глубиномер и компас советских подводных диверсантов, Музей Балтийского флота Водолазный нож и патроны к подводному пистолету СПП-1, Музей Балтийского флота Сапоги агентурного разведчика Балтийского флота, восемь раз использовались для нелегального перехода границы, Музей Балтийского флота

Стенд с материалами о главном старшине Зиновии Высоцком, 13 раз ходившим с разведгруппой за линию фронта

Глубиномер и компас подводных диверсантов

Водолазный нож и патроны к подводному пистолету СПП-1

Сапоги агентурного разведчика Балтийского флота, восемь раз использовались для нелегального перехода границы

Боевой пловец с дыхательным аппаратом замкнутого цикла на носителе-буксировщике, Музей Балтийского флота Зал с материалами о разведывательно-диверсионной деятельности, Музей Балтийского флота Магнитные мины, Музей Балтийского флота

Боевой пловец с дыхательным
аппаратом замкнутого цикла
на носителе-буксировщике

Зал с материалами о
разведывательно-диверсионной
деятельности

Магнитные мины

Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота Музей Балтийского флота

Последняя четверть XX века. От СССР к РФ. Сторожевой корабль «Неукротимый»

Памятник смутным временам - иллюминатор из каюты офицерского состава сторожевого корабля «Неукротимый». Это был головной корабль проекта 1135М, построенный в 1977 году в Калининграде на Прибалтийском судостроительном заводе «Янтарь». Наносил краткие визиты в Африку: 12 по 18 июня 1982 года - в Луанду (Ангола), с 25 июня по 2 июля 1982 года - в Лагос (Нигерия). В том же, 1982 году в проливе Ла-Манш, после заправки от танкера «Шексна», «Неукротимый» столкнулся с датским сухогрузом. Клеветники утверждают, что накануне капитаны танкера и сторожевика крепко отметили встречу, что и послужило причиной происшествия.
В боевой службе корабль ярких эпизодов не имел, а вот в общественно-политической, после перестройки и "парада суверенитетов" его изрядно качало. В 1987 году отмечалось 60-летие комсомольской организации Литовской ССР. В качестве "идеологического презента" командование ВМФ решило переименовать корабль и со 2 ноября 1987 года присвоить ему имя «Комсомолец Литвы». Впрочем, 27 марта 1990 ему вернули имя «Неукротимый» (обиходные матросские названия: "Крот", "Нюрка"). После распада СССР, 26 июля 1992 года, сторожевик сменил Военно-морской флаг СССР на Андреевский.

Иллюминатор из каюты офицерского состава сторожевого корабля «Неукротимый», Музей Балтийского флота Модель эскадренного миноносца проекта 956, Музей Балтийского флота Ракетный корабль на воздушной подушке «Самум» (пр.1239), Музей Балтийского флота

Иллюминатор из каюты офицерского состава СКР «Неукротимый»

Модель эскадренного миноносца проекта 956

Ракетный корабль на воздушной подушке «Самум» (пр.1239)

30 июля 2005 года во время репетиции показательной программы военно-морского парада в Санкт-Петербурге к «Неукротимому» течением снесло имитационный заряд. Подрывной патрон ПП-3 (вес взрывчатого вещества - 2,5 кг), закреплённый под муляжом морской мины, рванул в трёх метрах от правого борта. Корабль получил пробоину в кормовом машинном отделении по правому борту в районе 127-130 шпангоутов и принял примерно 200 тонн воды. Вместо участия в параде состоялась внезапная борьба за живучесть, которая завершилась месяцем ремонтных работ на заводе "Северная верфь".

Грибок вентиляции противохимической защиты и грибок общекорабельной вентиляции СКР «Неукротимый», Музей Балтийского флота Артиллерийские боеприпасы, Музей Балтийского флота ПЗРК «Игла» (вверху) и «Стрела» (внизу), Музей Балтийского флота

Грибок вентиляции противохимической защиты и грибок общекорабельной вентиляции СКР «Неукротимый»

Артиллерийские боеприпасы

ПЗРК «Игла» (вверху) и «Стрела» (внизу)

В 2008 году «Неукротимый» был разоружён и стоял у причала в Балтийске, его готовили к выводу из состава флота. Утром 8.12.2008 произошло возгорание в радиорубке по правому борту сторожевого корабля, в результате отравления угарным газом погиб офицер.
29 июня 2009 года СКР выведен из состава боевых кораблей Балтийского флота и выставлен на реализацию. 3 ноября 2012 года было обнаружено, что в кормовые помещения корабля поступает забортная вода. После того, как корабль днищем сел на грунт аварийно-спасательные работы, были прекращены. По данным военно-следственного комитета, за корабль боролись примерно 9 часов. Так быстро судно могло затонуть, пожалуй, при двух условиях, утверждают специалисты. Первое: выходные патрубки были не заглушены и когда судно просело ниже ватерлинии, вода стала поступать в отсеки через отверстия водоотливной системы. Сначала просела носовая часть или корма, и через верхние люки вода хлынула в остальные помещения. И второе - на корабле скрутили кингстоны из цветного металла. Но тогда вор должен был в срочном порядке покинуть корабль либо поставить пробки на место дыры. Виновных в затоплении боевого корабля, которое произошло 5 ноября 2012 года, так и не нашли.

Противолодочная самонаводящаяся электрическая торпеда СЭТ-40 и реактивная глубинная бомба РГБ-60, Музей Балтийского флота Противолодочная глубинная бомба с повышенной скоростью погружения (БПС), Музей Балтийского флота Водолазное снаряжение, Музей Балтийского флота Водолазное снаряжение, Музей Балтийского флота

Противолодочная самонаводящаяся
электрическая торпеда СЭТ-40 и
реактивная глубинная бомба РГБ-60

Противолодочная глубинная бомба
с повышенной скоростью
погружения (БПС)

Вентилируемое водолазное снаряжение

Трёхболтовый шлем с манишкой

Морская пехота ДКБФ в Чеченской республике

Документы и личные вещи старшего прапорщика А.Т. Яцеленко, Музей Балтийского флота Пластины бронежилета переданы участником боёв в Чечне, Музей Балтийского флота Тельняшка участника боев за г.Грозный морского пехотинца Хорошуна, Музей Балтийского флота

Документы и личные вещи старшего прапорщика А.Т. Яцеленко

Пластины бронежилета переданы участником боёв в Чечне

Тельняшка участника боев за г.Грозный морского пехотинца Хорошуна

Экспозиция во дворе музея

Немецкая торпеда времён Второй мировой войны, Музей Балтийского флота 30-мм спаренная артиллерийская установка АК-230 №67649, Музей Балтийского флота Корабельная контактная противодесантная мина КПМ и авиационная реактивная всплывающая мина РМ-1, Музей Балтийского флота Буксируемый охранитель корабельный акустический дистанционного управления БОКА-ДУ, Музей Балтийского флота

Немецкая торпеда времён Второй мировой войны

30-мм спаренная артиллерийская установка АК-230 №67649

Корабельная контактная противодесантная мина КПМ и авиационная реактивная всплывающая мина РМ-1

Буксируемый охранитель корабельный акустический дистанционного управления БОКА-ДУ




Вернуться к оглавлению раздела

На главную страницу

Создано 09/09/2014
Обновлено 04/05/2017